Невинная
Шрифт:
Роби просмотрел фотографии страниц ее паспорта. Увеличил изображение, чтобы разобрать пограничные пропускные пункты. Там значилось несколько европейских стран, включая Германию. Это в порядке вещей. Но потом Роби увидел Ирак, Афганистан и Кувейт. А вот это уже не в порядке вещей.
Затем посмотрел ее государственное удостоверение.
«Управление Генерального инспектора, Министерство обороны США».
Роби вытаращился на экран.
«Я в жопе. Я в глубокой жопе».
Воспользовавшись телефоном для доступа в Интернет, он
«И так оно может и остаться», – подумал Роби. Если только не сумеют найти доказательств обратного. Взорвать старый автобус посреди ночи, убив пару дюжин людей, как-то не вписывается в список предсмертных желаний джихадиста.
Связаться с ним контролер больше не пытался. Роби это ничуть не удивило. Что так, что эдак, ответа они от него все равно не ждали. Пока что здесь он в безопасности. А завтра? Кто знает… Бросил взгляд в сторону лестницы. Он в бегах, и не один. В одиночку у него еще были бы шансы. Но теперь?
Теперь у него на руках Джули. Ей лет четырнадцать – быть может. Она не верит ни ему, ни кому-либо еще. И тоже бежит от чего-то.
И рассудок, и тело уже изнемогали от усталости, и больше ничего Роби сейчас поделать не мог. Так что сделал то, что имело смысл, – поднялся наверх, в спальню через коридор от спальни гостьи, запер за собой дверь, положил револьвер себе на грудь и закрыл глаза.
Сейчас главное – поспать. Неизвестно, когда еще выпадет такой шанс.
Глава 20
Окно открылось, и связанные вместе простыни зазмеились вдоль стены. Затянув один конец вокруг изножья кровати, Джули подергала, чтобы проверить надежность узла. Выскользнула из окна, тихонько спустилась по импровизированной веревке, коснулась земли и пулей метнулась во тьму.
Она точно не знала, где именно находится, но примечала дорогу, делая вид, что спит. Рассудила, что сможет выбраться на главную дорогу, а затем пройти по ней до какого-нибудь магазина или заправки, а оттуда позвонить и вызвать такси. Проверила свою заначку наличными и кредитку. Упакована по полной.
Темнота ее не пугала. В городе днем порой куда страшнее. Но Джули кралась совершенно бесшумно, потому что каким бы искушенным ни казался Уилл, кто-то ведь еще идет по их следу. Мысленно вычертив карту в голове, она решила, что при сложившихся обстоятельствах сгодится.
Джули понимала, что родители мертвы. Ей хотелось лечь на землю, свернуться калачиком и плакать без конца. Она больше никогда не увидит маму. Никогда не услышит смех отца. Затем их убийца
Но свернуться калачиком и заплакать для нее непозволительная роскошь. Надо двигаться. Меньше всего родители хотели, чтобы погибла и она.
Она выживет. Ради них. И выяснит, зачем кому-то понадобилось их убивать. Пусть даже убийца теперь сам труп. Ей нужно знать правду.
До дороги рукой подать. Она прибавила шагу.
И даже не успела отреагировать.
Это просто случилось.
Голос сказал:
– Знаешь, я собирался приготовить тебе завтрак.
Охнув, она обернулась и уставилась на Роби, сидевшего на пне, глядя на нее. Он встал.
– Я что, сказал что-то не то?
Джули бросила взгляд в сторону дома. Тот остался довольно далеко позади, так что можно было лишь разобрать намек на электрический свет где-то по ту сторону путаницы деревьев и кустов.
– Я передумала. Двинусь дальше.
– Куда?
– Это уж мое дело.
– Уверена?
– На все сто.
– Лады. Деньги нужны?
– Нет.
– Хочешь еще баллончик перечного аэрозоля?
– А у вас есть?
Вытащив из кармана, Роби швырнул ей баллончик. Джули поймала его на лету.
– Вообще-то этот помощнее того, что у тебя, – заметил Уилл. – В него добавлен паралитический газ. Уложит нападающего минут на тридцать минимум.
– Спасибо. – Она сунула баллончик в рюкзак.
– Вот так можно срезать к дороге через лес, – он указал налево. – Главное, не сходи с тропы. На дороге сверни налево. До заправки полмили. У них есть таксофон – быть может, последний в Америке. – И повернулся к дому.
– И всё? Вы просто дадите мне уйти?
– Я же сказал, – он обернулся, – это не мое дело. Ты сама так решила. И, честно говоря, у меня своих проблем по уши. Удачи.
И снова зашагал прочь.
Джули не тронулась с места.
– А что вы собирались приготовить на завтрак?
Уилл остановился, но не оглянулся.
– Яйца, бекон, каша, тосты и кофе. Но есть и чай. Говорят, кофе тормозит детский рост. Но ты же сказала, что уже не ребенок…
– А омлет?
– Как скажешь. Но моя закрытая глазунья не знает себе равных.
– Я могу уйти и утром.
– Да, можешь.
– Так и сделаю.
– Лады.
– Ничего личного, – добавила она.
– Ничего личного, – отозвался он.
Они зашагали обратно к дому. Джули поотстала от Роби на три шага.
– Я выбралась из дома довольно тихо. Откуда вы узнали?
– Я зарабатываю этим на жизнь.
– Чем?
– Выживаю.
«Я тоже», – подумала Джули.
Глава 21
Три часа спустя Роби оторвал голову от подушки. Принял душ, оделся и направился к лестнице. Услышал доносящееся из гостевой спальни тихое посапывание. Думал было постучать, но решил дать ей поспать.