Never Back Down 2

Menestrelia

В какой-то миг она остановилась. На вопрос Марлин, пришли ли они уже, Марисса ответила, чтобы она с Арти шла пока прямо. Эд остановился напротив Мариссы. Мятного цвета платье с очень пышным нежно-розовым подъюбником делали её похожей на фарфоровую куклу, которую почему-то забыли раскрасить. Очень красивую, но очень грустную куклу. Свет Люмоса усиливал эффект, делая её до прозрачности бледной. А оттого она казалась такой хрупкой…

Эд протянул к ней руку, но Марисса отшатнулась. После чего она подняла на него глаза, тихо прошептала: «Прости», коснулась Талисмана

и аппарировала, оставив Эда с нарастающим ощущением паники.

========== Часть 47. (Поиск) ==========

— Давай же, рухлядь, работай! — раздражённо бормотал Ремус, поводя палочкой над проигрывателем, который так не вовремя решил накрыться.

— Может, притащим патефон? — Флегматично спросил Сириус, закуривая. — Я в палатке, вроде как, видел.

— А пластинки к патефону? Или предлагаешь устраивать выпускной под аудио-книгу «Том Сойер»? — Не отвлекаясь от своего занятия, пробормотал Ремус.

— Там был ещё Луи Армстронг.

— Одна пластинка на весь вечер? Да и ты в джазовую атмосферу в своей куртке не вписываешься.

— Да-а-а, куда мне до твоего свитера с ромбиками! — заржал Блэк. Ремус зло покосился на друга. — Прости, Лунатик, всё, не буду отвлекать.

Сириус похлопал по приёмнику. Экранчик тут же засиял бледным оранжевым светом, из динамиков полилась какая-то хрипловатая мелодия. Обречённо вздохнув, Ремус убрал палочку в карман и поднялся с корточек.

В тот же момент раздались множественные хлопки аппарации. Ремус поспешно провёл руками по лицу, приводя себя в норму. Негоже, чтобы ребята видели его недовольную физиономию в такой день. Однако услышав взволнованные возгласы, он настороженно замер.

— Что значит «исчезла»? — Вопил Сириус, схватив Лафнегла за грудки. — Где моя сестра, придурок?

Неприятный холодок дурного предчувствия скользнул по позвоночнику и льдом ударил в голову.

— Она сама ушла! — Кричал Эд, пытаясь заглушить брань Сириуса. — Я клянусь! Мы даже вылезти из тоннеля не успели, как она аппарировала!

Сириус отпустил парня и схватился за голову. Лили и Джеймс обменялись тревожными взглядами. Питер, потупившись, сидел в уголке. Зато Ремус готов был взвыть.

— Нужно её найти! — твёрдо заявил он, пытаясь мыслить как можно более хладнокровно.

— В таком состоянии она могла отправиться куда угодно! — Меряя шагами пляж, бормотал Сириус, нервно закуривая. — В лучшем случае, туда, где мы хотя бы гипотетически могли бы её найти.

— А в худшем? — Мрачно спросил Джеймс.

— Ну, не знаю. Могла бы решить, что лучше помрёт, чем выйдет замуж, — буркнул Эд.

Ремус вздрогнул. Такого допускать нельзя.

— Так, — твёрдо начал он, стараясь хоть как-то перехватить инициативу. — Нужно составить список мест, куда она могла отправиться, и разделиться. Так вполне вероятно, что хоть кому-то повезёт.

— Да, верно, точно, — бормотал Сириус, туша сигарету. — Значит так, я, Джим и Лили поищем на Гриммо, у дяди Альфарда и у Андромеды. Рем, бери этого недоумка Лафнегла, у которого было, мать

его, одно единственное поручение привести её на пляж, что могло пойти не так, ты невероятный кусок…

— Сириус! — Рявкнул Ремус. — Держи себя в руках!

— Да, извините. Нервничаю, — пробормотал Блэк, снова закуривая. — Так вот, ты и Эд поищите в Оттери-Сент-Кэчпоул и у Уизли. Не удивлюсь, если она пошла туда. Марлин и Арти, вернитесь в Хогвартс, вполне вероятно, что она там. С картой было бы легче, жаль, что мы её проср…

— Сириус!

— Потеряли! Жаль, что мы её потеряли! Не поправляй меня, Лунатик, иначе в глаз отхватишь! Фрэнк, Алиса и Питер останутся здесь на случай, если она решит всё же прийти сюда. Да и вы, ребята, возвращайтесь, если не найдёте её. В случае чего, отправляем Патронусов. Даже если видели её мельком или нашли хоть малейшую улику.

Сириус схватил Джеймса и Лили за руки, крутанулся на месте и тут же исчез. Следом отправились Арти и Марлин. Ремус, вздохнув, положил Эду руку на плечо и сказал:

— Что ж, вперёд.

Лафнегл серьёзно кивнул. Вместе оба юноши аппарировали. Питер, Фрэнк и Алиса остались втроём на опустевшем пляже под рокот волн и тихую песню “Still Loving You”, доносившуюся из старенького приёмника.

***

Ночную тишину старого леса разорвал хлопок аппарации. Возмущённо зашелестел ветер в листве, словно недовольный нарушением покоя. Скрюченные ветви старых деревьев с тихим стуком вторили ему. Свет выглянувшей из-за облаков неполной луны на миг озарил полянку серебристым сиянием. Деревья отбрасывали чернильно-чёрную тень на освещённую траву, ветви напоминали скрюченные подагрой старческие пальцы, тянувшиеся ко мне.

Я окинула взглядом полянку. Страшную, хранящую такие воспоминания, от которых волосы на голове начинают шевелиться. Я осторожно ступала по земле, словно боялась потревожить пепел, давно ушедший в землю, смытый дождями, развеянный ветром. Пепел людей, которых когда-то я убила. Или не я? Или кто-то убил моими руками? Или мне просто так приятнее думать?

Прошло почти три года, а я всё ещё помнила каждый миг, проведённый здесь. Я закрывала глаза и с каким-то мазохистским упорством вспоминала те ужасные ночи. Я вспоминала крики, оглашающие поляну. Я вспоминала мольбы о пощаде и слёзы. Мои? Чужие? Какая разница? Я помнила их все. Не могла позволить себе забыть.

Ветхая хижина до сих пор стояла посреди поляны, как ни в чём ни бывало. Немного поколебавшись, я вошла в неё. Первый этаж я почти не помню, затаскивали меня сюда волоком, а уносили в полуобморочном состоянии. Везде царил мрак, такой густой, что его можно было бы резать ножом.

— Люмос, — прошептала я.

Холодный свет озарил комнатушку. Тени шарахнулись от него по углам, став ещё темнее. В сиянии заклинания в воздухе плясали пылинки. Я шагнула к тёмному провалу, ходу в подвал, взметая в воздух ещё больше пыли. По ветхой лесенке я спустилась. Я помню. Всё помню. Каждый миг. Каждый крик боли, я помню каждую вспышку заклинания, каждый удар. Каждый глумливый возглас, каждый смешок.