Неистовый зверь
Шрифт:
Глава 3
Марин де Альба
Утром Марина первым делом отправилась на кухню разыскать Сильду, чтобы за бытовыми вопросами поговорить также о более важных вещах. Над бронзовым котлом с овощной похлебкой поднимался ароматный дымок. Пахло поджаренным чесноком, шкварками и свежим сеном.
Недаром по стенам были развешены пучки пряных трав вперемешку с посудой, а вот медные ковши следовало бы хорошенько начистить песком, чтобы блестели в лучах солнца, заглянувшего в широкие окна кухонного покоя.
– Сильда, скажи,
Надо же было с чего-то начать…
Высокая девушка с темными коровьими глазами смерила Марину холодным взглядом и сдержанно ответила:
– Я разгладила полотнища скалкой и переложила лавандовым цветом.
– Вот и прекрасно! – похвалила Марина. – Самую красивую сегодня постелем на стол, когда соберемся ужинать. А что это у вас в миске, неужели кролик?
Раскладывая на противне ячменные лепешки, Сильда пренебрежительно хмыкнула, поразившись про себя невежеству госпожи:
– С первого взгляда видно, что не гусь! Салем купил молодого зайца у охотника в деревне, пока вы спали. Господин обожает жаркое.
– Может, лучше приготовим из него суп, – предложила Марина, деловито повязывая передник. – Считаю, Никосу будет полезней отведать наваристый бульон, в последнее время у него совсем аппетита нет, вчерашнее рагу даже не пробовал.
Служанка громко стукнула заслонкой печи и круто повернулась к Марине:
– Вы ничего не знаете про нашего господина!
– Но я искренне желаю ему помочь! Сильда, скажи, ты Никоса сильно любишь?
Девушка вспыхнула и закрыла лицо руками, перепачканными в серой муке, плечи ее судорожно вздрагивали. Марина стянула с крючка платок, понюхала его и, убедившись, что он не пахнет кислятиной или прогорклым салом, повязала себе на голову. Вот теперь можно и поговорить.
– Успокойся, Сильда, я не собираюсь отбирать у тебя желанного господина. И сама в хозяйки Тарлей не лезу, у меня другие планы… Ты ведь знаешь, с родственничком Никосу не повезло, а мы с Лиссой придумали, как поместье спасти и мне радость обрести. Я давно мечтаю стать мамой.
Раз ни мой бывший сожитель, ни господин Никос мне в этом деле не помощники, может, повезет, и я встречу в ваших краях здорового, симпатичного парня… э-э-э… желательно, с некоторыми умственными задатками, с приличной генетикой, ну, это уж, как получится, конечно, не часто бывает, чтоб и умен, и красив и добр… Да был бы человек хороший, душевный! Поняла меня, Сильда?
– Ох, простите, госпожа… не очень.
Марина откашлялась и немного повысила голос:
– Выйду замуж за Никоса и рожу от милого соседа, понятно?! Чтоб дядька де Верта к вам не придирался, от замка вашего ручонки свои загребущие убрал. И чтобы вы все были на нашей стороне, зря не болтали! А то будешь втихаря сердиться, что украла у тебя такое сокровище, как Никос Белый рыцарь, начнешь всякие гадости строить – оно мне надо? Я интриги не люблю, мне сразу надо высказать все в лицо, прямо и откровенно. Ну, как тебе
В глазах Сильды стояли крупные слезы, хоть кувшинчик подставляй, но скоро мелькнула и радость.
– Я все поняла, милая госпожа, все до капельки. А вы… вы позволите мне приходить по ночам к хозяину, как и прежде?
«Интересно, это сейчас была наглость или глупость… Никакой субординации в феодальном замке, и как тут порядок соблюдать. Не удивительно, что в подвале гниют мешки с вонючей шерстью, а на чердаке вымок прошлогодний лен»
Марина возвела синие очи к небесам. "Никос, видимо, настоящий ас в любовных играх, ишь, девчонка аж дрожит вся… побелела как простокваша, а ну, да как отменю их ночные свидания".
«Я бы, возможно, не отказалась поближе узнать Никоса, если он такой знаток женских удовольствий, но бледный и унылый кавалер совсем не в моем вкусе, увы… Где бы отыскать такого мужчину, чтобы увидела и сказала – ах! Вот от такого крепкого и веселого парня хочу иметь сына или доченьку. Мне-то без разницы, лишь бы здоровенький малыш родился».
– Можешь быть спокойна, Сильда, мы с твоим господином просто друзья. Лепешки скоро будут готовы? А почему сыр позеленел? Ты его специально для меня припасла с прошлого года? Я так и подумала.
Когда местный шеф-повар Сарлем явился в кухню с ведром колодезной воды, леди и служанка довольно мирно беседовали, обсуждая, сколько выделанных заячьих шкурок потребуется на подбой одного дамского плаща.
Потом Марине пришлось в первый раз наблюдать, как эта самая шкурка снимается со звериной тушки, ладно еще не в кухне процедура проходила, а на дворе. Теплые потроха ушастого неудачника Сильда снесла лохматым псам, якобы охранявшим крепость, а мясо да кости Сарлем нарубил и вместе с кровью сложил в горшок. Будет у Никоса сегодня славный обед!
– Жаль маловато осталось мускатной шелухи и корицы, – сокрушался старик. – Надо бы ехать в город, когда заведется побольше деньжат. Эй, Сильда, пошли мальчишку в деревню за яблоками, уксус тоже скоро закончился – весь на посуду перевели!
Половина дня прошла в обычной суете. Вместе с Лиссой и угрюмым работником Марина вынесла на просушку старые тюфяки, а после принялась за ценную кухонную утварь до которой прежде не добирались руки.
— Шесть серебряных ложек и шесть тарелок, одна соусница… Этим я лично займусь раз уксус еще остался. Лисса, тебе достаются сковородки и два маленьких котелка. Привлеки конюха, нечего ему на солнышке греться без дела.
– Они же чистые внутри, госпожа!
– А потом пойдем отскребать камин… Как думаешь, дров на зиму хватит? Надо сегодня опять в зале протопить, вчера взялась за гобелен с лошадками, а он будто отсыревший сбоку. Скажи Ронсо, пусть поможет снять, разложим на досках, прожарим на солнышке.
– Лучше бы вы просто бренчали на лютне и пели песенки, как прежняя госпожа Исабель, – вздыхала Лисса.
– Разве ты застала мать Никоса?
– В те годы здесь служила моя бабка. Все слуги очень любили хозяев за скромность и доброту.