Невеста
Шрифт:
– По-всякому бывает.– Оливия любезно улыбнулась миссис Эйбл.– Какого-то определенного расписания у нас нет. Порой Гарри на несколько недель уезжает из страны, а когда возвращается, предпочитает отдохнуть в компании друзей.
– Вы бывали в его лондонском доме? – поинтересовалась миссис Эйбл.
– Нет,– с сожалением призналась Оливия.– Зато Милли была. И там, и на вилле во Франции. Да, дорогая?
– Да,– сухо ответила Милли.
– Недурной взлет для девушки,– заметил мистер Эйбл.–
– Милли и сама не из бедной семьи,– немедленно вспыхнула Оливия.– Ты ведь привыкла общаться с самыми разными людьми, правда, солнышко? В школьные годы,– прибавила она, с довольным видом глядя на миссис Эйбл,– вместе с Милли училась настоящая арабская принцесса. Не помнишь, как ее звали?
– Мне пора.
Терпение у Милли лопнуло. Она встала из-за стола, так и не притронувшись к кофе.
– Правильно,– одобрила мать.– Иди и займись макияжем. На встрече с Александром ты должна выглядеть на все сто.
– Да,– едва слышно ответила Милли. У двери она задержалась.– Изабел не звонила мне с утра?
– Нет,– покачала головой Оливия.– Наверное, перезвонит позже.
В десять сорок Александр появился на пороге гостиной.
– Привет, Милли. Извини, что опоздал.
Нервы Милли сжались в тугой комок, как будто ей предстоял экзамен или посещение дантиста.
– Ничего страшного,– сказала она и отложила в сторону журнал, который якобы читала.
– Отлично,– пропела Оливия, входя вслед за молодым человеком.– Как будет лучше, Александр, у окна или за пианино?
– Пожалуй, так, как есть,– высказал мнение фотограф, с прищуром глядя на девушку, сидевшую на диване.– Но сначала мне нужно поставить свет.
– Кто-нибудь желает кофе? – спросила Оливия.
– Я приготовлю.– Милли вскочила и, не оглядываясь, вылетела из комнаты.
По пути в кухню она мельком посмотрелась в зеркало: сухая кожа, затравленный взгляд – да уж, счастливая невеста… Вонзив ногти в ладони, Милли заставила себя широко улыбнуться своему отражению. Все будет хорошо. Если ей удастся держать себя в руках, все будет хорошо.
К тому времени, когда Милли вернулась, гостиная превратилась в профессиональную фотостудию. На полу лежала белая простыня, стойки с белыми зонтиками и лампами окружали диван, на котором восседала Оливия. Миссис Хэвилл смущенно улыбалась в объектив.
– Устроилась твоим дублером, дорогая,– живо сообщила она дочери.
– Волнуешься? – обратился Александр к Милли.
– Ничуточки,– равнодушно ответила она.
– Дай-ка мне взглянуть на твои ногти, солнышко,– потребовала миссис Хэвилл, встав с дивана.– Если на фото будет видно твое обручальное кольцо…
– С ногтями все в порядке,– огрызнулась Милли, не дав матери взять ее за руку.
Она села
– Неплохо,– кивнул фотограф.– Теперь расслабься. Разожми руки.– Он окинул ее критическим взглядом.– Нельзя ли убрать волосы с лица?
– Вспомнила! – воскликнула Оливия.– Фотографии, о которых я вам говорила. Пойду принесу их.
– Угу,– рассеянно произнес Александр.– Так, Милли, откинься назад и улыбайся.
Милли поймала себя на том, что бессознательно выполняет все указания. Растянув губы в улыбке, она почувствовала, что напряжение немного отпустило ее, и с наслаждением погрузилась в диванные подушки. Александр, казалось, был полностью поглощен установкой фотоаппарата. Все намеки на то, что они раньше встречались, были забыты. Нет повода для переживаний, с облегчением вздохнула Милли. Все будет хорошо.
Она взглянула на свое кольцо, сверкавшее на пальце, и передвинула ноги, сменив позу на более изящную.
– Вот! – Запыхавшаяся Оливия протянула Александру альбом.– Фотографии Изабел как раз перед окончанием университета. Мы считаем эти снимки великолепными, но хотелось бы услышать мнение профессионала. Что скажете?
– Неплохо,– буркнул Александр, мимоходом заглянув в альбом.
– В самом деле? – расцвела миссис Хэвилл и перелистнула страницу назад.– Это снова Изабел. И вот еще.– Она продолжала листать страницы назад.– А это Милли, примерно в то же время – лет десять назад, наверное. Вы только посмотрите на ее прическу!
– Неплохо,– механически повторил Александр. Он уже собрался отвернуться, но тут его взгляд упал на фотографию Милли.– Погодите-ка.
Молодой человек взял альбом у Оливии, несколько мгновений таращился на фото, затем ошеломленно перевел взгляд на Милли.
– Представляете, обрезала волосы и осветлилась, а нам ни словечка! – весело щебетала миссис Хэвилл.– Милли тогда была такой своевольной девчонкой! А сейчас и не скажешь, да?
– Угу. Ни за что бы не поверил.– Александр, словно загипнотизированный, не отрывал глаз от фотографии.– Невеста…– вполголоса проговорил он как будто сам себе.
Милли похолодела, к горлу подкатил тошнотворный страх. Он вспомнил, вспомнил ее… Впрочем, если он будет держать рот на замке, все еще может уладиться. Если только он будет молчать.
– Да уж,– протянул Александр, наконец оторвавшись от альбома.– Разница впечатляющая,– добавил он, слегка улыбнувшись Милли.
Та лишь в ужасе смотрела на него. Внутри у нее все переворачивалось.
– Все из-за волос,– не унималась Оливия.– Как только сменишь прическу, тут же полностью преображаешься. Вот когда я носила пышный пучок с начесом…