Never Back Down 2
Шрифт:
После того, как мой похититель меня покинул, аппарировав, в голове царила звенящая пустота. Нет, мысли были, но они были настолько не по делу, что я не обращала на них внимания. Я понятия не имела, что тут можно предпринять. Как можно бороться с недосягаемым? Как можно предугадать действия человека, о котором я решительно ничего не представляю? Да, он азартен, умён и крайне опасен. Но мне неизвестны его методы, его мотивы, средства достижения цели и сама цель. Хотя нет, цель предельно ясна — моя смерть.
Так же ему было слишком
И ясно ещё и другое: в опасности все. Я предупредила об этом директора, но что тот мог предпринять — непонятно.
— О чём ты? — икнув, спросила я.
— Похищения. В который раз мы тебя по лесам, да по горам разыскиваем? Третий? И это только с лета.
— Как будто я сама себя похищаю, — буркнула я и сделала большой глоток чая. – Мне, знаешь ли, это тоже ехало-болело. Я хочу нормальной жизни, чтобы самой большой опасностью было обнаружить в сумке живую мышь или упасть с лестницы. А не похищения, угрозы и прочая фантасмагория.
— Зато жизнь нескучная, — сквозь полудрёму выдал сидевший в соседнем кресле Эд.
— Да? Нравится? Махнёмся? — оскалилась я.
— Не, ты в это влипла по уши, тебе и выкручиваться.
— С нашей помощью, — с нажимом закончила за него Лина, бросив укоризненный взгляд на брата.
— Да с нашей, с нашей, — отмахнулся тот. — Если сможем, конечно.
— Тут Эд прав, не думаю, что вы сможете мне помочь, — сказала я. — Ищейка играет со мной, используя вас. Мы не знаем, каким будет его следующий шаг.
— Мы хотя бы попытаемся, — сказала Лина, хлопнув меня по плечу.
— Почему Ищейка? — спросил Эд.
— Он в первой записке написал: «Прячься, Ищейка уже берёт след» . Думаю, себя он так и окрестил.
— Ну, или просто пафосное слово, чтобы в ритм стишка попасть, — зевнул парень.
— Какая разница? Надо же его как-то называть.
— Ладно, честно говоря, мне как-то плевать, как ты там его называешь, — буркнул Эд. – Мне, между прочим, из-за тебя влетело! Я говорил, чтобы ты далеко не уходила? Говорил! А в итоге снова рыскали по лесу, как будто дел других нет.
— Ох, как же Бетти с тобой повезло, — прошипела я. — Сразу видно: рыцарь в сияющих латах, готовый поспешить даме на помощь!
— У Бетти самая большая беда — «О» по Зельеварению. Тут латы ни к чему, да и я не помощник. А нужен рыцарь — обратись к Джастину. Он тут же оседлает коня и бросится очертя голову в любое пекло. А меня от этого уволь!
— Это грубо, — покачала головой Лина.
Я поджала губы. Почему-то было обидно.
— Больно надо, сама справлюсь, — буркнула я. Конфликт зрел, но орать на Эда не было ни сил, ни желания.
Вернулся директор, заявил, что округу прочёсывает Министерство, так что переживать нечего. Вот только походы в Хогсмид
Засыпала я с тяжёлой головой и ещё более тяжёлым сердцем. Я не знала, чего мне ожидать, неизвестность пугала до чёртиков. Я боялась однажды проснуться не здесь и вновь увидеть те бледно-зелёные глаза. Я боялась, что он мог со мной сделать, пока я лежала без сознания. Если он может залезать в мои сны, то может ли он покопаться в моей голове? Манипулировать сознанием? А если и да, можно ли как-то спастись?
Неизвестно. В очередной раз у меня выходило уравнение со всеми неизвестными.
«Ты сама придёшь ко мне, — сказал он на прощание. — В финале игры мы снова встретимся. Либо ты будешь молить меня проявить милосердие и убить тебя, либо я позволю тебе одержать победу и уничтожить меня. Но это вряд ли»
Знала ли я на тот момент, что кошмары во сне и кошмары наяву только начинаются? Знала ли я, что я нескоро вновь увижу эти бледно-зелёные глаза? Знала ли, с какой жаждой я буду желать их увидеть?
========== Часть 8. (Nightmare) ==========
Не помню, когда это началось. Ближе к Рождеству, кажется. Несколько недель я ходила напряжённая, словно струна, ожидая продолжения «игры». Но ничего не было, никто не пытался на нас напасть или похитить. В какой-то миг я даже позволила себе успокоиться и даже отодвинуть эту проблему на второй, а после и на третий план. Я позволила себе забыть. Не скажу, что это было моей ошибкой, но, наверное, моя беспечность и послужила главным толчком.
Вернулись кошмары. На сей раз их сюжет изменился. Я видела себя в огромном зеркале, извращённой версии Еиналеж. Тусклое серебро разделяло меня с моим отражением. В отличие от меня, отражение постоянно улыбается, да так, что кровь стынет в жилах. В какой-то миг мой двойник начинает меняться: на кровоточащих пальцах вырастают изогнутые когти, заострялись клыки, на губах алела пена, синий оттенок глаз становился багровым, черты лица вытягивались, кожа покрывалась густой жёсткой шерстью, улыбка превращалась в оскал. Сохраняя собственное лицо, я становилась монстром, варгом, каким их изображали раньше. Ещё не волк, но уже не человек.
После превращения я отправлялась на охоту по Хогвартсу. Я разрывала длинными когтями живую плоть, я впивалась клыками в судорожно кричаще глотки и лакала их горячую кровь, пьянея от её солёного вкуса и тягучего запаха. Восторг! Какой восторг я испытывала! Звериный, нечеловеческий восторг!
В конце своего пиршества я просыпаюсь с воплями, со слезами на глазах, в ужасе. Картины убитых мной учеников стояли перед внутренним взором. В первую ночь девочки не на шутку испугались моих криков. После начали косо смотреть и бормотать что-то про Больничное крыло.