Недотрога
Шрифт:
– «Эмблема мужества».
– Небось снова про войну? – улыбнулась она. – Ты выпалил это название, даже не задумываясь.
– Есть и другие любимые книги. «Приключения Тома Сойера», например. Или «Хроники Нарнии».
– Удивил! Никогда не думала, что ты любишь читать.
– Знаешь, когда у тебя нет дома, то надо же где-то убивать время. Вот я и приобщился ребенком к библиотеке. Там всегда было тепло, уютно, иногда меня даже подкармливали. И я торчал в читальном зале до самого закрытия.
Тяжелое
– Своих героев мне нужно было искать на страницах книг, – задумчиво проговорил Гейб и залпом допил свою текилу. – В окружающей меня жизни таких героев не было.
– А для Роби героем был ты.
– Нет, – резко оборвал он ее. – Никогда я не был для него героем!
Алисия бросила на него удивленный взгляд, недоумевая, что могло вызвать эту вспышку гнева.
– Успокойся, Гейб! Я не виню тебя больше!
– А должна бы.
– Нет! – покачала головой Алисия. – Не думаю, что Роби погиб по твоей вине. Уверена, ты сделал все, что было в твоих силах, чтобы спасти его. Потому что ты такой человек! Надежный человек!
– Откуда тебе знать, какой я человек?
– Быть может, я и не знаю тебя до конца. Зато я прекрасно знала своего брата. Он хорошо разбирался в людях.
– С чего вдруг такая резкая перемена в отношении ко мне? – тяжело вздохнул Гейб. – Ведь раньше ты меня ненавидела. Вот и продолжай!
Повисла напряженная тишина, которую первой нарушила Алисия.
– Если я тебя и ненавидела, Гейб, то только потому, что одновременно любила.
– Когда успела? Мы ведь были знакомы всего лишь одну неделю. То была не любовь, а всего лишь потрясающий секс.
– У меня иное мнение на сей счет, но свою точку зрения я тебе навязывать не собираюсь.
– И не пытайся. У тебя ребенок.
– То есть ты бросил меня тогда из-за Джастина?
– Не из-за него, черт возьми! А из-за того, что тебе нужен хороший муж, а ему – хороший отец. Я же не могу стать ни тем, ни другим.
– Разве я просила тебя взять меня замуж? Я просто хотела продолжения наших отношений, но ты решил прихлопнуть все на корню. Словом, постарался изо всех сил, чтобы я возненавидела тебя.
– И, как видишь, преуспел.
– На какое-то время – да! – Она встретила его взгляд, не опустив глаз. – Но потом ты вернулся.
– Но скоро опять уеду.
– Можешь уезжать хоть сейчас!
– Не раньше, чем разберусь со всем и наведу здесь порядок.
– То есть ты мне снова подаешь сигнал: никаких чувств, ибо я одной ногой уже на выходе?
– Неужели тебе нужны какие-то сигналы? Насколько я помню, у тебя есть
Его слова заставили ее вздрогнуть. А ведь Гейб прав! У нее есть Кейт. Что за глупости она сейчас болтает?
– Извини, – виновато понурилась она. – Видно, текила в голову ударила.
– И мне, наверное, тоже, – сухо ответил он. – Иначе бы мы не затеяли этот дурацкий разговор.
Она откинулась на спину и уставилась на звездное небо. Звезды были такими крупными, такими яркими, среди этих лесных чащоб ничто не мешало им светить в полную мощь.
– Ты разбираешься в созвездиях? – спросила Алисия Гейба.
– Да.
– Сам изучил? Или во время службы пришлось?
– И сам, и в армии. Звезды укажут путь лучше любого компаса.
– Где тебе понравилось больше всего?
Гейб прилег рядом и тоже обратил свой взор к небу.
– Каир – необыкновенный город. И Дубай потрясает своей роскошью.
– Даже не представляю, где это.
– Ты бы видела, сколько там людей!
– Да людей везде хватает.
– Хватает. Но такого умиротворения, как там, я нигде не испытывал. Река журчит по ночам, словно колыбельная, убаюкивая тебя своим плавным течением. Мне и сейчас ночами мерещатся эти волшебные звуки.
– Да, – задумчиво обронила она. – Понимаю. Словно родное сердце бьется рядом в унисон с твоим сердцебиением.
Гейб приподнялся на локте и повернулся к ней.
– Так бывает у близнецов, да?
Какое-то время Алисия молчала, погруженная в свои мысли.
– Пожалуй. Это, конечно, очень здорово, но иногда и раздражает немного. Я обожала Роби, но мы с пеленок постоянно были вместе. Нас всегда сравнивали, но при этом одевали в одинаковые костюмчики. Наверное, родителям так было проще: не надо было ломать себе голову над тем, что подарить девочке, что купить мальчику. А когда мама бросила нас, то большинство полученных мною подарков были исключительно мальчиковыми. Мама еще хоть как-то пыталась напомнить окружающим, что я девочка, а с ее уходом я росла сорванец сорванцом. Сама же мама была, судя по ее внешности, пай-девочкой. Так что у нас с ней мало общего.
– Ты поддерживаешь с ней связь?
– Изредка она присылает мне поздравительные открытки, иногда электронные письма, бывает, звонит по телефону. Разговор у нас всегда вежливый, но нам обеим почему-то неловко, и мы обе торопимся закончить его побыстрее. Долгие годы я обижалась на мать, но с рождением Джастина многое во мне переменилось. Я поняла, что такое быть матерью, какой это тяжкий труд – воспитывать ребенка. Впрочем, я по-прежнему считаю, что она поступила неправильно, бросив нас. Могла бы просто перебраться в город. Но она терпеть не могла Ривер-Рок. Сама она не местная и всегда очень скучала по своим родным. Нас – мужа и детей – ей было мало.