Немая

Грозд Евгения

— Это поможет, но ненадолго, — осведомил он своего босса и меня. — Рана серьёзная. Без медицинской помощи девушка умрёт через несколько часов.

Обняла голову руками и благодарно кивнула. Благодетели поднялись, но я не могла так просто дать им уйти. Поймала «босса» за куртку, умоляюще глядя на него.

— Что? — занервничал он ещё сильнее. Указала на Олю и на дверь. — Нет. Я не могу. Мирон на чеку, но я постараюсь помочь, чем смогу. Не обещаю, но постараюсь.

Мужчина вытер рукавом вспотевший лоб и, отпихнув меня в сторону, выскочил за

дверь.

Вернулась к жене Ярослава и осторожно взяла её за руку. Губы пересохли, жуткие синяки под глазами. Нежно погладила покрытый испариной лоб. Карие глаза сверкнули золотистой искрой, ласково глядя на меня.

— Нам подарили немного времени, Надюш… Выше нос.

Смелая. На волоске от смерти, но утешает меня. Сжала прохладную ладошку в своей, тихо молясь быть услышанными. Не знаю ответ ли это на мою молитву, но в помещении спустя долгое и монотонное ожидание, появился Мирон. Живо вскочила на ноги, намереваясь защищать себя и девушку до последнего. Встала стеной между ней и бандитом.

— Что не сдержался этот тюлень? — усмехнулся он, глядя на Олю поверх моего плеча, и сплюнул: — Ссыт, как малолетний сопляк.

Попробовал сделать к раненной шаг, но я не позволила. Со всей мочи ударила мерзавца в грудь кулаком. Мирон поморщился, отступив и зверем посмотрев на меня. Мне страшно, но страх давал силу. Отчаянно смотрела в жестокие глаза, не чувствуя, как по моим щекам текут слёзы.

— Можешь только драться, да? — усмехнулся бандит, разглядывая меня. Оскал мужчины сжимал нутро до мельчайшего существа, но я храбро держалась. Вскрикнула, когда он резко выбросил руку вперёд, больно сцапав за волосы. Притянул к себе, блокировав руки. — Эти кулачки, как маленькие молоточки. Такая немощная, хрупкая и немая. Настоящее счастья для мужчины. Тем более для преступника.

Хватка вдруг резко ушла, и я едва смогла устоять на ногах.

— Знаешь, а ты мне понравилась тогда, кроме последней главы. Я бы мог тебя сейчас взять силой, только меня не прикалывает трахать бабу против воли. Не тот эффект.

Испуганно попятилась, но едва не запнулась об ноги Оли. Глянула на неё — рана по-прежнему кровит, а внешний вид девушки не внушает удачного исхода. Нужно что-то делать. Возможно, даже это. Ладно, Надя, после всего пережитого с тебя уже не убудет.

Сделала решительный шажок к бандиту и, гася в себе всё своё отторжение и ненависть, аккуратно поцеловала в губы. Мирон замер, принимая мой робкий поцелуй, а после недоверчиво отстранился. Я же указала на Олю, всем видом показывая, что она — моё условие.

— Нет, спасать её я не собираюсь. Этот нож для её муженька, но… В моих интересах, чтобы она дожила до его прихода. Если за ней присмотрит мой человек, то? — и вопросительно посмотрел на меня.

Сглотнула, понимая, что помощь худо-бедного, но медика, будет в разы лучше, чем моя — у него есть лекарства и бинты. Властная ладонь медленно скользнула ко мне и обвила талию.

— Согласна? — дьявольский взгляд сжигал до основания. — Только чур без выкрутасов

в этот раз.

Опасается? Что ж правильно делает. Кивнула, принимая его условия. Рука с талии ушла, взяв в плен мою ладонь, и бандит потащил меня прочь из подвала.

ЯРОСЛАВ

— У тебя сердце шалит, приятель, — сочувствующе диагностировал медик, что прибежал на зов парней, когда я рухнул с адской болью в груди. — Предынфарктное состояние. Тебе бы в больничку.

— Моя жена при смерти у отморозка, а мне в больницу? Соображаешь вообще, что мелешь? — рявкнул я, застёгивая пуговицы на рубашке.

— Да уж понял, — усмехнулся фельдшер и протянул упаковку с таблетками. — На, под язык одну штуку, если боль повториться. А потом бегом в больницу, понял? Иначе, хана!

Кивнул, забрав у него пилюли. Сделаю, когда моя Оля будет в безопасности.

— Отследил звонок? — дошёл до аналитической бригады, где толпились Герман и Антон.

— Да, — кивнул аналитик. — Это трасса в пяти километрах от Москвы.

— Туда уже отправили патруль, — доложил Герман. — Но я сомневаюсь, что Мирон там.

— Конечно, он же не дурак, чтобы выдать нам своё местоположение на блюдечке, — сурово отчеканил я. — Он игрок, и задал нам направление, но он наверняка где-то рядом. Поехали, — и я направился к машине.

Парни не заставили себя ждать и сели в салон авто.

— Хочешь сам осмотреть место? — Колосов, давно не видевший меня в деле, видимо, не питал надежд.

— Я — ищейка, и только я найду зацепку, — сурово посмотрел на друга.

Вдавил педаль газа глубже.

— Яр, — тихо позвал Колосов, и я уже почувствовал о чём он заговорит.

— Мне насрать кто он, — предвосхитил его дальнейшую реплику. — Если моя жена умрёт, он будет следующий. С роднёй не так принято знакомиться.

— Неужели твой брат никогда тебе о нём не говорил? — этот вопрос Антона мучил сейчас и меня.

— Знай я о племеннике, думаешь бы бросил его? Нет, Лёня всегда был скрытен в этом плане. Вот и плоды. Дураком родился — дураком умер, — и в досаде стукнул по рулю, невольно уйдя в прошлое, где брат всячески заботился обо мне, учил и помогал становиться на путь преступности. Не те плоды, не такая семья.

— Стой! Стой! — неожиданно заорал с заднего сиденья Беспалов, и я дал по тормозам, едва успев остановиться перед Газелью, что вдруг вылетела на встречку.

Грузовая мигнула фарами, развернулась и поехала перед нами, включив аварийные сигналы.

— Просят следовать за ними? — понял я и не заставил себя ждать.

— Это может быть ловушка, Яр, — надсадным голосом предупредил Герман.

Газель съехала с трассы на просёлочную, уводя вглубь леса, а после остановилась. Спешно изъял из кобуры пистолет, ожидая дальнейших действий неизвестного. Дверцы грузового авто распахнулись, и навстречу вышел тот, кого никак не ожидал увидеть.

— Мать твою! — выдохнул я.

Бороев собственной персоны стоял в окружении своих боевиков, что держали нас на мушке.