Некрочип
Шрифт:
– Не знаю, – сказал Слайдер. – Мне и самому не совсем понято, почему я этим занимаюсь. Для меня это работа, просто работа и больше ничего.
Атертон молча наблюдал за Слайдером, прекрасно сознавая, как много проблем, соединившихся разом в тугой узел, переполняли его чуть склоненную вперед голову. Но совсем не личные проблемы заботили в эту минуту его шефа. Он думал о том, что, кроме случая с констеблем Филдом, Кейт уже доказал, что готов пойти на убийство человека ради успеха задуманной им противозаконной операции и еще двух человек, чтобы гарантировать ее от провала. И если Бэррингтон по недомыслию или злонамеренно сообщил Кейту,
– Ты прав, – произнес он, обращаясь к Атертону. – У нас нет другого выбора. Он поднял голову, непроизвольно при этом вздохнув. – Но сначала надо пойти подкрепиться. Не хочу встречаться с Иваном Грозным на пустой желудок.
Атертон испытал облегчение, увидев, что Слайдер вновь вернулся в свое обычное состояние.
– Если ты хочешь поесть в этом заведении, то я схожу и попрошу у них меню. Кухня здесь, кстати, вот-вот должна закрыться.
– О нет, не стоит беспокоиться. Возьми мне то же, что и себе. Если это, конечно, не рыба с чипсами.
– Если я чего и понял в ходе этого расследования, так это, что чипсы вредны для твоего здоровья, – сказал Атертон, выбираясь из-за столика.
Глава девятнадцатая
Догадайтесь, кого ждет Пиннер
Свернув за угол дома на пересечении Оулд-Бейли и Ладгейт-Хилл, Слайдер неожиданно увидел Джоанну, шедшую ему навстречу со стороны собора Святого Павла. Джоанна его тоже заметила почти в тот же момент и замерла на месте. Расценив это как разрешение подойти, Слайдер мгновенно преодолел разделявшее их расстояние. День выдался необычно прохладный для последней декады июня – расплата за слишком теплый май. Ветер дул порывами, ударяя по щиколоткам поднятыми в воздух мельчайшими песчинками, а над головой медленно проплывали сплошные серые облака.
– Как ты здесь очутилась? – спросил Слайдер.
Джоанна жестом указала куда-то позади себя.
– Мы выступаем сегодня в кафедральном соборе. Вот прервались только ненадолго, чтобы пообедать. А что ты здесь делаешь?
– Тоже ищу, где бы перекусить. А вообще я с утра был в судебном заседании. – Слайдер махнул в сторону здания Центрального уголовного суда. – Предполагалось, что я выступлю сегодня до обеда, но меня так почему-то и не вызвали. Похоже, мое мнение их просто не интересует.
Некоторое время они молча глядели друг на друга.
– А ты похудел, и очень даже заметно, – сказала Джоанна. И действительно, темно-синий костюм Слайдера, который он надевал всегда, когда требовалось явиться в суд, висел на нем, как на вешалке.
– Да, – сказал он и, подняв руку к голове, добавил: – И поседел тоже.
– Ну насчет седины ничего не могу сказать – тут такой ветер... Представляю, что тебе пришлось выдержать. Читала в газетах.
– Ну, в газеты попала только самая малая часть... – сказал Слайдер. – На самом деле у всей этой истории был куда более неприглядный характер. У меня вплоть до последнего времени было столько работы, что и не передать. Так что мое присутствие в суде я иначе как отдых не расцениваю.
Она согласно кивнула головой.
– Джим мне рассказывал. Он заходил ко мне раза два.
– Джим? Какой Джим? Неужели Атертон?..
– Ну да... – улыбнулась Джоанна. – Кроме него, мы больше никакого Джима не знаем.
– Так значит, вы виделись с Атертоном?
– Да нет
– А почему он это делал?
– Да потому что относится ко мне хорошо, а я – к нему. И еще потому, что он единственный человек, с которым я могу говорить о тебе.
– Ох, – последние слова Джоанны были для Слайдера все равно что бальзам на раны.
Она поднесла руку ко лбу, чтобы отвести упавшую на глаза челку. По длине волос Джоанны легко можно было догадаться, что она давно не была у парикмахера.
– Слушай, – произнес наконец Слайдер, – неужели мы так и будем стоять все время на ветру? Может, зайдем куда-нибудь, пообедаем? Здесь как раз неподалеку есть один бар.
Слайдер готовился уже было получить отказ, когда Джоанна, немного подумав, приняла его предложение:
– Хорошо, только мне придется все время смотреть на часы.
– О, у меня тоже времени в обрез, – сказал Слайдер, и они пошли вверх по улице, поднимавшейся к вершине холма, стараясь при этом держаться на таком расстоянии, чтобы как-нибудь друг к другу не прикоснуться. Бар показался Слайдеру ужасным. Он вообще избегал заходить в подобные суперсовременные заведения с огромной пропускной способностью, которые, как правило, переполняла молодежь из соседних контор, проводившая отведенное для ланча время под аккомпанемент оглушительной музыки. Пиво в таких местах бывало только бочковое, а запакованные в пластиковую оболочку сандвичи стоили непомерно дорого. Правда, было и одно несомненно положительное обстоятельство: Слайдер был гарантирован здесь от нежелательной встречи с кем-нибудь из своих знакомых. Именно это и определило его выбор, когда надо было решать, куда пойти вместе с Джоанной.
Взяв сандвичи и напитки, Слайдер и Джоанна с трудом преодолели расстояние, отделявшее их от столика, освободившегося только что в самом углу зала. И сделали это они так быстро, что им удалось приземлиться на еще теплые стулья у заваленного грязными тарелками и залитого пивом столика до того, как эти стулья могли куда-нибудь утащить. Устроившись кое-как за неприбранным столом и оглядевшись еще раз по сторонам, Слайдер подумал, что это хорошо даже, что они в конце концов оказались вместе с Джоанной в малопривлекательной, если не сказать хуже, обстановке. Бог скоро сменит гнев на милость и все их горести и страдания останутся навсегда в прошлом.
– Ужасный бар, – сказала Джоанна, как будто сумела прочитать его мысли. – Никому бы и в голову не пришло искать нас в подобном месте.
– Приятно хоть на некоторое время почувствовать себя в безопасности, – сказал Слайдер. – А то в суде все только и делают, что пытаются вытащить из меня какие-нибудь сведения.
– Значит, ты и мне ничего не расскажешь?
– Ну, ты это совсем другое дело. А что, тебе действительно интересно?
– Ну разумеется!
И хотел только Слайдер начать рассказывать, – как вдруг возле их столика появилась молодая парочка, пришедшая поиграть на игровом автомате. Так как «фруктовая машина» находилась совсем рядом, Джоанне, чтобы лучше слышать Слайдера, пришлось подвинуть свой стул и сесть к нему поближе, Она даже немного к нему наклонилась, потому что как еще можно услышать собеседника, когда к льющейся из скрытых повсюду динамиков музыке примешиваются электронные трели игрового автомата. И надо отдать должное человеческому уху. Любой другой аппарат в таких условиях просто вышел бы из строя.