Неспящий
Шрифт:
Картина стала ещё более сюрреалистичной, чем прежде: на грани тотального коллапса он сидит в грязном кабаке и делит стол с человеком, более всех желающим его смерти.
— Наконец-то мы можем поговорить, — Ари поправила капюшон и отхлебнула из кружки.
— А то я просто мечтал об этом, — равнодушно протянул Тори.
— Послушай, хаэрэ. Ты ведь понимаешь, что я не стала бы искать тебя просто так. Я говорю с тобой искренне, потому что помочь тебе — это единственное, что я теперь могу сделать.
— Помочь? Это так нынче вершат сладкую месть?
— Потеря тейна Фебуса
— Ну и что же ты тогда от меня хочешь?
— Предупредить. На днях меня застали врасплох два гвардейца с приказом от нового короля.
— И что такого мог приказать тебе король?
Девушка протянула Виатору свиток. Он развернул его, и в горле встал леденящий ком. Желтоватая бумага наказывала убить Виатора Рэсиса в кратчайшие сроки после смерти последней сомнамбулы.
— Но… почему ты? — растерянно спросил Тори.
— Сама не знаю, как до них дошла эта информация. Но теперь ты осведомлён. Думаю, за неподчинение меня сразу же бросят в темницу, но если ты таинственно исчезнешь в течение пары дней, то у меня просто… не будет возможности тебя найти, — заговорщицки подытожила девушка.
— А что, если я не убью последнюю сомнамбулу?
— Как показал последний опыт, нас будут быстро и бесшумно уничтожать, — потупила взгляд Ари, — хаэрэ, нам больше не на кого надеяться.
По пути домой Тори попал под тёплый ночной дождь. Он задумывался, почему он вообще поверил в какое-то пророчество? Неужели столько крови способно смыть страдание с этих земель?
— Какой же я дурак, — выругался Виатор, вытерев капли с лица.
Невдалеке показался дом, в котором он остановился, и в окне до сих пор брезжил свет. Тори знал, что как только он переступит порог, он не сможет сказать и половины из того, что хотел бы сказать. Но обязательно постарается. Завтра всё должно разрешиться раз и навсегда.
***
Солнце медленно клонилось к горизонту, позволяя солёному ветру легко трепать его рыжеватые лучи. Вода казалась невообразимо послушной и сама скользила под веслом. Лодка шла спокойно и медленно врезалась в ласковые волны спокойного океана. Спек на удивление много говорила и смеялась, будто ничего не произошло. От этого внутри Виатора что-то холодело, но в то же время он был бесконечно счастлив видеть её такой. Она сидела прямо на носу лодки, свесив ноги вниз и изредка окуная их в воду, заставляя её расходиться кругами.
— Тейна Тори, ты знаешь песню про сурка?
— Нет, — немного растерянно и нервно улыбнулся Тори.
— Ну как же! — Спек развернулась к нему, сверкнув игривым жёлтым взглядом, — «по ра-а-азным странам я-а-а бродил, и мой суро-о-ок со мно-о-ою…» — её звонкий голос звучал очень мелодично, — я помню её с детства. Наверное, даже от матери. Вот так вот въелась в память, и ничего с этим не поделаешь. А некоторые книги порой по три раза перечитаешь, но они тут же забываются. Зато песенку из головы не выбросишь ни за что! «И сы-ы-ыт всегда везде-е-е я бы-ы-ыл, и мо-о-ой суро-о-ок со мно-о-ою…»
Достигнув наконец достаточного расстояния от берега,
— Тейна Тори, я могу попросить тебя об одной вещи?
— Я уже говорил — проси всё, что хочешь.
— Ты ведь не оставишь всё это просто так?
— Ты о чём? — непонимающе вытянулся Тори.
— Те слова, что сказала тебе Ари… Они не появились из ниоткуда. Что-то происходит, и многие чувствуют это. Не оставляй наш мир просто так, тейна Тори. Ему нужна твоя помощь.
— Но что я могу?
— Ты же Неспящий, — воскликнула Спек, — ты можешь всё!
— К сожалению, не всё, — тоскливо вздохнул он, — самого важного я изменить не в силах. И я не знаю, как мне пережить это, — он вскочил на ноги, пошатнув равновесие лодки, — кем я буду там, в будущем? В том мире, где тебя не будет? — его голос менял интонацию, и ещё секунду назад озадаченный он вдруг стал взведённым и несдержанным, — почему всё так изменилось из-за тебя? Я принял неизбежность смертей, принял предназначение о котором не просил! Почему я не могу принять и этого, Спек?
— Я не знаю, — тихо сказала она, — наверное, не всё в этой жизни можно принять.
— Тьма тебя разбери! — выкрикнул Тори, схватив девушку за плечи, ещё раз покачнув лодку, уже черпнувшую немного воды, — меньше всего мне сейчас хочется мусолить весь этот бред о принятии и предназначениях! Я просто хотел вернуться домой! Но теперь моего дома нет, потому что я никогда не смогу найти место в мире, в котором тебя не будет! Лучше бы мы никогда не встречались!
Спек смотрела на него опустошённым взглядом, глотая каждое его резкое слово, выкрикнутое ей прямо в лицо. Она не моргала, не говорила, просто внимала этому прорвавшемуся наружу потоку эмоций. Виатор кричал и встряхивал её за плечи, сам не понимая, чего хочет добиться.
— Ты перевернёшь лодку, — полушёпотом проговорила Спек, — тогда мы оба погибнем. А тебе нельзя.
— Почему тебя волнует какая-то лодка сейчас?! Почему ты не боишься умереть?! Почему?!
— А ты не думал о том, что я пытаюсь не бояться? Что ты появился из ниоткуда, изменив мою жизнь, перевернув её вверх дном, чтобы потом просто лишить меня её? Чем я заслужила это, тейна Тори? Скажи мне, чем? Хочешь, чтобы мы никогда не встретились? Тогда закончи это сейчас и забудь обо всём! Так ведь будет проще! Так должно поступить! — она сорвалась на хриплый крик, — хватит мучить меня ожиданием, Хаэрэ! Делай то, что должен! — с этими словами она сняла свою излюбленную перчатку и с громким хлопком ударила Виатора по щеке. В ответ он, издав утробный рык, молниеносно расчехлил кинжал и вонзил его в бок девушки. Спек шумно вдохнула и, спустя несколько мгновений, потеряла равновесие и повалилась за борт, подняв за собой внушительный всплеск ледяной воды, основательно пошатнувший лодку.