Never Back Down 2
Шрифт:
— Позволь мне не отвечать на твой глупый вопрос.
— Он риторический. То есть у меня три варианта: я превращаюсь в демона, моё альтер-эго сводит меня с ума или Эд помогает мне, но погибает?
— Верно, дорогуша. Хотя есть ещё четвёртый…
***
— Ну, нравится? — спрашиваю я, с удовольствием наблюдая, как у Лины отвисает челюсть.
— О…офигенно! Сколько тут кранов? И почему мне, как капитану, никто ничего не сказал?!
— Не знаю и не считала. Ну, открывай, да заныривай, что встала? — Хохочу я, сияя, как медный таз, словно ванная старост — моё личное
— Да, это тебе не наша ванная, — вздыхает Лина, открывая сразу шесть кранов. — А представь, какая ванная у преподавателей, если у вас такая?
— Боюсь представлять, но мне и этого хватает, — ответила я, вешая на крючок халат.
Раздался вскрик.
— Марс… что… Что у тебя со спиной? — заикаясь спросила резко побелевшая Лина.
— Подарок от псов Беллатрикс, — отмахиваюсь я, ныряя в душистую воду. — Не обращай внимания, в самом начале всё было гораздо хуже. Ну, чего ты так смотришь? Это всего лишь шрам!
— У тебя этих шрамов больше, чем у матёрого аврора, — бурчит Лина. — Смотри: на шее, на спине, на предплечье…
Я задумчиво потёрла руки. После той беседы во сне, на моей ладони отпечатался тот крохотный круглый шрам. Наверное, Наваждение решила, что мне требуется напоминание? Не знаю.
— Ну и что? Всего три. И то один получен в бытовой обстановке. У профессиональных игроков в квиддич и то больше, — фыркнула я.
— Но ты-то не спортсменка, — снисходительно посмотрела на меня Лина.
— Да, зато приключения крайне любят моё общество, что поделать? — Я развела руками и зачерпнула массу розовой душистой пены.
Мы немного побарахтались в воде, развлекаясь с кранами, с гиканьем ныряя в воду с золочёного трамплина и подтрунивая над русалкой, чей портрет висел над бассейном.
На выходе нас ждал сюрприз. Около статуи Бориса Бестолкового мы нос к носу столкнулись с Мародёрами. Сириус, спрыгнув с постамента, заявил нам:
— Ну, наконец-то! Мы вас заждались!
— Тоже решили принять душ? Вы понимаете, что это можно только Джеймсу и Рему? — подбоченилась Лина.
— Нет, хотим показать вам одну невероятную вещь! — загадочно сверкнув очами, сказал мой брат.
— Дай угадаю, до утра это не потерпит? — Мрачно спросила я, сложив руки на груди. — Учти, я в слишком хорошем настроении, чтобы от чего-то убегать.
— Потерпит, конечно, но ты от любопытства лопнешь! — Подмигнул мне Джеймс. — Вот тебе дилемма, Блэк: либо ты, как староста, разгонишь нас всех по спальням и никогда ничего не узнаешь, либо ты идёшь с нами и окунаешься в чудеса!
— Ремуса вы так же разводите, да? — Я вздохнула. — Ладно, топаем. Вот только куда?
— В подземелья! — дружно заявили Джеймс и Сириус.
— Блес-с-ск, — прошипела я, шагая за ними.
Ремус шёл рядом со мной, понурив голову. Он попытался потянуться к моей руке, но я ускорила шаг и поравнялась с Сириусом. Брат посмотрел на меня.
— Что, до сих пор не разговариваешь? — шепнул он.
— Да, не разговариваю, — буркнула я.
— Уже неделя прошла, посмотри, какой он убитый.
— Да хоть две. Он меня тогда крепко обидел!
— И что? Он за тебя, знаешь ли, волнуется.
— Сириус, это элементарная ревность. А даже если и не ревность, если он всё-таки за меня переживает, то скажи, зачем. Я, чёрт возьми, самостоятельная девочка! Со мной ничего не случится в стенах Хогвартса.
— Тебе напомнить, как мы тебя с собаками искали?
— А что мне оставалось делать? Сидеть и смотреть, как Эда похищают? Ты меня знаешь, я не могла остаться в стороне. Тем более, это МНЕ было предложено «поиграть».
— Доверила бы дело другим. Сама-то зачем полетела? Не хватило того аттракциона, который тебе Йоре устроил год назад?
— Опять же, я не могла оставаться в стороне! А пока другие подбегали бы и решали, что делать, мы соскребали бы Эда в ведёрко, чтобы отправить его матери! К тому же, нашёл, к кому ревновать! К Эду! Он же болван! Он отравлял мне жизнь несколько лет! Да, мы теперь… подружились, если так можно сказать.
Но это ничего не значит!
— Но ты же его простишь? — улыбается брат.
— Конечно, прощу. Я ж люблю его, дурака, — фыркнула я.
Минут через пять мы спустились в тёмные подземелья. Холодно тут было зверски, особенно после тёплой ванной. Джеймс с Сириусом притащили нас к какой-то невзрачной дверке. В какой-то миг я подумала, что это вход в каморку Филча, и Мародёры решили её обокрасть, но нет. За небольшой дверцей оказалась довольно-таки широкая комната с высокими потолками. Комната была пуста, освещалась только зажжёнными на концах наших палочек огоньками. Я хотела уже возмущаться, но заметила у дальней стены огромное потускневшее от времени зеркало в золотой раме.
— Пришли, не стой на пороге, — позвал Сириус.
— Что это? — восхищённо шепнула Лина.
— Это? Зеркало. Понятия не имеем, как оно работает, но оно изумительно! — восторженно размахивал руками брат.
— А по мне так рухлядь и неудачный прикол, — зевнул Джеймс.
Я подошла ближе и взмахнула волшебной палочкой. Огонёк Люмос сорвался с её кончика и устремился вверх. Красивое зеркало, высотой почти до потолка, рама была уркашена орнаментом, подставки выполнены в виде львиных когтистых лап, впивающихся в пол. Над серебряной поверхностью по раме шла надпись: «Erised stra ehru oyt ube cafru oyt on wohsi». Секунд пятнадцать мне понадобилось, чтобы понять её. Если читать задом-наперёд, получалось: «Я показываю не твоё лицо, но желание твоего сердца».
— Ух ты… — выдохнула я.
— Не то слово! — хохотнул Сириус и встал прямо перед зеркалом. — Если встать здесь, можно увидеть… что-то, мы ещё сами толком не понимаем. Вот я, например, вижу себя, только гораздо старше. На мне кожаная куртка, за спиной стоит чёрный байк. На этом самом байке я могу уехать, нет, улететь! Да! Улететь, куда хочу, куда угодно! Чтобы никто мне не мог сказать: «Сириус! Это неправильно! Благородные сэры так не поступают!». А мне плевать, я улетаю! Изумительно!
Мои брови поползли вверх. Либо брат спятил, либо зеркало волшебное. Хотя одно другому не мешает. Вот только как тогда зеркало работает? Показывает то, что мы хотим видеть? Или будущее?