Невероятные
Шрифт:
Эмили раскрыла рот.
До пятой годовщины выпуска? Разве это не было чуточку чересчур?
Она помассажировала заднюю часть шеи, пытаясь успокоиться.
Но она не чувствовала себя спокойной с тех пор, как нашла записку от Э в туалете ресторана.
Не зная, что еще сделать с запиской, она сунула ее в карман своей сумки.
Она периодически вынимала ее в течение всего дня, каждый раз прижимая к носу, чтобы чувствовать запах сладкого
— Скажите гауда! (*гауда — голландский сорт сыра — прим. переводчика) — закричал Скотт, Эмили пододвинулась к Майе и попыталась улыбнуться.
Вспышка от камеры Скотта оставила белые пятна перед ее глазами, и она внезапно заметила, что комната ежегодника пахнула как горящая электроника.
В следующем кадре Майя поцеловала Эмили в щеку.
И в следующем, Эмили заставила себя поцеловать Майю в губы.
— Горячо! — поощрительно завопил Скотт.
Он глянул на экран камеры.
— Ну все, вы свободны, — сказал он.
Потом он замолчал и с любопытством посмотрел на Эмили.
— На самом деле, прежде, чем ты уйдешь, есть кое-что, что ты хотела бы увидеть.
Он подозвал Эмили к большому чертежному столу и указал на несколько фотографий, расположенных на двухстраничном макете.
"Ужасно по тебе скучаем", — гласила надпись вверху листа.
Знакомый снимок семиклассницы уставился на Эмили, — у нее не только была копия в верхнем ящике прикроватной тумбочки, но она также видела ее почти каждый вечер в новостях за месяц.
— Школа не делала страницу об Элисон после того, как она пропала, — объяснил Скотт.
— И теперь когда ее… ну, думаю, теперь мы должны.
Мы могли бы устроить вечер памяти, чтобы показать все эти фотографии Эли.
Своего рода ретроспектива жизни Эли, если можно так сказать.
Эмили дотронулась до одной из фотографий.
На ней Эмили, Эли, Спенсер, Ария и Ханна собрались за обеденным столом.
На фото они все сжимали диетическую колу, а их головы были закинуты в приступе истерического смеха.
Рядом была фотография Эли и Эмили, идущих по коридору, прижав к груди книги.
Эмили возвышалась над миниатюрной Эли, и Эли тянулась к ней, шепча что-то ей на ухо.
Эмили прикусила костяшки пальцев.
Даже несмотря на то, что она много чего узнала об Эли, того, о чем бы ей хотелось узнать от Эли много лет назад, она все еще скучала по ней так, что это приносило боль.
На заднем плане фотографииБыл кто-то еще, кого Эмили сначала не заметила.
У нее были длинные, темные волосы и знакомое розовощекое лицо.
Ее глаза были круглыми и зелеными, а губы розовыми и изогнутыми.
Дженна Каванно.
Голова Дженны была повернута
Было странно видеть Дженну … зрячей.
Эмили взглянула на Майю, которая рассматривала фотографии без особой внимательности.
И было так много того, что Эмили никогда ей не говорила.
— Это Эли? Спросила Майя.
Она указала на фото Эли и ее брата, Джейсона, обнимающегося на Дне Розвуда.
— О… да
Эмили не могла управлять нотками раздражения в ее голосе.
— О.
Майя отступила.
— Это фото отличается от других.
— Оно так же выглядит как другие.
Эмили боролась с желанием отвести глаза, когда она поглядела на картину.
Эли тут была слишком юна, возможно ей было всего 10 или 11 лет.
Она была сделана еще до того момента, когда они стали друзьями.
Было трудно представить, что когда-то давно, Эли был лидером абсолютно дргой компании — Наоми Зеиглер и Райли Вольф.
Они даже время от времени дразнили Эмили и других девочек, высмеивая волосы Эмили, которые имели зеленоватый отттенок из за хлорки.
Эмили изучала лицо Джейсона.
Он казался настолько восхищенным от Эли, обнимая ее.
Что в мире он вчера имел в виду в том интервью новостей, когда он сказал, что его семья была испорчена?
“А это что?” Майя указала на фотографии на следующем столе.
— А это проект Бренны.
Скотт высунул язык и Эмили не могла не хихикнуть.
Горькая конкуренция между Скоттом и Бренной Ричардсоном, другим фотографом ежегодника, была материалом реалити-шоу.
— Этот тот редкий случай, когда я готов признать, чо у нее хорошая идея.
Она фотографировала содержимое сумок, чтобы показать то, что представляет собой типичный студент Роузвуда.
Спенсер не видела пока это тем не менее думаю она бы это одобрила.
Эмили прошла к следующему столику.
Комитет по ежегоднику написал имя владельца каждой сумки рядом с каждой фотографией.
В сумке Ноэля Кана был мешок для формы по лакроссу, бактерицидное полотенце, чучело белки на удачу, он всегда говорил об этом и дезодорант Акс.
Ick.
В тотэ Наоми Зеиглер — цвета серого слона был iPod Nano, очешник для очков Dolce and Gabbana, и квадратный объект, который был или крошечной камерой или лупой ювелира.
У Моны Вэндерваал лежал блеск M.
А.
С.
пакет тканей Snif и три разных органайзера.
Часть фотографии, запечатлела тонкую руку с потертой манжетой рукава, вытаскивающее что то голубое.