Несовместимые. Книга вторая
Шрифт:
– Это самая идеальная возможность. Кто знает, когда Клаус еще раз позовет меня в свое логово. А если я буду напрашиваться сама, то будет подозрительно. Если бы я не была уверена в себе и своих силах, то не напрашивалась бы. К тому же, горе на моем лице совершенно обоснованно. Это для нас я потеряла бабушку. – На этом моменте ее голос сел, и она сглотнула снова быстро взяв себя в руки. – А для них Дженнифер похоронила свою мать. Они увидят, что Дженнифер Дженовезе не прогибается перед утратой или болью. Вы говорите, что они почувствуют мою слабость, но скорее
Элла закончила свою речь и уставилась на меня выжидающим взглядом. Я облизал губы и вздохнул, не зная, как снова противоречить ее настойчивости. Не мог уже, потому что она, черт возьми, права. Это я хочу, чтобы все было идеально и без изъянов, но Элла готова идти напролом, даже когда нет четкого плана, даже тогда, когда вместо этой работы ей хочется просто свернуться калачиком и быть слабой. Она противоречит сама себе, игнорирует свое состояние. Элла слишком сильно углубилась в свою роль несгибаемой и стальной леди при любых обстоятельствах. Только два дня назад она рыдала на моей груди, демонстрируя свою слабость и беспомощность, и я не знал, как вести себя. А сейчас она осознанно игнорирует это состояние, заставляет себя, и с этим тоже не знаю, что делать. Как у нее получается вводить меня в замкнутый круг, не могу взять в толк. Элла какое-то исключение из всех правил.
– Она и меня разнесла по фактам, – послышался голос Алека.
– Если вы считайте, что я завтра провалюсь, то это не так. – Она перевела на меня пристальный взгляд своих голубых глаз. – Я накрою все целями и у меня получится.
Пожинай плоды, Эдвард.
Она помнит о каждом моем слове, когда я учил ее игнорировать все эмоции и теперь умело пользуется моими словесными методами.
– Ты меня с ума сведешь, – пробубнил я, надавливая пальцами на переносицу.
Она даже представить себе не сможет, сколько нервных клеток я завтра прожгу, зная, что на самом деле творится в ее душе. Всегда во всем был уверен, но в завтрашний успех уже не особо верю. На идеальной тактике появились ямы, и мы все рискуем провалиться в какую-нибудь из них, если Элла не справится с маневрами в силу своего непростого положения.
– Что нужно делать? Ну, помимо того, что я должна стойко держаться.
Я открыл ящик стола и достал оттуда небольшое подслушивающее устройство, бережно положив аппарат на стол перед Эллой.
– Клаус большую часть времени проводит в своем кабинете, как и все мы. Твоя задача проникнуть туда и установить это устройство в незаметном месте.
Я смотрел на нее и ждал вопросов как это всегда было. Каких-то сомнений. Но их не было. Элла задумчиво осмотрела аппарат, будто раскидывала в голове план действий и всего лишь кивнула.
– Поняла. – Она облизала свои иссохшие и потрескавшиеся губы.
– Может поделишься планом действий? – спросил Алек, будто озвучив мои мысли.
– Сама еще не знаю, – пожала она плечами. – Решим на месте.
Она встала с кресла
– Отвезешь меня обратно в клинику?
Алек посмотрел на меня, и я кивнул ему в знак согласия.
Откинувшись на спинку кресла, я подумал об изменениях в Элле. Мне почему-то показалось, что каждое прожитое ею горе наоборот делает ее только сильнее. Сначала она разбита, но вскоре осознает, что ей необходимо встать на ноги, потому что она все еще не одна, и у нее есть смысл держаться дальше.
Перед глазами все еще та самая ужасающая картина, когда я нашел ее на полу разбитую и отчаявшуюся.
Когда я увидел воду в коридоре, то постучал в дверь ванной, спрашивая, все ли у нее в порядке. Но когда не услышал ответ, мне пришлось выбить дверь и забыть о том, что Элла там, возможно, лежит голая. Мне повезло не видеть ее самые скрытые части тела, поскольку Элла была в нижнем белье. Она лежала без сознания на полу и, когда я увидел эту картину, внутри меня прошла холодная волна волнения. Я испугался, и этот испуг сидел во мне словно что-то колючее. Сначала проверил ее пульс. Только потом выключил и спустил воду, поднимая ее мокрую с пола.
Когда я остался с ней и позволил оплакать потерю на моей груди, это была не моя обдуманная прихоть. Я увидел это желание в глазах Эллы. Ей это было необходимо, чтобы хотя бы как-то смириться с утратой. Я дал ей свою поддержку, хотя считал, что опора в моем лице ей нужна только в своей миссии. Возможно, в доме просто больше никого не было, кроме меня, поэтому Элла увидела ее во мне. Хотя я не способен поддерживать. Просто не умею.
Я был в смятении в тот момент, а в голове возникал рой вопросов. Мне тогда показалось, что Элла больше не способна выполнять свою работу. Когда она надрывно рыдала на моей груди, крепко прижимаясь, будто я спасательный круг, внезапно потерял в нее веру. Я чувствовал ее слабость и беспомощность и подумал, что она разбилась вдребезги и не сможет собрать себя заново.
Но вот сегодня мои доводы улетели словно пыль на ветру. Элла – сильная личность, но ее сила зависит от благополучия своих близких людей. Она не опустит руки и пройдет сквозь огонь, пока хоть один единственный близкий человек рядом с ней. Остальных Элла просто хранит в своем сердце и помнит о них. Если я увижу, как Элла теряет последнего близкого, то тогда в действительности буду наблюдать, как распадается сильная личность без шанса на восстановление.
Такова натура Эллы Тейлор. И мне она не по душе.
Дверь моего кабинета снова отворилась, и я уже раздраженно подумал о том, что это помещение превратилось в проходной двор.
– Тут была Элла? – уточнил Джон, приближаясь к моему столу.
– Да. – Я потянулся за подсушивающим устройством и убрал его обратно в ящик стола.
– Ты серьезно? – удивился Джон, догадываясь, о чем шла беседа.
– Она решила идти завтра на праздник Клауса, – подтвердил я.
– Почему ты позволил ей? Это же автоматический провал, учитывая ее состояние, – паниковал Смит.