Шрифт:
Ивон помнила тот день, когда впервые встретила Сола.
Было лето 2085 года. Тогда дождь застал её в дороге, заставив искать убежище. Она увидела полуразрушенное промышленное здание примерно в ста метрах от дороги и решила переждать дождь там. Изъеденная ржавчиной табличка говорила, что когда-то это здание было мебельной фабрикой, однако, судя по плачевному состоянию, в котором оно находилось, надеяться найти там удобную кровать было бессмысленно. Внутрь Ивон проникла без каких-либо проблем.
Больше, чем обрушение крыши, её беспокоили банды мародёров, на которые она могла здесь наткнуться. Хотя… Внимательно
Стараясь издавать как можно меньше шума, Ивон направилась внутрь здания. На улице уже вовсю лил дождь, так что она успела как раз вовремя. Здание было двухэтажным, но смысла подниматься на второй этаж, чтобы его обследовать, она не видела, так как пол был почти полностью разрушен то ли от старости, то ли ему помогли, и Ивон приняла решение остановиться в одном из помещений первого этажа. Обследовав территорию, девушка нашла более или менее сохранившуюся комнату, которая и стала её местом для ночлега на предстоящую ночь.
Остаток для прошёл в попытках соорудить какое-то наподобие постели, которую составили найденные в здании тряпки и чудом сохранившиеся опилки. С приходом темноты она устроилась на импровизированной кровати, положив нож перед собой. Ветер завывал в щелях стен, как будто напевал колыбельную, и это мирное завывание, как и усталость, поспособствовали быстрому отходу ко сну.
Клац-клац.
Ивон распахнула глаза и резко села на постели, выставив руку с ножом перед собой. Этот звук ей не приснился, она могла поклясться. Была середина ночи, и тьма стояла непроглядная. Девушка потянулась к свече, стоявшей на полу, и, щёлкнув зажигалкой, подожгла фитиль. Слабое пламя осветило кирпичные стены и выход, зиявший прямоугольной дырой, похожей на беззубую пасть, и создавалось впечатление, как будто само здание хотело её сожрать. Ивон прислушалась.
Клац-клац.
Снова этот звук. Как будто звенья цепи соприкасались друг с другом. Потом шорох, чьи-то приглушённые шаги. Ивон медленно поводила головой, пытая определить откуда исходит звук, потом замерла и посмотрела наверх. Прямо над ней! Ивон схватила свечу и посветила на потолок. Никого. Ну конечно, кто-то ходил на втором этаже! Она мысленно наругала себя за беспечность. Надо было всё-таки обследовать здание при свете дня.
Стараясь не шуметь, она на цыпочках выбежала из помещения, и, оказавшись снаружи, посветила свечой наверх. Как раз над комнатой, которую она оккупировала, находилось хорошо сохранившееся помещение с уцелевшей дверью, которая была закрыта. Недолго думая, Ивон направилась к лестнице, ведущей на второй этаж. Поднялась она без приключений несмотря на то, что лестница была полуразрушена, и осторожно подошла к таинственной двери. Перед тем как войти девушка прислушалась. Тихо. Тогда она легонько толкнула дверь, и та медленно, со скрипом, открылась. Внутри было темно. Никаких звуков.
– Тут кто-нибудь есть? – спросила она громко.
Не получив ответа, девушка сделала уверенный шаг внутрь комнаты. Свеча тускло осветила кирпичные стены и кучи мусора на полу, тень от которых вырисовывала на стенах причудливые фигуры. Борясь с темнотой, её взгляд напряжённо блуждал по помещению,
– Кто здесь? – выкрикнула она.
Клац-клац.
Источник звука находился прямо перед ней. Послышался шорох, и объект подошёл ближе. Ивон слышала его хриплое дыхание.
– Кто ты? Не подходи, иначе я изрежу тебя на мелкие кусочки! – угрожающе сказала она, блуждая невидящим взглядом по сторонам.
Клац-клац. Звон цепей послышался уже слева от неё. Ивон резко повернулась на звук. Невероятно! Объект перемещался совершенно бесшумно. Вдруг она почувствовала мощный удар в грудь, и её отбросило назад. Ударившись о стену, она опустилась на одно колено. Вдруг девушка в панике осознала, что выронила нож, и её руки отчаянно забегали по полу в поисках оружия.
– Х-р-р-р, – послышалось прямо над ней. Ивон замерла и подняла глаза, уставившись в темноту в то место, откуда исходил звук. Клац-клац. Снова этот холодящий кровь звук, и вдруг её щеки коснулось что-то шероховатое и скользнуло вверх по коже. Это были пальцы. Девушка нервно сглотнула. Это человек?
– Кто ты? – спросила она хриплым голосом.
В ответ послышался шорох, и она услышала хриплое дыхание незнакомца прямо напротив своего лица. Послышался звук коротких вдохов, как будто он обнюхивал её, потом она почувствовала, как её волос что-то коснулось. Ивон вздрогнула, и её рука метнулась вверх, но была перехвачена незнакомцем. Его шероховатая ладонь крепко сжимала её запястье, в то время как он не произнёс ни слова.
– Что тебе надо? Кто ты? – воскликнула она уже с раздражением и попыталась вырвать руку, но его хватка была железной, а пальцы сильнее сжали её запястье. Она выругалась от злости и боли, и вдруг незнакомец выпустил её руку и встал. Послышался звон цепей, и его шаги направились в сторону двери, которая тут же, жалобно скрипнув, отворилась. Ивон медленно встала и с недоверием посмотрела сначала на дверь, потом в то место, где предположительно стоял незнакомец.
– Я могу уйти?
В ответ послышался хриплый стон, и цепи вновь издали свой жуткий клацающий плач. Ивон осторожно направилась к двери, готовая в любой момент заехать ему кулаком по морде, если он снова учудит что-то непотребное. Однако, незнакомец не двигался. Подойдя к двери, девушка бросила быстрый взгляд в темноту, откуда слышалось его дыхание, после чего выскользнула наружу. Дверь тут же захлопнулась за ней с громким стуком. Ивон с удивлением посмотрела на неё, и тут же её охватило чувство вселенской несправедливости. Мало того, что ей не дали поспать, отобрали нож и свечу, так ещё и вышвырнули за дверь пинком под зад, как нашкодившего пса. Не помня себя от негодования, она замолотила кулаками по двери.
– Эй, ты внутри! Выходи! – её кулаки сотрясали хлипкую дверь. – У тебя моё добро. Отдай мне его сейчас же!
Ивон стучала по двери пока её левую руку не пронзила боль. Выругавшись, она посмотрела на ладонь: на ребре кисти виднелась глубокая царапина, из которой торчал маленьких кусок щепки, видимо, отколовшейся от проклятой двери.
– Твою мать, – прошипела Ивон. – Не хватало ещё заразу какую-нибудь подцепить.
Бросив злобный взгляд на дверь, она крикнула:
– Видишь, что ты наделал? Отдай мне нож! Мне нужно обработать рану.