Неудачник
Шрифт:
Вся компания соседей выбралась на берег, причем девушка опередила свою охрану и сразу же бросилась одеваться.
– Бедняжка, – посочувствовала ей Хельга. – Теперь ее нужно будет силой загонять в воду. А этот тип опять идет сюда. Интересно, что он скажет сейчас?
– Ничего, кроме угроз, не услышим, – сказал Клод и оказался прав.
– Маг! – закричал дворянин, уставившись на медальон юноши. – Я так и знал, что это ваши проделки! Вы нарушили свой кодекс и напугали дочь герцога Ларгена!
– Я не влиял на ваши мозги, а только создал иллюзию, – пожал плечами Клод. – Это кодексом
– Я вас поблагодарю! – затрясся от бешенства дворянин. – Прямо здесь и поблагодарил бы клинком, но ведь не примите вызова! Назовитесь!
– А с какой стати я вам буду представляться? – спросил Клод. – Вы сами кто такой?
– Я барон Клод Брунд! – заорал он. – Теперь ваша очередь!
– Я барон Клод Шефер, – поклонился юноша.
– Никогда не слышал о таком бароне!
– Ничего, еще услышите, – сказал Клод, снимая медальон. – Вы еще долго нам будете мешать? Уже вечереет, а мы из-за вас толком не покупались.
Барон ушел к своим, после чего они сели на лошадей и уехали.
– Что-то мне расхотелось купаться, – сказала Хельга. – Клод, не скажешь, почему у нас не получается жить спокойно? Раньше для меня покой был равносилен скуке, поэтому я все время искала приключений. Последнее закончилось для меня смертью в придорожной канаве. Знаешь, сейчас, наоборот, тянет пожить спокойно, но почему-то не получается. Это не из-за тебя? Если верить тому, что ты мне рассказывал о своей жизни, ты просто притягиваешь неприятности.
– Этой неприятностью мы обязаны не мне, а глупой стеснительности одного мальчишки, – громко сказал Клод, в расчете на то, чтобы его услышал выбравшийся из воды Кирилл.
– А что я? – возмутился тот. – Я виноват, что меня так воспитали? Почему в городе все нужно прятать, а здесь бесстыдно выставлять напоказ?
– Можешь и в городе не прятать, – улыбнувшись, сказал Клод. – Ничего страшного в этом не будет. Просто в городе принято ходить в одежде, а на пляже принято все снимать. Если ты на пляже станешь купаться в одежде, вызовешь к себе столько же внимания, как и расхаживая нагишом по улицам. Что стыдно, а что нет – решают сами люди, а твое воспитание рассчитано совсем на другую жизнь. Вот ты Хельге рассказывал о рыбе, размахивая не только руками, но и тем, что сейчас ими прикрываешь. Ну и что? У всех все одинаковое, а человеку нужно стыдиться не своего тела, а неблаговидных поступков. Наплюй на то, что тебе говорили в своем мире и смотри на то, как поступают здесь. Все, скоро совсем стемнеет, а нам еще добираться до дома. Давайте быстрее одеваться. Лично мне на сегодня приключений достаточно.
– Не хочется обувать сапоги, – сказала Хельга. – Давай я до города пойду босиком?
– Хорошо придумала, – одобрил Клод. – Я тоже так пойду. А свою обувь дадим нести Кириллу.
Мальчик молча забрал у них сапоги, добавил к ним свои и, обогнав обнявшуюся пару, пошел впереди. Когда вышли к первому пляжу, на нем уже никого не было.
– Не был бы ты магом, я бы уже тряслась от страха, – сказала Хельга. – В столице полно всякой швали, особенно в районе порта, через который нам придется идти.
– И это говорит капитан! – улыбнулся он. – Я думал, что тебе незнакомо слово «страх».
– Оно всем знакомо, – поежилась она. – Я не боюсь, когда вооружена и уверена в своих силах. Страх все равно есть, но его несложно задавить. А ты действительно почти никогда не боишься. Когда-нибудь сила может оказать тебе плохую услугу! Вот сегодня ты ни капельки не боялся и в результате нажил себе смертельного врага. Такие люди, как этот барон, ни за что не простят прилюдного унижения. Конечно, он напросился сам, но это ничего не меняет. Вчера был герцог, сегодня – барон. И еще неизвестно, как на это происшествие отреагирует герцог Ларген. Ведь его дочь могла из-за испуга захлебнуться. Он бы содрал с барона шкуру, но не забыл бы и тебя. Если твои враги будут расти в числе каждый день, тебе никакая магия не поможет. А я этого не хочу. Может, все-таки будешь жить немного тише?
Впереди послышался испуганный крик и звук удара. Из темноты вышел невысокий, но крепкий мужчина в матросской робе, который одной рукой держал обмякшего мальчишку, а в другой сжимал нож. Следом за ним подошли еще трое таких же.
– Оставишь нам все свои деньги и девчонку и можешь проваливать! – сказал тот, который держал Кирилла. – А щенок меня укусил, поэтому я его кончу!
– Вы все с ним согласны? – спросил Клод, выждал, пока они отсмеются, и добавил. – Это хорошо, что вы нам попались.
– Это еще почему? – не понял здоровяк с ножом. – Попались вы, а не мы!
После этих слов он осторожно положил мальчика на песок, подошел к своим приятелям и одному за другим перерезал им горло. Себе он с силой вонзил нож в грудь.
– Хорошо быть магом! – сказала Хельга. – Я бы с ними и со шпагой одна не справилась. Можешь помочь Кириллу? Не стоит нам здесь задерживаться.
– Дорого ему обходится море, – сказал Клод. – Сначала один глаз подбили, теперь другой. Но у этого матроса такой кулак, что мальчик синяком не отделается. Держи наши сапоги, а я возьму его на руки. Заклинание я запустил, толку-то от него! Плохо, что у меня ничего не выходит с лечением. Надо будет все-таки попробовать поймать экипаж.
Им повезло, и когда Кирилл начал подавать признаки жизни, Хельга увидела карету. Кучер кого-то ждал, но они заплатили двойную цену и уже через десять минут были дома. Все благородное население особняка ужинало на веранде, и появление Клода с мальчиком на руках вызвало переполох.
– Жив и почти здоров, – успокоил юноша разволновавшегося Робера. – У него плохая привычка подставлять свою голову под чужие кулаки. Джед, займитесь лечением. И неплохо бы его потом обучить боевой магии. Дать что-нибудь из самого простого и потренировать, чтобы сначала бил, а потом думал. А то ему скоро думать будет нечем.