Ненависть

Стояла теплая осень. Деревня где-то на побережья залива Мертвецов жила вполне себе спокойно. Крестьяне выращивали зерновые культуры и рыбачили. Все концентрационные лагеря были вдалеке отсюда. Восстания болотников, гноллов и других рабов не добирались сюда. Все войны были для этой деревни чем-то далеким, неизвестным уже больше ста лет. Но все переменилось с наступлением этой чудовищной ночи.

Танкред,

молодой рыбак сидел на берегу и смотрел на море. Ему нравилось море. Оно было таким спокойным. Даже в свои двенадцать весен Танкреду нравилось спокойствие и одиночество, и море давало ему это сполна.

– Танкред, ужинать! – позвал его ласковый девичий голос.

– Сейчас, сестра, – ответил паренек.

Танкред бросил последний взгляд на тихое море. Вдали, на линии горизонта, там, где умирало солнце, он заметил какое-то судно. Оно шло под чудесными белыми парусами. На нем был какой-то рисунок, но из-за того что он светился на солнце, четко его рассмотреть не удалось. Пожав плечами, Танкред пошел домой.

Ужин как всегда не представлял из себя чего-то особенного. Овощная похлебка и сушенная рыба. Семья Танкреда перебралась сюда из куда более плодородных земель королевства Арвида, но ела здесь куда лучше, чему была несказанно рада. Отец Танкреда, огромный мужчина, поев вышел на улицу, дабы помочиться.

– Сегодня отец какой-то угрюмый, – Ольга, сестра Танкреда, обратилась к матери, обгладывая хребет рыбы.

– Просто ваш отец думает, что в этом году мы станем платить лорду больше, так как началась новая война. Он подумывает уйти в наёмники.

– Опять?

– Не опять, а снова. Да и кто мы такие, чтобы ему перечить, – мать Танкреда, смиренная женщина, принялась чистить котел.

Но тут снаружи послышались крики. Отец Танкреда влетел в дом, переворачивая на ходу стол. Он бросился к стене, на которой висел его тесак и круглый щит.

– Ольга, бери мать, брата и бегите отсюда. Живо! – с этими словами он выскочил в ночь.

Сборы были недолгие. Они выскочили из дома и побежали в сторону леса. Но как только они выбежали на окраину деревни, то увидели, что сюда идут высокие воины в блистающих в огнях факелов доспехах. Они шли, не скрываясь и переговариваясь на неизвестном языке.

– Ольга,

бери Танкреда и прячетесь в подпол. Я их отвлеку. Бегите! – это были последние слова матери Танкреда. На полпути до воинов её пронзили несколько копий.

Прибежав к дому, Танкред увидел, что половина деревни уже объята огнем. Воины в блистающих доспехах и драконах на щитах за волосы куда-то тащили деревенских. Увидев ещё пару деревенских, парочка воинов направилась к Ольге и Танкреду. Сестра быстро втолкнула мальчика в дом, а потом силой запихала его в подпол.

– Ольга, а ты?

– Не беспокойся за меня, братишка, со мной все будет хорошо, – сестра Танкреда улыбнулась сквозь слезы и закрыла подпол. Танкред хоть и был мал, но он понял, что эта была ложь. Ему осталось только смотреть сквозь щель. Воины вошли в дом, оглядываясь по-хозяйски. Ольга с ухватом бросилась на бойцов, но один из них отбил в сторону самодельное оружие не напрягаясь. Он толкнул её щитом, от чего она шлепнулась на пол. Бойцы гоготнули, а затем один из них пинком ноги в лицо уложил её на пол. После недолгой беседы на неизвестной языке, воины сняли шлемы. Их кожа была желтоватой, а глаза-золотистыми. Это и длинные уши выдали в них вильдров, высших эльфов, которые считались самой культурной и цивилизованной нацией. Они достали ножи и с их помощью распяли Ольгу на полу. А затем начали её насиловать. Это продолжалось долго. Изнасилования чередовались с побоями. А Танкреду оставалось только лежать в подполе, зажав рот рукой, рыдать и смотреть. Ей отрезали пальцы, а когда вильдры удовлетворили свои потребности, они начали отрезать от неё по кусочку в других местах. В итоге они её просто прирезали. Они уже хотели уходить, но один из них о чем-то вспомнил. Они начали рыскать по дому, а затем начали тыкать в пол. Один из них почти попал в Танкреда, но удача в этот момент была на его стороне . Но в следующий момент она от него отвернулась. Планка подпола поднялась вместе с копьем, открывая Танкреда налетчикам. Они его вытащили за шиворот и принялись бить. Видимо, понятия гуманности у них нет совсем, поэтому Танкред повстречался лицом со всеми стенками своего дома, столом, печкой и щитами.

Конец ознакомительного фрагмента.