Необычный наемник
Шрифт:
В общем, я предавался интеллектуальному пиршеству в ожидании скорого суда. Моя роль там была незначительной, выступить пару раз в качестве свидетеля — и все. Конечно, я обязан был до конца суда присутствовать на каждом слушание, но кто будет следить за наглым наемником, глупым исполнителем и просто криминальным элементом.
Похоже, что внушение Тулия не прошло даром.
Я задумался о своем положении, которое никак нельзя было назвать хорошим. Вопрос был не в доходах и комфорте жизни, нет. Проблема была в моем отношении к этой самой жизни и вообще к моим способностям.
Каждый молодой человек в Империи получал возможность применить свои таланты
Вот всегда, когда я оказываюсь на перепутье, в моей голове происходит некий сдвиг. Эта мысленная революция всегда изводила меня, заставляла размышлять о прошлом и… в общем, я становился тоскливым и скучным. Вот почему я не мог оставаться на одном месте, вот почему меня так тянуло в пустоши. Там просто не остается времени, чтобы размышлять о своих недостатках и неверных поступках в прошлом.
Конечно, идя по пепельной пустыни, наслаждаясь серными ароматами в воздухе, отбиваясь от ползучих и не очень гадов, я все равно рассуждал о себе, о своем месте в мире, но не так депрессивно. Скорее даже наоборот, идя по долине смертной тени, я чувствовал биение жизни. Да, только ради этого я обитал в этой провинции, иначе давно бы осел среди теплых рек Норсерта, где-нибудь рядом с Ориком — моим родным городом.
Пустоши мне нужны были, как лекарство от тоски. И они действительно были наркотическим веществом, которое полностью поглощало разум, переваривало живого и меняло его дух. Мистическая земля, идеально подходящая для мага. Особенно такого мага, как я.
Последний свободный день я провел уже не в комнате, а тренируясь в кулачном бою с караванной охраной. Я проигрывал, так как принципиально не использовал магию, но стражи караванов были милостивы к побежденному, ведь наша драка была на самом деле дружеской. Я решил взять пару уроков рукопашного боя, просто для того, чтобы отвлечься от темных мыслей.
Никакого толку мои занятия не принесли, я как был профаном в кулачном бою, так и остался. Я даже мечом орудовал, как иглой, потому и вооружился проверенным легионерским клинком. Рубящий меч слишком тяжел, чтобы таскать его с собой, а армейский меч подходил для коротких схваток идеально. И это было единственное оружие, кроме магии, которым я сносно владел.
Ну, я мог еще пострелять из лука, но мое мастерство не шло в сравнение с мастерством охотников пустошей. Их короткие костяные луки били точнее имперских, и не важно какие погодные условия были на дворе. Ни бури, ни ветра, ни ночь, ни пылающий лик неба, ничто не могло снизить точность эльфов. Эти мастера засад подняли свое мастерство на запредельный уровень.
К счастью для меня, магия оберегала меня от хитрых стрел эльфов, которые, к тому же, были обильно смазаны парализующим ядом. Как будто попадание в глаз не могло меня остановить. Мой помощник-ветер всегда вовремя предупреждал, когда в меня направляется летящая смерть. Ну, а моя реакция позволяла вовремя уйти из-под обстрела. Эльфы не рисковали повторять попытку, что могло бы показаться странным, но они предпочитали простую добычу. Затяжные сражения в пустошах отнимали слишком много сил, а добычи для умелых охотников было предостаточно.
Да, я для них был не
Городские эльфы, к счастью, были более цивилизованы, хотя в их алых глазах я порой замечал довольно демонические искры. Сожрут, ох, сожрут, стоит им дать только повод!
Но сжирали они обычно в фигуральном смысле, благо в городах редко кто голодал. Если не хватает денег на хлеб или грибы — вдоволь крыс! Эти вездесущие твари, казалось, не боялись ни Тьмы, ни Света. Они обитали везде, настоящие паразиты. Некоторые маги развлекались и вытворяли с этими голохвостыми тварями поистине чудовищные вещи — заставляли их расти в размерах, например. Вот так грызуны превращались в сторожевых монстров, которые мечтают полакомиться посторонним.
У меня не было своего дома, в котором я жил бы постоянно, так что такие сторожевые зверушки мне не требовались. Да и не стал бы я издеваться над крысами, мне бы хватило невидимых элементалей воздуха, которые накидываются на врага и лишают того возможности вздохнуть. Медленная и поучительная смерть.
Вот стану седобородым старцем, который каждую секунду своей жизни изрекает то одну, то другую мудрость, вот тогда и заведу себе таких сторожей. А пока я молод и глуп, мне хватит собственных сил для самообороны. Да и прирученные существа магии порой ведут себя несколько нетипично, бывали случаи, что они набрасывались на заклинателя. Причем формула призыва существа не была нарушена.
Магия такая ненадежная вещь. Вот почему обыватели, имея доступ к Знаниям, не спешат изучать их. Это воины, которые постоянно играют со смертью в кости, рискуют изучать простейшие заклятия. Кому-то они помогают, кому-то нет, все зависит от способностей и склада ума. Обычно же эти попытки самостоятельно стать магом ничего не дают, воин остается просто воином, только способным без кремня зажечь огонь в костре.
В походе это, конечно, полезно, но в бою… нет.
Надо научиться быстро реагировать на ситуацию, чтобы стать боевым магом. Причем реагировать нешаблонно, не по учебникам. Это достигается только практикой! Не имея ни возможности, ни желания обучаться боевой магии, я в юности посетил Королевство. А потом шутил среди соратников — хочешь обучить кого-то боевой магии, забрось его в пепельные пустоши с одним ножом.
Я выжил, но у меня не было выбора. Не вмешайся случай, я бы никогда не рискнул приобрести этот опыт.
В юности я лишь с борта корабля наблюдал недобрый пепельный песок, ступая на земли Кольца только в портах. Но море сурово, оно не позволяет расслабляться, вот и мой корабль погиб наткнувшись на рифы.
Да, как вспомню те времена, так дрожь берет. Вот ради этой дрожи я и хожу в пустоши, напоминаю себе, что когда-то был наивным глупцом, не ведающим страхи мира.
Может быть, поэтому я решил помочь Эвелеру? Не хотел разрушать его наивное видение мира? Ох, эти мысли меня съедят.
Последнюю ночь перед судом я не мог уснуть, маялся в своей кровати, хотя повода для беспокойства не было. К Изил сон так же не спешил на свидание, я слышал ее дыхание. А уж отличить звуки спящего человека, от пытающегося заснуть, я мог. В конце концов, она встала и судя по звуку зажгла свечу. Решила почитать, похоже. В доме кроме моих книг не было ничего, способного занять ум. Так что Изил ждало долгое путешествие в дремучий лес слов о философии и размышлений о мироустройстве. Историческую литературу я не признавал, считая ее простой пропагандой. Иногда попадались интересные записи, но очень редко.