Шрифт:
Генри Каттнер
Небо рушится
Джонни очень интересовало, когда космический корабль доберется туда, хотя он и не знал, где находится это "туда". Впрочем, этого не знал никто. Однако Джонни терпеливо дожидался дня посадки. Это будет настоящий день после бесконечных искусственных суток корабля.
Не то чтобы корабль был неудобен или эти удобства были ни к чему. Джонни должен находиться в превосходной форме, когда наконец наступит день посадки и начнется его миссия. Частыми тренировками он научился психически расслабляться, потому
Он лежал в глубоком кресле и разглядывал на экранах тревожащие трехмерные изображения того, что уже не существовало. Голубое небо, белые облака, птицы, крыши зданий... Он закрыл глаза. Может, несмотря ни на что, было ошибкой маскировать черноту Космоса. Он не хотел вспоминать Землю. Не было никакой Земли, осталась лишь слепящая белая вспышка среди звезд, где-то далеко позади -- и это все. Земли больше не будет.
Все, что от нее осталось, это он сам, этот корабль, робот, опекавший их обоих, а также образы, заполняющие экраны ностальгическими видениями.
Все остальное кончилось, минуло. Он редко позволял себе думать о прошлом или о том, как начало конца наступило для него самого...
Джонни Дайсон с улыбкой прислонился к переборке.
– - Продолжай, -- сказал он Бенджи Уайту, который выглядел как рыба, заглотившая крючок.
Бенджи осторожно откинул голову: ему мешал тяжелый неуклюжий шлем, от которого отходили провода, похожие на волосы Медузы, посмотрел на свое смутное отражение в стальном своде и многозначительно кивнул самому себе.
– - Да-а, -- пробормотал он.
– - Она показала мне, что такое женщина. Показала в лучшем виде. Самая крепкая баба из всех, которых я встречал и до и после. Пухи боялась только одного... я называл ее Пухи...
За стальными стенами раскинулись бескрайние красные холмы Марса, над стальной крышей на голубовато-черном небе, украшенном двумя лунами, висел Орион. Где-то между этим местом и Орионом кружила бомба с часовым механизмом, называемая Землей, взведенная и отмеряющая последние часы, оставшиеся до катастрофы.
– - Я называл ее Пухи, -- повторил Уайт.
– - Ты бы удивился, скажи я тебе, как ее звали на самом деле. Она выкачала из меня все деньги, развелась се мной и сделала бешеную карьеру. Какая женщина! Теперь она владеет половиной...
Джонни Дайсон думал о старте, назначенном на завтрашний полдень. Возвращение на Землю. Возвращение накануне Армагеддона. "Я возвращаюсь в мир, которого не создавал, -- с яростью подумал он.
– - Я, чужой и испуганный!.."
Что ж, он имел право бояться. Он знал, что грядет, и потому много думал.
Проблема: Задержать корабль на Марсе.
Метод: Украсть атомное топливо.
Это было совсем просто. Хороший план всегда прост. К несчастью, успех этого плана зависел от решения Уайта. Правда, Уайт заглотил крючок, но еще не повис на леске. Он обслуживал трансмиттер, управляющий корабельным роботом. А робот имел доступ к запасам топлива для прыжка с Марса, где жизнь могла бы стать раем, на Землю, где она была обречена
– - Ну так вот, -- говорил Уайт.
– - Самое смешное, что меня должны арестовать, когда я вернусь на Землю, а иск возбужден компанией, принадлежащей Пухи. Она, разумеется, об этом не знает.
– - Он сардонически рассмеялся.
– - Думаешь, я мог бы заставить ее отменить этот ордер? Ничего подобного. Эта женщина боялась только одного -- грозы. Если бы сейчас я пошел к Пухи... правда, это была бы долгая прогулка... так вот, если бы я к ней пошел и сказал: "Пухи, помнишь, как ты всегда пряталась ко мне под пиджак, когда гремел гром? Ну так теперь в память о тех днях..."
Он оскалил зубы и тряхнул головой, так что закачались провода, похожие на волосы Медузы.
– - Какая женщина, -- восхищенно вздохнул он.
– - Какая женщина. Она бы сама надела мне наручники. Твердая как сталь. Она никогда не была особо красивой, а теперь и вовсе похожа на гиппопотама. По-моему, если когда-нибудь ей взбредет в голову завоевать мир, она это сделает. Да... Так вот! Она сделала карьеру, а я нет.
– - А за что тебя хотят арестовать?
– - спросил Дайсон, которому, впрочем, было все равно.
– - Мелкая кража. Немного просчитался.
– - Уайт вновь расплылся в улыбке.
– - Не очень-то хорошо получилось, правда? Я выгляжу старше из-за своего образа жизни, но мне еще нет и пятидесяти. И я всегда чувствовал, что лучшие годы у меня еще впереди. Я и сейчас так думаю. Мне совсем не хочется провести эти годы в тюрьме. Честно скажу тебе, Джонни, мне, пожалуй, нравится твоя идея остаться здесь и не возвращаться домой. Никто не будет говорить мне: "Шевелись, парень!". И вообще есть много вещей, которые я хотел делать и которые мне всегда запрещали. Множество. На Земле у меня никогда не было случая...
Наконец-то они подошли к этому. Дайсон изо всех сил старался говорить спокойно.
– - Мы здесь в раю, Бенджи. В батареях у нас столько энергии, сколько нужно... чистой энергии. Безопасной атомной энергии. У нас есть робот. Люди были правы, говоря, что рай находится на небе, Бенджи. Рай -- это Марс.
– - Гмм... Иногда рай находится под ногами. Но чем ближе приговор за кражу, тем больше мне нравится твоя идея. Совсем как в раю: молоко и мед -даром. Нам бы еще несколько гурей, -- заметят Уайт, коверкая слово.
– - Невозможно иметь все сразу.
– - Пожалуй. Однако по твоему раскладу я почти поверил, что можно потребовать чего угодно, и желание исполнится. Если бы я потребовал женщину...
– - Он фыркнул.
– - Только представь себе, я мог бы получить Пухи! О Боже... Может, как-нибудь попробуем перенастроить робота на квазибиологические работы? Я кое-что знаю о суррогатах плазмы. Если правильно расположить гены, может, я и сумел бы создать небольшую роскошную бабенку и ускорить ее рост. Интересно, сколько времени понадобится, чтобы она достигла двадцати биологических лет? Это мысль, Джонни, это мысль!