Next
Шрифт:
— «Биоген» наверняка предпринял меры предосторожности.
— Безусловно. Но иногда даже самые серьезные меры оказываются недостаточны.
— Кто вы? — вновь спросил Барнет. Глядя сквозь прозрачную перегородку, он видел людей, снующих по коридору, и ломал голову над тем, куда запропастилась его дочь.
— Я никто, — ответил незнакомец. — Вы со мной никогда не встречались.
— У вас есть визитная карточка? Мужчина покачал головой.
— Меня здесь и самого нет, мистер Барнет. Барнет наморщил лоб:
— А моя дочь…
— Она ни о чем не знает. Все это — строго между вами и мной.
— Вы говорите о
— Я вообще ни о чем не говорю, поскольку мы с вами никогда не встречались, — многозначительно произнес молодой человек. — Но давайте попытаемся представить себе, как это могло бы быть.
— Ну ладно…
— С этого момента вы не можете продавать свои клетки на законных основаниях, поскольку суд решил, что они больше вам не принадлежат, а являются собственностью «Биогена». Но ваши клетки могут быть приобретены в каких-нибудь других местах. В течение всей своей жизни вы сдавали кровь много раз и во многих медицинских учреждениях. Сорок лет назад вы воевали во Вьетнаме, значит, сдавали кровь армейским медикам. Двадцать лет назад в Сан-Диего вам делали операцию на коленном Суставе. Больница, в которой это происходило, также брала вашу кровь на анализ и, кроме того, там же остался ваш коленный хрящ. На протяжении многих лет вы консультировались со многими врачами, и они направляли вас на анализ крови. Эта кровь остается в клиниках, так что отыскать ее не составит труда — даже с помощью открытых для общего доступа баз данных. На тот случай, если, например, другая компания захочет использовать ваши клетки.
— А как же «Биоген»?
Молодой человек передернул плечами:
— Биотехнология — сложный бизнес. Порча биологического материала случается постоянно. Если в их лабораториях что-то пойдет не так, это будет не вашей проблемой, верно ведь?
— Но что там может случиться?
— Понятия не имею. Все, что угодно.
Повисло недолгое молчание, которое нарушил Барнет.
— А ради чего я стану это делать? — спросил он.
— Ради ста миллионов долларов, которые вы получите.
— За что?
— За согласие сделать биопсию шести жизненно важных органов вашего организма.
— Но вы же сами говорите, что можете достать образцы моей крови в других местах?
— Теоретически — да, и, если дело дойдет до суда, именно так и будет заявлено. Но на самом деле любой
компании нужны свежие клетки, а не образцы сорокалетней давности.
— Не знаю, что и сказать…
— Не торопитесь, мистер Барнет. Обдумайте все как следует. — Молодой человек поднялся на ноги. — Вас, может, и поимели, но это не означает, что вы должны с этим смириться.
Из газеты колледжа Бомон «Студенческий вестник»
СТРАСТИ ПО СТВОЛОВЫМ КЛЕТКАМ РАЗГОРАЮТСЯ
Шокирующее утверждение профессора Маккьюна:
«Эффективное средство лечения появится только через десятилетия!»
Выступая в забитом до отказе Бомон-Холле, знаменитый профессор биологии Кевин Маккьюн потряс слушателей заявлением о том, что исследования в области стволовых клеток являются грандиозной мистификацией.
«Все, что вам рассказывали об этом, — заявил он, — не более чем миф, цель которого — обеспечить финансирование научно-исследовательских заведений, эксплуатируя несбыточные надежды
Стволовыми называются те клетки, пояснил оратор, которые обладают способностью развиваться, превращаясь в различные другие. Существуют две разновидности стволовых клеток. Взрослые стволовые клетки можно обнаружить повсюду в организме: в мышечной ткани, в мозгу, в печени и так далее. Они способны производить новые клетки, но — только той ткани, в которой они существуют. Они крайне важны, поскольку каждые семь лет происходит полное обновление всех клеток человеческого организма.
В этой части научное знание о стволовых клетках не вызывает сомнений. Но существует и другой вид стволовых клеток — эмбриональные, и здесь все гораздо сложнее. Они, например, обнаружены в кроветворной ткани пуповины, а также извлекаются из эмбрионов. Эмбриональные стволовые клетки — полипотентны, то есть обладают способностью превращаться в любую ткань. Однако исследования с их использованием представляют собой весьма зыбкую почву, поскольку предполагают работу с человеческими эмбрионами, а это создает множество морально-этических и религиозных проблем. В обществе широко распространено мнение, что эмбрионы обладают всеми правами, присущими человеческому существу. Это — старый спор, и конца-краю ему не видно.
УЧЕНЫЕ ГОВОРЯТ О ЗАПРЕТЕ НА ИССЛЕДОВАНИЯ
Нынешняя администрация США уже постановила, что эмбриональные стволовые клетки могут отбираться из уже существующих клеточных линий, но никак не из новых эмбрионов. Ученые, однако, считают, что существующие клеточные линии не годятся, и в связи с этим рассматривают постановление правительства в качестве фактического запрета на исследования в данной области. Поэтому многие из них, не рассчитывая на государственные гранты, но желая продолжать свою работу, переходят в частные научно-исследовательские центры.
Но основная проблема заключается даже не в недостатке стволовых клеток. Для выздоровления каждый пациент должен иметь собственные полипотентные стволовые клетки. Это необходимо для того, чтобы заново вырастить орган, восстановить ткань при гибели части клеток или излечить паралич. Великая, но пока недостижимая мечта. Сегодня никто не способен добиться подобного лечебного эффекта и никто даже не имеет понятия, как это сделать.
Когда на свет появляется новорожденный, у него можно взять кровь из пуповины и заморозить ее на тот случай, если она понадобится в будущем. Многие именно так и поступают. А как быть со взрослыми? Откуда нам с вами взять полипотентные стволовые клетки?
Это — вопрос вопросов.
НА ПУТИ К МЕЧТЕ О ВСЕОБЩЕМ ЗДОРОВЬЕ
У нас с вами остались только взрослые стволовые клетки, способные развиваться лишь в один вид ткани. Например, стволовые клетки печени способны создавать только ткани печени и так далее. Но что, если найти способ снова превращать взрослые стволовые клетки в эмбриональные? Это позволило бы каждому взрослому человеку иметь запас собственных эмбриональных стволовых клеток, и таким образом заветная мечта медицины стала бы явью.