Нейрим
Шрифт:
Я посмотрел на Викторию, но её лицо не выражало недоумения, что здесь происходит в конце концов?
— Саш, что-то не так? — королева удивлённо взглянула на моё озадаченное лицо.
— Вика, а что сказал Красс только что?
— Как что? Калнас под надёжной защитой. Ты же слышал.
— Из всей произнесенной им фразы я понял только Калнас, это название города?
— Да, так называется наша столица. Но почему? Как получилось, что ты понимаешь меня, но не его?
— Есть мысли по этому поводу. Красс не был на материке?
— Нет.
— Позови кого-нибудь, кто так же оставался на Нейриме
— Хорошо — Виктория подняла со стола серебряный колокольчик и позвонила в него.
Через пару секунд в комнату зашла служанка и склонила голову обозначая поклон.
— Принеси пожалуйста нам перекусить. Что-нибудь на усмотрение Стефа.
— Дол хервуд по церз. — девушка повторила поклон и ушла выполнять указание.
— Что она ответила?
— Будет сделано моя королева.
— Понял. А теперь слушай. На материке мы все понимали друг друга, и вообще близость к серебряной звезде нас сильно изменила. Получается, это останется с нами навсегда и мы поймём каждого, кто посещал материк.
Теперь о плохом. Ваши боги, по крайней мере тот, что заходил в гости вчера, тоже посещали сердце вселенной и скорее всего в прошлый цикл или ещё раньше.
— Точно. Ты же спокойно понял всё сказанное им. Выходит они тоже люди, а никакие не боги.
— Получается так, но нам от этого не легче. У них тысячелетний боевой опыт и это минимум. Ладно, разберёмся в процессе. Я пойду пробегусь по городу, послушаю разговоры, поищу шпионов, кстати, сколько у вас богов?
— Богов десять, ты же не понимаешь нашу речь, какой смысл слушать разговоры?
— В этом весь сок. Проще обнаружить тех, кто что-то скрывает. Кстати, а где мне можно переодеться?
— Ты же и так замечательно выглядишь. — девушка улыбнулась. — я уже попросила чтобы подготовили снаряжение. Пойдем я тебя провожу в гардеробную.
Выбор оказался большим, удивительно, но всё подходило словно шилось под меня. Я оделся в удобный хлопковый костюм, поверх которого замечательно подошла кожаная куртка и несколько деталей, защищающих слабые места, наручи, поножи, мягкие кожаные сапоги, самое то для бесшумного передвижения. Сверху накинул плащ с капюшоном чтобы максимально скрыть свою личность.
Пора в путь. Я поцеловал Викторию и шагнул в открывшийся секретный проход.
Я выбрался из тоннеля в заброшенном доме. На первый взгляд опустевшим казалась половина города. Огромное число погибших предали огню этой ночью. Здесь не хоронили привычным нам образом. Когда я рассказал Виктории о наших ритуалах, она очень удивилась и пыталась узнать какой в этом смысл. А я, если честно, и сам не в курсе.
Моя, закутанная в серый плащ, фигура не очень выделялась среди одиноких прохожих. Почти все спрятались в своих домах. Осадное положение вынудило людей забаррикадироваться и ждать. А что им ещё остаётся?
Мало кто понимает, что здесь происходит. И мне требовалось найти тех, кто понимает. Да, я не знаю местный язык, но в данный момент мне это и не нужно. Иногда достаточно просто взглянуть на человека, чтобы понять, что его поведение не обычное для происходящего вокруг. Особенно выделяться шпионы будут сейчас.
Азкен обучал меня, доводя до физического истощения, и из-за интенсивности тренировок я не замечал, что это
Рядом со мной прошёл отряд стражи, я же спрятался в тени ограды одного из домов. Ни к чему мне выяснять отношения с гвардией, врядли удастся объясниться, к тому же потеряю время.
Вдалеке мелькнула тень, кто-то перебежал дорогу между строениями. Подозрительно. Раз вариантов больше нет, прослежу за первым кандидатом. Быть может он не от любовницы домой бежит.
Я примерно рассчитал направление его движения и приступил к любимой части действия всех детективов — слежке. Это был мужчина, закутанный в какое-то тряпье. Периодически озираясь он, почти не останавливаясь, перебегал от одной тени к другой. Куда же он спешит?
Подозреваемый остановился возле обычной деревянной двери, ничем не отличавшейся от множества остальных, и постучал замысловатым образом. Через минуту петли скрипнули и из открывшегося проёма высунулась бородатая голова в кожаном шлеме. Хозяин осмотрелся по сторонам, никого не обнаружив он удовлетворённо кивнул и пропустил гостя внутрь.
Надо как-то заглянуть к столь радушному человеку. Хотя что я там делать буду? Даже если удастся подслушать план по осаде столицы, то откуда я узнаю о ценности информации? Я же не пойму нифига. Надо просто проследить за ними дальше. По цепочке могу добраться до одного из организаторов. Убить верхушку, а остальные сами разбегутся. Главное их найти.
Тем временем дверь распахнулась и оттуда вышел закутанный в рясу мужчина, с пивным брюшком, редкой бородкой и длинными волосами, выбивающимися из под распахнутого капюшона. Ей богу только креста не хватает во все пузо.
Погодите. Если это какой-то священник, значит он служит одному из богов, ну или им всем. А кто, как не слуга, знает где его хозяева? Решено, прослежу за этой мутной личностью, а расположение их штаб-квартиры запомню.
Священник шёл ни от кого не скрываясь, даже стража не обращала на него внимания. А я просто не попадался никому на глаза. Да у меня талант. Через минут двадцать объект остановился возле огромной кованной калитки. Потянув тяжелое металлическое кольцо, удерживаемое зубами какого-то зверя, на себя, он отпустил его обратно. Прозвучал удар. Вскоре калитка распахнулась и мужчина прошёл во двор.
А сюда я, пожалуй, загляну. Обогнув высокий забор по периметру, я нашёл место, где рядом стоящее здание приблизилось к ограде почти вплотную. Раньше я даже не попытался бы этого сделать, а сейчас ползу по забору, упираясь ногами в стену соседнего дома, а руками в металлическое покрытие ограды.
Мне понадобилось несколько минут, чтобы разработать сей гениальный план и воплотить его в жизнь. И вот я уже внутри.
Нехило здесь монахи живут. Я аж замер от удивления. Моим глазам предстал двухэтажный особняк украшенный огромным количеством скульптур. Монах стоял на пороге дома и пытался что-то объяснить здоровенному детине. Тот, похоже не желал понять священника, а быть может не мог. Хотя мне кажется ему вообще плевать на святого человека что пытается до него достучаться.