Несообразность
Шрифт:
– А выстрела вы, случайно, не слышали?
– Как же! Я как раз брил одного из своих постоянных клиентов, мистера Торпа, агента по недвижимости. Он всегда дожидается меня, если даже все остальные мастера свободны. Так или иначе, услышав выстрел, я подошел к двери – взглянуть, но ведь у меня в кресле клиент, сами понимаете, на улицу я выйти не мог.
– И никого подозрительного не видели?
– Нет, эти ребята шустрые, да и в обеденный перерыв, когда на улице полно народу, ничего не стоит
Это уже не относилось к делу. Ввиду необходимости беречь время я, рискуя показаться невежливым, прервал его на полуслове:
– А с улицы в «Булвер Билдинг» тут никто не проходил, вы не заметили?
– Что-то не припомню, хотя многие пользуются нашей парикмахерской, чтобы сократить путь, из конторы на улицу.
– Но вы не заметили никого после того, как услышали выстрел?
– Входить никто не входил, это точно. А вот выйти – может, кто и вышел, потому как время было предобеденное.
Я внимательно осмотрел пятерых мужчин, которыми занимались другие мастера. На двух из них были синие брюки. И у одного из этих двух под большим носом темнели усы; лицо второго, розовое от бритья, не было ни худым, ни полным, не отличался ни красотой, ни уродством и профиль его. Это был мужчина лет тридцати пяти, светловолосый. Я заметил, как он улыбнулся своему мастеру, когда тот ему что-то сказал: мне бросилась в глаза неестественная ровность и белизна его зубов.
– Когда вошел клиент, который сидит в третьем кресле?
– Если не ошибаюсь, Как раз перед ограблением. Когда раздался выстрел, он отстегивал воротничок. Это-то я запомнил.
– Благодарю вас.
– Тут некого ловить, – пробормотал сержант.
Я смерил его презрительным взглядом:
– Вы забываете или, быть может, думаете, что я забыл о перчатках Найта.
Сержант Фоли хохотнул:
– Ах да, я и забыл совсем, упустил из виду. Я стал таким рассеянным.
– Притворство вряд ли еще кому помогало, сержант Фоли. Наш клиент сейчас выйдет. – И правда, как только я это сказал, тот встал с кресла. – Предложим ему пройти с нами к ювелиру.
– Можно, – согласился сержант.
Клиент пристегнул воротничок, надел синий пиджак, серое пальто и серую шляпу. И тогда, предъявив ему свою бляху, детектив представился:
– Сержант Фоли. Прошу вас немного прогуляться со мной тут неподалеку.
– Что?!
Удивление было совершенно неподдельным, как и следовало ожидать. Сержант слово в слово повторил приглашение.
– Зачем это?
На этот вопрос как можно короче ответил я:
– Вы арестованы за ограбление ювелирного магазина Барнабла.
Тут этот человек не без сарказма заметил, что его фамилия Бреннан, что его хорошо знают в Окленде, что кое-кто заплатит за оскорбление,
У Гленна побледнело лицо и задрожали колени, когда мы ввели Бреннана в магазин, где Барнабл, Джулиус, Найт, Стронг и миссис Долан тотчас же сгрудились вокруг нас.
Полисмен, которого сержант назвал Тимом, остался у выхода.
– Говорить, вероятно, будете вы, – сказал сержант Фоли, делая меня центром внимания.
– Это он, мистер Барнабл? – спросил я.
Карие глаза ювелира чуть не выкатились из орбит.
– Нет, мистер Тин.
Я повернулся к задержанному:
– Снимите, пожалуйста, шляпу и пальто. Сержант Фоли, где у вас кепка, брошенная грабителем? Спасибо, сержант. – И попросил задержанного: – Будьте любезны, наденьте эту кепку.
– Будь я проклят, если я это сделаю! – взорвался он.
Сержант протянул ко мне руку:
– Дайте-ка ее мне. Эй, Стронг, подержи-ка этого молодца, пока я делаю ему примерку.
Бреннан покорился.
Кепка была ему явно велика, но, надевая ее то так, то эдак, я сообразил: можно нацепить этот головной убор таким образом, что его несуразность будет не слишком бросаться в глаза, к тому же его размер позволял скрыть волосы и изменить очертания головы.
– А теперь не будете ли вы любезны, – попросил я, отступая назад, чтобы получше взглянуть на него, – вынуть ваши зубы.
Эта просьба вызвала страшный переполох. Тот, кто назвался Найтом, кинулся на детектива Стронга; Гленн метнулся ко входной двери; а Бреннан со злостью заехал сержанту Фоли кулаком в лицо. Я бросился ко входу, чтобы занять место полисмена, оставившего пост ввиду схватки с Гленном, и краем глаза заметил, что миссис Долан забилась в угол, а Барнабл и Джулиус, не желая впутываться в драку, мечутся по магазину.
Наконец порядок был восстановлен: детектив Стронг и полисмен сковали Найта и Гленна одними наручниками, а сержант Фоли, сидя верхом на Бреннане, победно взмахнул вставной челюстью, вытащенной у того изо рта.
Жестом приказав полисмену занять пост у двери, я помог сержанту Фоли поставить Бреннана на ноги, и мы снова надели кепку ему на голову. Теперь он являл собою самого настоящего злодея: рот, лишившись зубов, ввалился, отчего лицо сделалось худым и старым, а нос удлинился, размяк и сплющился.
– Это ваш молодец? – обратился сержант Фоли к ювелиру, встряхивая арестанта.
– Да! Да! Он самый! – Ликование на лице ювелира сменилось озадаченностью. – Только вот шрама нет, – медленно добавил он.