Непрощенный

«Господи… Где я? Что со мной?»

Вокруг царила кромешная тьма. Артем лежал на спине. Ноги упирались во что-то твердое. И все тело… все тело затекло. Прямо как не свое… Артем попытался поднять руку, поднести ее к лицу, но не смог. Удалось лишь слегка пошевелить пальцами. По всему телу побежали мурашки. Мерзкое ощущение. Похоже, он довольно долго пролежал в одном положении. И то ладно… Боли нет — значит, кости целы. Если только это не болевой шок. Хотя какой шок, когда покалывание…

Артем попытался подогнуть ноги. Бесполезно. Он даже не понял, двигаются они или нет. Потом вытянул руку, пытаясь понять, где находится. Пальцы тут же наткнулись на что-то холодное и влажное. Бетон? Скорее всего. А это что? Вроде доска… Артем провел вдоль обломка дерева, пока рука не провалилась в пустоту. Он потянулся в другую сторону… Пустота. Вверх… То же самое.

Слава богу, хоть не в гробу.

«И все же, где я? Как же я сюда попал?»

Память упорно не желала возвращаться. Нет, некоторые вещи он помнил отлично. Помнил, например, что зовут его Артем Вишневский. Помнил школу, маму с папой, выпускной вечер, а дальше…

А вот дальше — провал.

И что его разбудило? Не просто же так он проснулся. Что случилось? Почему-то Артем был уверен: стоит ему это вспомнить — и все сразу встанет на свои места.

Пытаясь хоть как-то сориентироваться, Артем пошарил правой рукой по поверхности, на которой лежал, и неожиданно ощутил под пальцами холодный металл. Еще одно усилие — рука вконец занемела… и рукоять пистолета привычно легла в его руку.

Та-а-ак! Замечательно. Эту штуку он явно не в первый раз держит в руках. Тогда вопрос в следующем: откуда здесь взялось оружие, и откуда он знает, что это пистолет?

Артем осторожно провел пальцем по холодному металлическому стволу. «Вальтер». И не просто «вальтер», а с глушителем.

«И кто я после этого? Киллер?..»

Подумал — и тут же понял, что это не так.

Осторожно положив пистолет на грудь, Артем снова начал шарить руками вокруг себя. В какой-то миг он инстинктивно повернул голову… И чуть не заорал от боли, огненной волной прокатившей от виска по лицевому нерву.

«Черт, как все просто, — подумал Артем, крутя шеей в надежде унять ноющий висок. — Меня ранили… Или контузило. И я зрение потерял. Может, вокруг светло, а я просто ничего не вижу?.. Стрельнуть, что ли… тогда все сразу ясно станет». Рука сама потянулась к рукояти пистолета. От прикосновения рифленой пластмассы к ладони на душе сразу становилось спокойнее. Как говорится, пистолет в руке вселяет уверенность.

Нет, стрелять нельзя. А вдруг он, скажем, в пещере? Пальнешь сдуру в потолок, и засыплет тебя к чертовой матери.

Кстати… Пещера… Подземелье… Подвал… В голове искоркой проскочила какая-то мысль. Проскочила и забылась.

И тут мир содрогнулся. Иначе не скажешь: «землетрясение» — слово слишком банальное.

От страшного грохота заложило уши. Откуда-то сверху на Артема обрушились потоки пыли, и он едва успел перевернуться на бок, чтобы не засыпало рот и ноздри.

В ушах еще стоял звон, когда

Артем услышал голос. Явно человеческий, вот только слова совершенно незнакомые. Потом раздался скрип, и плита над головой Артема сдвинулась. В глаза ударил поток нестерпимо яркого света. Артем зажмурился. Рука стиснула рукоять пистолета, большой палец щелкнул предохранителем… Еще миг — и Артем бы выстрелил. Но тут на фоне нестерпимо белого квадрата возник черный силуэт. Несомненно, человеческий.

Артем прицелился, держа пистолет в правой руке, и подпирая ее снизу левой. Он не знал, почему так делает, и лишь чувствовал: еще чуть-чуть — и он начнет палить в белый свет как в копеечку, и не важно, существует для него какая-то опасность или нет.

Снова послышался тот же странный голос. На этот раз Артем с трудом разобрал слова.

— Эй, тут есть кто-то… Запай, похоже. А рядом… рядом скелетов пара…

Артем инстинктивно приподнял голову… И от боли потемнело в глазах. Лицевой нерв словно превратился в раскаленную проволоку. Правда скелет. И, кажется, где-то должен быть еще один. Что тут у них — братская могила?

Артем попытался отодвинуться от мертвеца, но ноги по-прежнему не слушались, и он лишь поднял огромное облако пыли.

— Ну, что там у тебя?.. — спросил другой голос.

— Странно… Лабус какой-то… Вроде живой.

— Да брось. Эти холмы уж лет сто никто не копал.

— Да ты сам глянь.

Кто-то наверху зашевелился.

Артем опустил пистолет. Хоть бы эти парни поскорее его вытащили. Неохота со жмуриками валяться… Но стоило открыть рот, как стало ясно: благое намерение так и не осуществится. То ли потому, что он и в самом деле пролежал в этой яме довольно долго, то ли по другой причине, но во рту было суше, чем в Сахаре в разгар лета. Язык распух и превратился в мерзкий шершавый комок, а глотка походила на пересохший колодец.

— М-м-м…

— Сейчас я его подыму, тогда и посмотрим…

Крепкие руки подхватили Артема, потянули наверх и не слишком аккуратно опустили на край ямы. В первый момент он мог только лежать неподвижно, уставившись в песок и тяжело дыша. Он хотел попросить пить, но ничего не смог выдавить из себя, кроме нечленораздельного мычания.

А потом он поднял голову… и понял, что как минимум сошел с ума.

«Ребята, это бред. Так не бывает».

Небо у него над головой имело ярко выраженный бурый оттенок, но не это главное. Порой в Подмосковье такие закаты бывают… Нет, дело вовсе не в этом. Дело в том, в зените висел огромный диск, а в его центре горело второе солнце. И солнце это было ярко-красным. И лучи у него были ярко-красные.

«Вот кто я такой — торчок обдолбанный. Здравствуйте, глюки. Добро пожаловать. А где розовые слоны и малиновые мыши?»

Артем отчаянно замотал головой, надеясь отогнать видение, но тщетно.

— Смотри-ка, похоже, у него антенну сорвало…

— Да я тебе говорю, дудук какой-то.

Артем перевернулся на спину и уставился на человека, который вытащил его из-под земли. Только это был вовсе не человек. Гуманоид, больше напоминавший карикатурного персонажа фантастического комикса. Лысый, с высоким продолговатым черепом, он взирал на Артема с высоты своего двухметрового роста. Глаза в бездонных глазницах казались просверленными маленьким буравчиком. Добавьте к этому курносый нос, длиннющие усы, как у запорожского казака, и огромные передние резцы, наводящие на мысль о родстве с бобрами. И полное отсутствие подбородка. За свою жизнь Артем видал немало уродов, но таких… А одежда? Длинный халат, когда-то яркий и цветастый, а теперь вылинявший до грязножелтого цвета, стянутый кожаным поясом, на который нашиты пухлые кошели.