Невры

Блестящая разными цветами черепаха огромной пробки медленно ползла по кольцевой. Разноголосый хор автомобильных сигналов сливался в неслаженную какофонию оркестра, лишённого дирижёра. На обочине тут и там стояли закипевшие и сломавшиеся машины, движение шло уже в четыре, а местами и в пять полос.

– да-а-а, такой пробки кольцо ещё не видело, – протянул Борис.

– так и ситуации такой никогда не было, – продолжил сидящий на пассажирском сидении Денис, – почти два миллиона в один день из города решили свалить.

– студия без пяти минут новости, – негромко вмешалось в разговор радио, – политика и спорт, экономика

и бизнес…

– сделай погромче, новости послушаем, – вмешался с заднего сиденья Юрик. Борис увеличил громкость, и все дружно замолчали, внимая голосу из динамиков.

– Сергей Лавров на пресс-конференции, – уже более уверенно продолжил диктор, – подтвердил тактические ядерные удары по военным и административным объектам на Украине, объяснив их целесообразность стратегической безопасностью Российской Федерации. Представители Евросоюза резко осудили военные действия Российской Федерации и срочно созывают совет безопасности ООН, где будет принята резолюция по последним событиям. Президент европейского совета Шарль Мишель выразил опасения о возможной эскалации конфликта. Посольство США призвало своих граждан срочно покинуть территорию России и Беларуси. К новостям в нашей стране: Александр Лукашенко сегодня подписал указ о всеобщей мобилизации мужского населения, перемещение граждан в пределах республики с этого дня будет строго регламентировано. К новостям экономики: банки с сегодняшнего дня…

– всё понятно, – подытожил Борис и выключил радио, – в последний вагон, даст бог, вскочим. Эх, напрягают эти новости, если честно. А не врубить ли нам рок в этой дыре!? – с нервическим задором воскликнул он и переключил медиа на mp3. Из динамиков тут же ударил развязный панк рок:

– из колхозной молодёжи панковал один лишь я,

Я носил портки из кожи и был грязный, как свинья… – наполнил своим голосом салон Юрий Хой.

– в телеграмме пишут, что на всех выездах из Минска посты стоят, – не отрываясь от телефона сказал Юрик, – на слуцкую точно не проедем, да и пробка до съезда километров десять.

– мы не закипим? – спросил Денис, глядя на дымящиеся машины на обочине.

– дизель не должен, – ответил Борис, – но и смысла я не вижу полдня стоять. Всё равно словят. Что делать будем?

– там через двести метров съезд на заправку, – ответил Юрик, – а мимо неё через поле дорога в Ярково, Хатежино, а там через Табары выскочим на гродненскую трассу.

– и что нам на гродненскую, если у меня дача под Слуцком? – Борис ударил руками по рулю своего эспейса.

– а у нас сейчас что, выбор есть? – развёл руки в немом вопросе Денис.

– допустим, – согласился Борис, – а дальше куда?

– не очкуй, Борян, прорвeмся! – Денис несильно стукнул водителя в плечо кулаком, – у нас всё необходимое с собой: наличные, продукты, не пропадем.

– можем ехать до Воложина, а перед ним лучше в сторону Ивенца свернуть, а там по обстоятельствам, – деловито пробубнил Юрик.

– да какого хрена? Ну жили же нормально! – Борис ударил в руль кулаком.

– где ты и где нормально, – вполголоса возразил с заднего сиденья Юрик.

Где-то через полчаса километр с лишним, разделявший компанию от съезда, постепенно растворился, и грузный серебристый эспейс, подмигивая правым поворотником, съехал с раскалённой кольцевой на закруглённый съезд к заправке, оккупированной разноцветными гусеницами голодных автомобилей, проехал мимо неё и вразвалку поковылял по колдобинам грунтовой дороги. Миновав поле они, наконец, въехали на асфальт и начали петлять по просёлкам и переулкам. Возле дорогих коттеджей стояли такие же дорогие автомобили,

внедорожники и электрокары, кабриолеты и седаны. Их владельцы не спешили срываться с места, надеясь переждать всё у себя за городом.

– что, думают их не достанут? – глядя в окно спросил Юрик, – по-моему, всем жопа теперь.

– этим всегда хорошо. Буржуи! – в сердцах бросил Борис, – вы деньги с карточек сняли? – вдруг спохватился он, – Документы с собой? Уезжаем неизвестно насколько, да ещё и не туда, куда собирались.

– всё с собой, – ответил Денис, – сейчас главное на посты не нарваться, а то через пару часов в военкомате будем. Юрик, что там в телеграмме пишут?

– да ничего уже не пишут, пишут, что нет подключения, мобильный интернет пропал. Благо, навигатор ещё работает.Сейчас на трассу выскочим, а там прямо, я скажу, когда съехать. Через города ехать нельзя, по проселочным поедем.

– куда поедем? – раздражённо спросил Борис.

– да понятия я не имею! – почти закричал Юрик, – прятаться поедем!

Мимо окон монотонно пополз серый бетонный забор, на ближайшем повороте завернувший вправо. Денис вывернул шею, изучая рисунок, появившийся на заборе за поворотом. Большой «жовто-блакитный» флаг и надпись «слава Украине!» были перечeркнуты жирной белой буквой «Z».

– война миров «Z», – задумчиво произнёс Денис.

– война за умы, самый главный фронт сейчас, – ответил ему Борис, нервно перебирая руками по рулю.

– по Украине ядерной бомбой уже шарахнули, – вмешался с заднего сиденья Юрик, – мы следующие.

– вот если бы таких, как ты, в двадцатом не задавили, то сейчас и по нам бы влупили, – возразил Борис.

– а если бы такие, как ты… – закипел Юрик, но Денис тут же их оборвал:

– ну хватит уже! Опять сцепились, как бабы на базаре, ей богу!

Оппоненты встретились взглядами в зеркале заднего вида, Юрик злобно смотрел на Бориса, наклонив вперёд голову. Застарелый шрам, рассекающий его правую бровь надвое , придавал взгляду ещё большую суровость. В машине надолго воцарилась тишина, и только музыка беспристрастно продолжала погромыхивать в динамиках. Проехав все завороты небольших коттеджных посёлков автомобиль вырулил на трассу Минск – Гродно и, остановив отсчёт спидометра на цифре сто сорок, погнал по почти пустому шоссе подальше от столицы. Из динамиков всё также разухабисто и залихватски разносился Сектор газа. Борис нервно выстукивал большим пальцем по рулю в такт музыке, а Юрик сзади глядел в экран смартфона, постоянно что-то увеличивая и уменьшая пальцами. Денис откинулся на сиденье и смотрел в окно на проплывающие за окном пейзажи. Сквозь яркое, как желток, поле цветущего рапса лениво километрили вдаль опоры электропередач. Тяжёлые нити проводов мокрой паутиной свисали между похожими то ли на ракеты, то ли на гротескных Буратин конструкциями. Ярко-синими зеркалами, подeрнутыми лeгкой серебряной рябью, пробегали мимо озера и водохранилища, а прямые, как струна, каналы с ходу врезались в трассу, подныривали под неё и, выскочив из бетонных тисков с другой стороны, весело устремляли свой бег дальше, по прямой, за горизонт.

– а можно что-нибудь человеческое включить? – устало спросил Юрик, нарушив молчание.

– Юра, – сказал Борис на выдохе, – мы с тобой год вместе работаем, и я всё это время повторяю, что у меня в машине никогда не будет звучать твой Моргенштерн, он конченный, и песни у него – блевота свиньи, это понятно?

– вы опять? – вздохнул Денис.

Юрик в ответ молча махнул рукой и развалился на свободных задних сиденьях.

– сам муть какую-то слушает, – проворчал он себе под нос.