Недотепа
Шрифт:
– Подумаешь, может, я еще… – Трикс покраснел. – Папа сам прекрасно справляется.
– Твои родители будут переживать и скучать.
– Я им пошлю письмо. А скучать они не будут, папа вечно в делах, а мама Халанбери опекает. Он маленький, ей с ним интереснее…
–
Он посмотрел на стоящие в углу кабинета часы. Стрелка (это были старые часы, они не отвлекались на такую мелочь, как минуты) подходила к двум.
– Хотя время есть, – признал Щавель. – Пожалуй, ты даже успеешь вначале навести порядок на кухне. И свари мне кофе. И пару бутербродов с ветчиной… если ветчины уже нет, то с сыром, сыр точно был.
– Хорошо, учитель! – радостно сказал Трикс.
– И не думай, что тебе удастся отлынивать и заниматься чистой магией! – добавил Щавель. – Грядут суровые времена. Витаманты не оставят свои планы и продолжают обучать магии обычных людей. В рядах наших волшебников зреет раскол, Лига Вольных Заклинаний набирает силу. В Самаршане возник и окреп культ Прозрачного Бога. Горцы откопали что-то странное в своих самородных шахтах. У гномов со дня на день сменится король, а все кандидаты – один другого дурнее! В королевстве стагнация… ты хоть знаешь, что такое стагнация? Так что времена наступают тяжелые!
– Вот это да! – с восторгом произнес Трикс,
Щавель фыркнул и пошел к столу. Подобрал полы мантии, усаживаясь поудобнее и добавил:
– Да, еще вымой полы в башне… у меня не было времени заниматься такими мелочами.
Навести порядок оказалось вовсе не мелочью, как убедился Трикс к вечеру.
Но зато когда стемнело, он сидел перед Щавелем, а тот объяснял основы телепортации:
– Каждое тело состоит из крошечных частиц. Совсем-совсем крошечных!
– Как песчинка? – спросил Трикс.
– Ха! В миллионы раз меньше! Представил?
– Нет, – признался Трикс.
– Почему?
– А миллион – это сколько? – невинно спросил Трикс.
Щавель склонил голову набок и подозрительно уставился на Трикса:
– Как ты можешь не знать? Ты даже барона Исмунда обыграл. Ты же знаток арифметики!
– Ну так то арифметики… – потупился Трикс. – В арифметике мне такие большие числа не требовались…
Щавель на миг онемел. Потом просветлел лицом и сказал:
– Недотепа…
Трикс всем своим видом изобразил смущение.
Ну а приободрившийся и подобревший Щавель взял со стола кусок мела и пошел к грифельной доске, висевшей на стене его кабинета…