Неукротимое сердце
Шрифт:
– Понятно. – Холден заинтересовался. – Я удвою число часовых и выставлю дозоры. Он нужен вам живой?
– Непременно. Сэвидж – наш ключ к Кочису. – «И к моему будущему, предпочтительно за письменным столом в Вашингтоне».
– Это несложно, – заверил его Холден. – Не беспокойтесь. Кочис знает обо всем, что происходит на пространстве от форта Юма до Эль-Пасо. У него повсюду разведчики. Они передают сведения с помощью дымовых сигналов. Готов побиться об заклад, что Сэвидж скоро узнает, что его женщина у нас.
– Я хочу быть уверен в этом.
– Нам не следует действовать слишком нарочито, словно мы посылаем ему приглашение. Лучше всего отправить нескольких парней в город, чтобы они распространили там новости. Но думаю, Кочис узнает обо всем раньше из собственных источников. – И все же сделайте это, – распорядился Брэдли. – Спасибо, сержант.
Глава 86
Джек въехал в стойбище в сумерках, нетерпеливо оглядываясь. Кэндис, конечно, и не догадывается, что он вернулся. То ли дело прибытие военного отряда, весть о котором мгновенно разносится по стойбищу, хотя часовые у входа наверняка сообщили о его возвращении Кочису. С бьющимся от волнения сердцем Джек пришпорил вороного. Он не мог дождаться, когда наконец скажет Кэндис, что все кончилось – они уезжают и начнут новую жизнь в Техасе. Ей наверняка там понравится.
Спешившись возле вигвама, Джек увидел Дати, с улыбкой спешившую ему навстречу. Одарив его теплым взглядом, она взяла под уздцы вороного и повернулась, чтобы увести коня. Шоши не спал и таращил глазки, сидя за спиной матери. Он вошел в тот возраст, когда ребенок начинает замечать все вокруг, и, казалось, вполне осмысленно улыбался отцу. Джек горько пожалел о том, что не может взять его с собой.
– Кэндис! – окликнул он, заглянув в вигвам, затем подошел к Дати. – Ну, как здесь мой шалун? – проворковал Джек, вытащив малыша из колыбельки. Тот замолотил отца крохотными кулачками. – Когда это он успел так подрасти? – изумился Джек.
– Он будет таким же большим и храбрым, как его отец. – Дати не сводила с него напряженного взгляда. – Ты, наверное, проголодался?
– Умираю с голоду. Где Кэндис?
– Не знаю. Я не вижу ее уже который день. Джека охватила тревога:
– Что, к дьяволу, это значит?
– Иногда мы не видимся несколько дней подряд, – спокойно отозвалась Дати. – Ты же знаешь.
На скулах Джека заиграли желваки. Едва ли это возможно, если только Кэндис по какой-то причине не пошла на крайние меры, чтобы не встречаться с Дати.
– Я поищу ее, – сказал он. – Мы поедим, когда вернемся.
– Вчера я нашла вот это. – Дати протянула ему лоскут кожи. – По-моему, это письмо белого человека.
Джек взял у нее кожаный квадратик с нацарапанными углем строчками. С замершим сердцем он подошел к костру и присел на корточки.
«Джек, я решила оставить тебя. К тому времени, когда ты получишь это письмо, мы уже будем на пути на восток. Не ищи нас. Все кончено. Ты не можешь дать нам с Кристиной того, что нам нужно. К.».
Джек не двигался, уставившись на грубый
– Когда, черт побери, ты нашла это? Дати испуганно вздрогнула:
– Вчера.
– А когда ты в последний раз видела ее? Дати задумалась.
– Не помню, видела ли вчера. Но позавчера точно. Джек впился взглядом в Дати, уловив необычные интонации в ее тоне.
– Ты что-то скрываешь от меня. Ты знала, что она собирается уехать?
Дати заколебалась, и Джек понял, что она лжет.
– Нет.
– Ты знала! – Он схватил ее и занес руку, собираясь ударить. Она даже не пыталась уклониться. Вовремя опомнившись, Джек опустил руку и сжал кулак. – Расскажи мне все, сейчас же. Иначе я выбью из тебя правду.
– Она хотела уйти! – выкрикнула вдруг Дати. – Она спасла Шоши. Как я могла отказать ей в помощи, тем более что она попросила меня об этом по обычаям апачей?
– Будь ты проклята! – зарычал Джек и, отпустив ее, начал нервно расхаживать взад и вперед. – Когда? Когда она уехала?
– На рассвете, на следующий день после твоего отъезда.
– Четыре дня. – Джек скрипнул зубами. – У Кэндис было четыре дня! – Он готов был убить ее. – Если с ней что-нибудь случится…
– Она имеет право развестись с тобой, – вызывающе заявила Дати.
– Как и я имею право развестись с тобой! – резко бросил Джек.
Он был слишком зол, чтобы щадить ее чувства. Дати предала его, помогла бежать Кэндис с дочерью и, возможно, подвергла их жизнь опасности. Он никогда не простит ее; даже вид Дати был ему невыносим.
– Прости меня. Я не могла отказать ей.
– Ты обязана мне большим, чем ей, – холодно уронил Джек. – Я найду ее, Дати, и мы с Кэндис уедем – навсегда.
– Нет! – взмолилась она.
– Радуйся, что я оставляю тебе сына. Потому что мое сердце созрело для того, чтобы лишить тебя даже этого.
Дати сморгнула слезы.
– Она не стоит твоей любви.
– Может, ты и права, но так или иначе моя любовь принадлежит ей.
Джек снова оседлал вороного, не желая задерживаться ни на минуту. Неужели Кэндис направилась на восток? На какие деньги? Нет! Она должна быть в «Хай-Си». По крайней мере он на это надеялся. Потому что, если ее нет на ранчо, значит, она попала в беду – или погибла.
Джек запретил себе даже думать об этом.
Он вдруг вспомнил с удивительной ясностью, как нашел Кэндис почти год назад, полумертвую в пустыне. Но тогда с ней не было ребенка. Джек попытался прогнать жуткий образ. Дурочка! Если он найдет ее, то изобьет до полусмерти!
«Ты не можешь дать нам того, что нам нужно».
Джек тяжело вздохнул. Боже, Кэндис бросила его! Бросила при первой же возможности. Неужели она до такой степени не верила в него? Неужели она так мало его любила, что не могла подождать еще немного? А любила ли она его вообще?