Невидимая нить
Шрифт:
– Как ты, бабушка, сказала?
– Как сказала? Сердца, сказала. Отпечаток!
Генку бросило в жар. Отпечаток сердца. Так это же и есть знак червенный красное сердечко на игральной карте. Сердце туз червенный - озеро… Единая цепочка, тайная связь должна существовать между этим. Туз червенный - карта озера.
Генка уже не слушал бабушку. Да она уже ничего интересного больше и не сказала. Едва Матрена Яковлевна ушла в огород, как мальчик бросился искать Мишку.
Мишка возле сарая колол дрова. Блестящий топор высоко взлетал над головой,
– Бежим на озеро!
Мишка вздрогнул от неожиданности.
– Чего это на ночь глядя?
– Проверить надо!
– Что проверить?
– Потом, потом, некогда,- и Генка, не объясняя ничего, бросился к полевой тропинке, что змейкой вилась через ячменное поле в сторону озера.
– Да ты что, рехнулся?
– кричал Мишка сзади.- Давай хоть велосипеды возьмем.
– В моем колесо пробито.
– Заклеим.
– Да говорю: некогда. Быстрее!
– Горит, что ли?
Недоумевая, Мишка бросился за другом. Нагнал его у леса…
Переводи дыхание, остановились на берегу озера. Всматривались в тихую водяную гладь, в которой отражались огоньки вечерних звезд. Какое все же красивое озеро! Чистые болотистые берега на южной стороне сменялись сплошными зарослями камышей, и… от этого казалось, что на макушке озера выросли зеленые волосы, кто-то огромной рукой гладко и ровно причесал их. Л дальше от берега озеро окаймляла густая стена леса, и котором росли багульник, папоротник. В эти места люди ходили редко, опасаясь бездонной трясины.
Лишь а предзимье, когда первые хрупкие морозы сковывали землю, собирали здесь крупную промерзлую клюкву. А Генка с Мишкой знали в трясине одну-единственную тропинку, по которой и бегали к озеру ловить рыбу.
Полезли на дуб,- сказал Генка.- На самую вершину.
Мишка, ничего не спрашивая, снял свои старые кеды. Сколько было этому дереву лет, никто не знал. Глубокие трещины, вероятно, от ударов молнии, пролегли по его стволу сверху вниз длинными бороздами. Многие ветви были посохшие, державшиеся лишь корой. Л в толстом стволе в дуплах жили птицы. Но дуб рос. Прибавлялось молодых ветвей, они зеленели, тянулись к солнцу, вверх, крепли, обещая еще долгую-долгую жизнь…
Взобравшись на верхушку дерева, друзья быстро определили очертания берегов озера.
– Ну, что ты скажешь?
– спросил Генка.
– Ничего.
– Как, ничего?
– Ну, озеро, лес вокруг.
– А ты вглядись внимательнее.
Мишка старался, но ничего необычного не замечал. Генке очень хотелось, чтобы тот сам, без подсказки, догадался о том, что он увидел сейчас сам. Бабушка оказалась права: озеро и в самом деле имело форму сердечка. Особенно хорошо это было видно отсюда, с высоты. Если Мишка тоже обнаружит сходство, то будет еще одно доказательство для разгадки тайны червонного туза.
Миша глядел долго и вдруг закричал:
– Я все понял, Генка!
Ну, наконец-то! Генка с облегчением вздохнул. Значит, они на правильном пути. Игральная карта - план Девичьего озера. И та метка, крестик на острие знака, наверное,обозначает какое-то место в северной части озера. Но какое?
А Мишка уже строил догадки:
В самом конце озера растет дуб. Старый, раскидистый, одинокий. Остальные - береза, ольха, ивняк…
– И правда,- вырвалось у Генки.- Обследуем его?
Ребята готовы были помчаться к дубу хоть сейчас.
Однако было темно, и проверку своей догадки они были вынуждены отложить.
5 июля. Воскресенье. 9.00
Степка сидел но дворе на скамеечке и плакал. Размазанные руками по щекам слезы блестели в утренних лучах солнца. Степка умолял Мишку взять его на озеро.
– Не смей!
– не разрешал Мишка.
– Я все равно пойду.
– Нельзя тебе сегодня,- строго говорил старший брат.- Понимаешь, нельзя!
– Я не буду тебе мешать. Я…
– Ты понимаешь человеческий язык: нельзя!
Мишке было жалко брата, но уговор с Генкой жесток: никого! Пока они будут работать одни, без свидетелей. Первая ниточка от загадки - в их руках. Сомнений уже не было. Игральная карта - план озера, крестик на острие знака - дуб. Покуда логика подсказывала именно так. Они просидели целый вечер, прикидывая различные варианты. Но сходились на одном. Сегодня они должны обследовать тот, по другую сторону озера, дуб, и если…
Мишка выкатил на улицу велосипед. С собой он решил взять только телескопическую удочку да пару блинов, которые приготовила мать на завтрак.
– А я все равно прибегу!
– кричал вслед Степка.
Мишка помахал в ответ кулаком, вскочил на седло и покатил к Генке. Тот у›.:е ждал на улице. На багажнике его велосипеда бельевой капроновой веревкой был закреплен высокий брезентовый мешок. Мишка подъехал, остановился, пощупал мешок. Пальцы ощутили резину, твердые детали.
– Лодка? Где достал?
– спросил Мишка.
– Отец взял напрокат. Ездил вчера в Озерное.
– А ты ее уже осмотрел?
– Нет. В квитанции написано, что «Омега» новая. Там, на берегу, рассмотрим…
– Хоть бы исправная,- озабоченно сказал Мишка.
– Новая ведь. Никто еще на лодке не катался.
– Ладно, поехали.
Гена катился на велосипеде мягкой, будто специально настланной черным торфом, тропинкой первым. Миша, для страховки, чтобы не потерялся брезентовый мешок с резиновой надувной лодкой, ехал сзади. Тропинка от Дубков ведет к озеру. Слева и справа - картофельные участки. Ботва густая, зеленая, глубокие борозды с трудом просматриваются между рядами. Ближе к озеру - луга. Первый укос тимофеевки уже убран и застогован. Издали стога похожи на гигантские муравейники. На одном из них неподвижно сидел коршун и, кажется, пристально наблюдал за проезжающими.