(Один персонаж, ХЕЙДИ, молодая женщина чуть старше двадцати, обращается к зрительному
залу из круга света на пустой темной сцене).
ХЕЙДИ. В старом доме, на верхней лестничной площадке, стоит старинный шкаф из темного дерева, в котором моя бабушка держала фарфор, привезенный из Европы, и моя бабушка, женщина загадочная, не позволяла нам посмотреть на него. Ключ на цепочке висел у нее между грудей, которые в ее молодости наверняка производили впечатление, потому что на старинных овальных портретах она не выглядела такой уж красавицей, но от нее нельзя было оторвать глаз, от этой женщины с тайной. По ее словам, все молодые люди были от нее без ума, один рехнулся в прямом смысле этого слова, другой повесился на толстом суку дуба, а еще трое, когда она их отвергла, ушли на войну и погибли. Замуж она вышла за моего дедушку, который был часовщиком, не самого красивого парня на деревне,
но точно самого рукастого, и даже в своем более чем преклонном возрасте моя бабушка сохранила эту власть над мужчинами. Я видела, как срабатывали ее чары, и с почтальоном, и со многими ухажерами моей матери, появившимися после того, как мой отец умер совсем молодым, подавившись острой костью и клецками. Она указывала на точку между грудями, где висел ключ от старинного шкафа с фарфором, и он их гипнотизировал, и молодых, и старых. А в вечерних сумерках она говорила мне: «Послушай, сестра – она всегда называла меня сестрой, мы словно становились членами тайного общества, – послушай сестра, никогда не прикасайся к шкафу с фарфором, который стоит на верхней площадке лестницы, не проходи рядом с ним, не пытайся открыть его, потому что единственный ключ от него только у меня, висит между моих грудей, и ты никогда, никогда не должна касаться фарфора, который в шкафу, потому что если коснешься, сестра, ты будешь проклята, маленькая девочка, ты будешь проклята на всю оставшуюся жизнь».
