Неисповедимый путь
Шрифт:
— Нет! — она подалась вперед и схватила Билли за руку. — Не уходи. Останься и поговори со мной, пока не придет Бадди, хорошо? Я ужасно не люблю находиться здесь одна.
— Что он подумает, когда найдет нас вдвоем?
— Не знаю. — Она не ослабляла своей хватки. — А что он может подумать?
Ее глаза светились в слабом свете настольной лампы, а пальцы холодили мокрую от дождя кожу Билли.
— Может, он подумает…
Что между нами что-то было?
— А ты хочешь, чтобы между нами что-то
— Я…
Я тебя едва знаю.
— Ты не ответил на мой вопрос, чокто. Это ты бродишь вокруг моего трейлера по ночам?
— Нет. — Рассказать ей про мужчину, спросил он себя; но к чему хорошему это приведет? Этот только еще больше ее напугает, а полиция не сможет доказать причастность человека-змея к смерти Чалки. Нет. Четыре дня ярмарки закончится, она уедет, и тот человек больше не сможет ее беспокоить.
— Ну, а я думала, что это, должно быть, ты. Я думала, что ты крадешься рядом и шпионишь за мной! Вот глупость! — она засмеялась и потянула Билли. — Садись. Хочешь пива?
— Нет. Спасибо. — Он сел на выцветшую голубую софу, в то время как Санта возилась в своем холодильнике и открывала «Миллер».
— Извини за беспорядок. Иногда я становлюсь ленивой, как книжная страница. — Она отпила пиво из банки, подошла к окну и снова выглянула наружу. — Проклятье! Полило еще сильнее. — Стало слышно, как по крыше трейлера барабанят капли дождя. — Я хотела сходить на это ваше «Призрак-Шоу». — Она опустила занавеску и повернулась к нему. — Ты веришь в приведения?
Билли кивнул.
— Да, и я тоже. Знаешь, я родилась в Новом Орлеане, а этот город самый густонаселенный призраками город во все стране, ты слышал об этом? Они просто так и вылазят из деревянных строений. Конечно, я не видела ни одного, но… — Она села рядом с ним и вытянула длинные обнаженные ноги. Через разрез халата были видны ее бедра. — Черт побери! Я не думаю, что Бадди придет, а ты? Ублюдок обманул меня. Говорил мне, что даст работу в Бирмингеме после того, как ярмарка закроется.
— И что ты будешь делать?
— Не знаю, может быть, поеду домой. Мои дети живут с моей матерью. Да, не удивляйся! У меня две маленькие девочки. Я не выгляжу так, будто у меня двое детей, да? — Она похлопала по своему плоскому животу. — Как ты считаешь, на сколько я выгляжу?
Билли пожал плечами.
— Не знаю. Может быть…
На двадцать два, — сделал он комплимент.
Глаза Санты заблестели от удовольствия. Стук дождя по крыше был гипнотическим и убаюкивающим.
— Как ты думаешь, у меня красивое тело?
Билли заерзал и прочистил горло.
— Ну…
Конечно. Симпатичное.
— Я горжусь тем, как выгляжу. Поэтому люблю танцевать. Может быть, когда-нибудь я открою свою собственную школу танцев и буду давать уроки, но в настоящий момент я люблю находиться на
— Да.
Санта рассмеялась.
— Ха! Чокто, ты побил все рекорды! Сидишь, как священник в борделе! — Внезапно ее улыбка немного утихла, а глаза потемнели. — Но ты же не думаешь так? Что я шлюха?
— Нет, что ты! — ответил Билли, не будучи, однако, абсолютно уверенным, так это или нет.
— Я не шлюха. Я просто…Живу своей жизнью, и все. Я делаю то, что мне нравится, когда мне это нравится. Разве это плохо?
Билли отрицательно потряс головой.
— Твоя рубашка промокла. — Она подалась вперед и стала расстегивать ее. — Ты простудишься, если останешься так.
Он выскользнул из рубашки, и она отбросила ее в сторону.
— Так-то лучше, — сказала она. — У тебя красивая грудь. Я думала, что у индейцев на теле нет волос.
— Я только частично индеец.
— Ты симпатичный мальчик. Сколько тебе, восемнадцать? Нет, ты говорил, семнадцать. Ладно, я не думаю, что этот ублюдок Бадди придет сегодня.
— Я не знаю.
Санта допила пиво и поставила банку на столик рядом с собой. Она глядела на Билли и улыбалась до тех пор, пока он весь не покрылся румянцем.
— Ты раньше когда-нибудь был с женщиной? — мягко спросила она. — А? Ну…
Конечно.
— Сколько раз?
— Несколько.
— Ага. А луна сделана из сыра.
Она придвинулась к нему еще ближе и заглянула ему в глаза. Он очень симпатичный, — подумала Санта, но его глаза скрывают секреты; возможно, такие, которых лучше не знать. Бадди не придет, это ясно. Идет дождь, она одинока, и ей не нравилась идея спать одной, когда тот, кто прислал ей пучок стебельков роз, возможно, бродит вокруг трейлера. Она дотронулась пальцем до его груди.
— Ты хотел меня все это время, да? Ты не должен этого стыдиться. — Ее палец остановился на пряжке его ремня. — Ты мне нравишься. Черт возьми, послушай меня! Обычно я отбиваюсь от парней! Почему же ты другой?
— Я не другой, — ответил Билли, стараясь говорить спокойно. — Я думаю, что…
Я просто уважаю тебя.
— Уважаешь меня? Я давным-давно поняла, что уважение не согреет кровать холодной ночью. А я, чокто, пережила много таких ночей. И еще переживу. — Она замолчала водя пальцем по животу Билли; затем она схватила его за руку, притянула к себе и очень медленно облизала его пальцы.
Он сжал ее руку и сказал:
— Я… Не знаю, что надо делать. Я, возможно, не так хорош.
— Я выключаю свет, — ответила ему Санта, — и ложусь в кровать. Я хочу, чтобы ты разделся и лег в кровать вместе со мной. Согласен?