Шрифт:
14 мая,
Народу из электрички вышло немного. Лера вместе с еще несколькими пассажирами спустилась с платформы и медленно пошла по усыпанной песком дорожке. Та примыкала к лесу, и уходить с нее не хотелось. Тянуло остановиться, повернуть лицо к заходящему солнцу и с удовольствием вдыхать запах весны.
Она бы так и сделала, но сзади шел хмурый дядька, а останавливаться на глазах у незнакомого мужика Лера постеснялась.
Остальных пассажиров не было видно, они успели свернуть раньше.
Мужчина обогнал Леру, повернул к виднеющимся справа деревенским домам.
Ей надо было туда же. Лера остановилась, тронула рукой свисающую к тропинке ветку березы. Листья на ней были клейкие, чуть влажные. Она потянула за ветку рукой и провела листьями по щеке.
И тут раздался выстрел.
То есть это Лера потом узнала, что раздался выстрел, в тот момент она только машинально выпустила ветку и неторопливо пошла дальше.
Солнце уже не светило в глаза, оно скрылось то ли за крышами домов, то ли за листвой деревьев.
Анфисин дом примыкал к лесу, как и соседние. Дом достался подруге в наследство от какой-то родственницы, и Анфиса второй год проводила здесь все свое свободное время. Лера ей немного завидовала, сама она никакого удовольствия от дачной жизни не испытывала и без работы откровенно скучала.
Она и в гости к подруге согласилась поехать только потому, что сидеть одной дома было еще тоскливее.
Вообще-то в любой момент мог позвонить Никита и обрадовать, что сможет вырваться к ней на пару часиков, но постоянно ждать его было унизительно, и Лера старалась этого не делать.
Дорожка повернула к проему между домами. Лера поправила рюкзак за спиной, вышла на деревенскую улицу, обогнула небольшую лужу и едва не налетела на неожиданно появившегося перед ней давешнего мужчину.
– Вы куда? – неприязненно спросил он.
– Туда! – Она с недоумением повела головой, указывая на Анфисин дом.
– Вы идете к Киямовым?
Анфисин дом стоял последним на улице. Кроме, как к подруге, Лере идти было не к кому.
– Какое вам дело?
– Стойте здесь!
– Что?! – поразилась Лера.
О господи! Она одна на пустой улице рядом с неадекватным типом.
– Не ходите туда.
Смотрел мужчина как-то так, что Лера только тихо спросила:
– Что там?
– Анфису убили!
– Кто? – Это Лера спросила еще тише.
– Не
15 мая, суббота
Бессонница стала постоянной. Инна пыталась принимать снотворное, но от него было тяжело просыпаться по утрам, и выходило еще хуже. Она отводила Мишу в сад, снова ложилась. Иногда засыпала, иногда нет, но даже во сне знала, что на свете нет человека несчастнее ее.
Этой ночью она, как обычно, забылась только под утро, но проспала на удивление долго. Ровно в девять ее разбудил звонок.
– У тебя телефон звонит, – заглянул в спальню Борис, держа в руках ее трезвонящий сотовый.
– Слышу, – улыбнулась мужу Инна.
Борис протянул ей телефон, вышел.
Все изменилось месяц назад. Именно тогда она из счастливой, хорошо обеспеченной дамы превратилась в несчастное ноющее существо.
О том, что она является несчастным ноющим существом, никто, кроме нее, не знал, но от этого Инне легче не становилось.
Она провела пальцем по экрану и бодро сказала:
– Привет, Лерочка.
Получилось хорошо, как у прежней, счастливой Инны.
То, что получалось казаться прежней, удивлять Инну не переставало.
Лера заговорила, Инна выпрямилась на постели.
То, что рассказывала подруга, должно было снова сделать ее счастливой, но Инна чувствовала только равнодушное удивление.
Гадины больше нет. Можно радоваться.
– Кошмар! – комментировала Инна. – Ужас!
Бросив замолкший телефон на тумбочку, она накинула халат, подошла к висящему на стене зеркалу. Она похудела за последний месяц, но это ее не портило. Под халатом угадывалась отличная фигура. Впрочем, ее отличная фигура и красивое лицо не нужны Боре.
Ему нужна Анфиса.
– Кофе тебе сделать? – крикнул Борис.
– Я сама. – Инна быстро прошла на кухню.
Муж пил чай, уткнувшись в планшет.
– Что это Лера так рано в выходной звонит? – не поднимая глаз, недовольно пробурчал он.
– Анфису убили. – Инна засыпала кофе, включила кофемашину.
Борис оторвался от планшета, вопросительно на нее посмотрел. Кроме удивления, в глазах не было ничего. Ни тоски, ни ужаса.
Он хорошо притворялся. Она могла прожить с ним жизнь и быть уверенной, что он очень ее любит.
– Лера вчера поехала к Анфисе на дачу, – вздохнула Инна. – Когда подходила к дому, услышала выстрел.
Резко запахло кофе, аромат, который она раньше любила, показался горьким, противным.
Ей уже месяц все вокруг казалось горьким и противным.
– Анфиса лежала на крыльце. Леру полночи промучили полицейские.
– А убийца?.. – с равнодушным интересом спросил Борис.
– Скрылся, – объяснила Инна.
Надо было изобразить ужас, но она не стала этого делать. За последний месяц она исчерпала лимит притворства.