Неистребимый
Шрифт:
Мир тут же сорвался с места, загрохотал и завопил на высоких тонах, атакуя органы восприятия, затем сознание очистилось… Все было привычно.
Пролетев несколько метров, маг тяжелой бесформенной грудой рухнул на лед, глухо лязгнув латами.
Я нахмурился.
Маг больше не шевелился, излучения жизненных эманации быстро гасли. После контрольного сканирования выяснилось, что ловчий маг Драхуб, слуга Владыки Колдэна и Хранитель Силы Рода, при падении банально свернул себе шею. Я выругался вслух и от души. Скверно получилось. Не этого я добивался. Не нужна мне смерть этого существа! Так, слегка проучить…
Мысль оборвалась – жуткий, леденящий душу рев буквально взорвал
Драконоконь!
Огромное тело взвилось на дыбы, тяжелый стальной щит на груди взметнулся, словно лист бумаги, подброшенный движением мощных грудных мышц, копыта с костяными серповидными резаками полоснули воздух перед лицом, замахнувшись для смертельного удара. В одно неуловимое мгновение я ощутил силу и мощь этого адского создания, его бешеную ярость, кровавым отблеском полыхнувшую в антрацитовых глазах, жажду крови и мести за хозяина. Хриплый вибрирующий выдох прочертил воздух пламенной струей, скользнувшей по правому плечу и непременно бы опалившей, если бы я не уклонился, мгновенно сместив корпус вправо.
Скорость чудовища оказалась просто невероятной, и уровень Лешу моментально взвинтился на целый порядок. Тварь была так смертельно быстра, что страшные копыта в одно мгновение не только расчленили бы меня на несколько окровавленных кусков, но и пронзили сталь, попадись она в этот миг на их пути.
Мощь… Конечно, я значительно превосходил драконоконя по скорости, и резерв был еще далеко не исчерпан, но мощь тела зверя, его стремительные движения наводили ужас и… и вызывали восхищение. Да, именно восхищение.
Промахнувшись, копыта со всей силы опустились на лед.
Серебристый фонтан сверкающего холода.
Драконоконь тут же развернулся в очередном прыжке.
Ответ был уже готов: связующая мыслеформула сконцентрировалась в руке.
Метнувшись прямо под зверя, я нанес жесткий удар открытой ладонью в надвигающуюся сверху широченную грудную клетку, под приподнявшийся стальной щит. Ладонь словно врубилась в бетон, и отдача едва не вырвала мне плечо, а махина из мяса и костей продолжала надвигаться, даже не заметив моих усилий по ее укрощению. В Лешу практически нет мыслей – точнее, там они качественно иные и сразу, едва возникнув, выплавляются в действие, – ибо мощный интеллект подсознания за едва уловимое мгновение просчитывает солидную кучу возможных комбинаций и выбирает наиболее подходящую. Поэтому некогда особенно сокрушаться, если, например, расчет веса этой туши почему-то оказался небрежно занижен этим самым злоклятым интеллектом. Не получилось сразу – попробуй применить второй, третий… десятый вариант, пока не добьешься успеха или не погибнешь сам. В данном случае погибать было просто смешно. Погибать я и не думал – задачка была не слишком сложна. Убивать зверя… Это великолепное адское создание? Об этом не могло быть и речи. Куда интереснее и перспективнее – попытаться подчинить его себе, ведь способы для этого имелись, способы, которые я никогда не применял на людях, по крайней мере, последние несколько лет.
Дальше все напоминало отдельно вырезанные кадры из визофильма.
«Энергия со всего тела споро течет в правую руку, формируя ее в молот…
Земля снова вздрагивает от удара копыт, осколки льда медленно отделяются от нее и устремляются вверх…
Очередной пламенный выдох зверя – и язычок пламени перед мордой начинает формироваться в струю…
Нырок влево…
Два быстрых шага прямо под брюхо, затянутое корсетом бронированной чешуи и стальных мышц…
Короткий отвод руки к груди для удара –
Рука пошла вперед…
Движение копыта задней ноги зверя навстречу…
(Слишком медленно. Но как он мог угадать?!)
Пальцы впиваются в чешуйчатую кожу брюха, в связки и мышцы, из-за взвинченной скорости удара податливые, словно масло… уклонение… копыто острым срезом скользит поверх плеча, словно меч разъяренного воина…
…И только сейчас пламя выдоха достигает льда и плавит его там, где меня давно уже нет. Давно – по меркам Лешу.
Три скользящих шага в сторону…
Дело сделано».
Ментограмма, которую я ввел в прикосновение пальцев, уже запущена и действует в драконоконе самостоятельно. Структурирующий поток энергии скользит по нервным волокнам твари, глубоко проникает внутрь, минует внутренности, движется дальше, по гигантским мехам легких, достигает нервного сгустка, вычисленного как сердце, и охватывает его жестким коконом заданного алгоритма… Расчет оказался точен, и ощущение затухающей жизни зверя улавливается моей аурой как слабеющее тепло солнечного заката…
Драконоконь поражен. Оглушен и скован. Сон наваливается на него непреодолимой многотонной тяжестью.
Возврат из Лешу в обычный поток сознания.
Снова привычный хаос из звуков и образов, сопровождающий переход сознания на другой уровень восприятия, и спустя какой-то миг все приходит в норму…
Драконоконь пятился из последних сил, запаленно хрипел, приседал на задние ноги, словно пытаясь сбросить чуждые оковы магии Мобра, особого искусства структурирования мыслеобраза с Новы-2, но одолеть их был не в силах. Огромное тело неотвратимо влекло к земле… Пламя вилось множеством отдельных смерчиков вокруг судорожно раздувающихся ноздрей. В темных, влажно отблескивающих глазах – невероятное потрясение… Затем земля вздрагивает – драконоконь обрушивается на нее подобно высокой каменной башне при землетрясении…
В этот момент толчок интуиции заставил меня оглянуться.
Как оказывается, своевременно. Разрез в пространстве, через который проник маг, медленно закрывался. Его края будто затягивались прозрачным вязким клеем, скрывая траву и деревья и возвращая на место картину адского пекла. Забавно, но в фэнтезийных визопостановках заклятия обычно гасли после смерти сотворившего их мага.
Впрочем, я сейчас не дома перед визором.
На решение проблемы оставались считанные мгновения, и я метнулся вперед. Разрез затянулся уже наполовину, но тридцать шагов – ничтожная доля секунды для быстровременья, сдвиг в которое произошел сам собой, без малейших усилий – сил пока было еще немало. Одинаково дробящие лед и пекло удары каблуков, прыжок…
…И я выпадаю в другую реальность, под бледное солнце и свежий ветер.
2. Пища для размышлений
Быстро оглянувшись вокруг, я удовлетворенно хмыкнул.
Лед и пекло исчезли, словно лопнувший мыльный пузырь. С севера, примерно километрах в пяти, смутно прорисовывалась серо-зеленая стена неведомого леса, с востока обозначилась россыпь разновеликих холмов, протянувшаяся до тонущих в туманной дымке далеких горных круч. Судя по белизне, укутывающей вершины, высота их была немалой. Остальные стороны света покрывала ровная как стол равнина, сплошь укрытая одеялом из зеленовато-серой, слегка пожухлой травки. Небо осталось почти прежним – тусклая клякса солнца плавала в зените, словно в мутном киселе, тучи из черных полиняли в темно-серые. Остро пахло грозой. Время года по ощущениям – поздняя осень, время суток – ближе к вечеру.