Шрифт:
ПРОЛОГ
Пройдя по истертому деревянному настилу у салуна «Золотой гусь», Клинт Рафферти толкнул дверь. В заведении было жарко и шумно, как в преисподней, которой пугал своих прихожан преподобный Уэллс. Ничего другого в половине одиннадцатого вечера, да к тому же в субботу, Клинт не ожидал. Битком набитый салун пропитался запахом табака, немытых тел и дешевых духов.
У входа стояла девушка в голубом платье, как будто специально встречая завсегдатаев. Едва Клинт переступил порог, ее ярко накрашенные губы
— Ищешь компанию, ковбой? — спросила девушка.
Клинт вежливо поклонился. Он не забыл, чему учила его в детстве мать, хотя ему уже исполнилось двадцать семь лет.
— Нет, мэм, — протянул он. — Я ищу своего брата.
— Ты уверен?
— Уверен. — Клинт подавил невольное раздражение. Его не волновал образ жизни этой порочной голубки и ей подобных, но он не считал нужным платить за женское внимание. К тому же он устал и проголодался, ему еще предстояло не менее двух часов работы по дому.
Клинт посмотрел в сторону бара. Так и есть: Мэтью облокотился на полированную стойку, как будто ища опоры. Его густые черные волосы мокрыми прядями лежали на высоком лбу. Даже ребенку ясно, что Мэтью изрядно пьян.
Клинт еле слышно выругался.
— Вы близнецы? — спросила девушка, переводя взгляд с одного Рафферти на другого.
Все постоянно твердили, что они с Мэтом точная копия друг друга, и сходство действительно имелось. У обоих были квадратные подбородки, высокие скулы, голубые глаза и черные волосы. Правда, на этом сходство и заканчивалось. Если Клинт улыбался, что случалось редко, его улыбка никого не трогала. Но когда Мэт одаривал кого-то своей ленивой усмешкой, казалось, весь мир улыбается вместе с ним, особенно женская половина, большая часть которой испытывала при этом внезапную слабость в коленках. Даже сейчас на руке Мэта висела какая-то хитрая рыжая малышка с большими зелеными глазами. Звали ее, кажется, Дора Фэй.
— Я старше на семь лет, — объяснил Клинт удивленной девушке. Не было смысла добавлять, что все эти семь лет он старался заменить братьям отца и мать.
— Тогда, мой сладкий, тебе повезло, — вполголоса сказала она, — потому что мне очень нравятся зрелые мужчины.
— Спасибо за предложение, — ответил Клинт и быстро, чтобы девушка не попросила его заказать выпивку, добавил:
— Но я должен еще накормить голодных лошадей и заняться бухгалтерской книгой.
Она кинула на него разочарованный взгляд и пожала голыми плечами.
— Предложение остается в силе. Захочешь, спроси Мэйдин.
— Возможно, когда-нибудь так и сделаю.
Пробираясь сквозь толчею, Клинт направился к брату. В последнее время пьяные кутежи Мэтью стали повторяться каждую неделю. Черт бы его побрал! Ведь знает же о слабости всех Рафферти к спиртному. Разве не стоял он рядом с Клинтом, когда опускали тело отца в могилу пять лет назад? Старик довел себя пьянством до смерти, не говоря уже о том, что оставил сыновей без гроша.
Чтобы оплатить похороны,
Клинту захотелось схватить брата за ворот и хорошенько встряхнуть, но, протиснувшись к нему, он лишь сказал:
— Мэт, встреча скотоводов закончилась. Думаю, нам бы не мешало собираться домой.
Тот медленно повернулся. Его серо-голубые глаза с трудом сфокусировались на брате, а обычно волевые губы — обмякли.
— Клинт? — спросил он, видимо, не совсем уверенный, что перед ним действительно брат.
— А кто же еще? — Клинт с улыбкой помахал рукой у него под носом. — Ты здесь, Мэтью?
— Последний раз, когда я проверял, то был здесь. — Мэт икнул, потом ухмыльнулся женщине, сидевшей с другой стороны. — Вот эта леди была столь добра, что купила мне выпивку, правда, дорогая?
Дора Фэй быстро взглянула на Клинта.
— Добрый вечер, мистер Рафферти, — неожиданно мягко сказала она. — Я не знала, что вы тоже в городе.
— Старина Клинт здесь, он приехал на встречу с другими важными парнями, — усмехнулся Мэт. — Не так ли, брат?
— Именно.
Мэт провел языком по губам и нахмурился:
— Не думал, что тебе нравятся подобные заведения.
— Это не значит, что я туда никогда не заглядываю.
Клинт посмотрел на выпивку, стоящую перед братом.
Это была не обычная порция, а большой стакан, в котором оставалась еще добрая половина виски. Мэту, черте бы его побрал, уже не стоит пить.
Быстрым движением, чтобы тот не успел ему помешать, Клинт взял стакан:
— Не поделишься, Мэтти? Что-то в горле пересохло.
— Мистер Рафферти, — сказала Дора Фэй, удерживая его руку, — позвольте мне налить вам стаканчик.
У нас хватит выпивки на всех, а если нет, то закажем еще.
Разве дело в количестве? Метнув недобрый взгляд на стоящий графин, Клинт увидел, что он на три четверти пуст. Теперь ясно, почему брат так напился.
— Я не брезглив, — с притворной улыбкой сообщил он девушке. — К тому же Мэт достаточно выпил.
На мгновение Дора сжала его запястье, потом нервно усмехнулась и, сверкнув зелеными глазами, что-то пробормотала себе под нос. Клинт поднял стакан, опрокинул его содержимое в рот и сжал зубы, когда виски обожгло ему горло.
— Недурно, — выдохнул он.
Мэт сгреб графин и налил еще порцию. Часть жидкости перелилась через край и растеклась по стойке.
— Давай, Клинт, не стесняйся. Как говорит Дора Фэй, там, откуда приходят бутылки, всегда есть еще.
Хотя Клинт вполне мог обойтись без этого стакана, ему не хотелось, чтобы Мэт в одиночку опорожнил графин. Поэтому он молча выпил и не стал возражать, когда брат снова наполнил его стакан. Однако тот не успокоился и велел бармену принести новый графин.