Нейропсихоz
Шрифт:
Я закурил, поднялся со стула и направился к её столику:
— Диля, — негромко окликнул я.
Она не повернула головы, лишь глотнула мартини, демонстративно показывая, что мне здесь не рады.
— Макс. Что ты тут делаешь? В «101» что, для тебя не нашлось местечка? Мне кажется, этот серпентарий как раз для тебя.
По почти опустевшей бутылке мартини на столе я догадался, что она выпила уже достаточно, чтобы быть в настроении повздорить:
— Скучаю по твоей тонкой, женственной тактичности, — я сел напротив,
Она закатила глаза, но в уголках её губ промелькнула насмешливая улыбка.
— Ты сегодня опять собираешься побить рекорд по тупейшим попыткам подката, Макс?
Я приподнял свой стакан виски:
— Не будь такой злюкой. Просто увидел знакомое лицо — решил поболтать.
— Только ты не забывайся. Если будешь и дальше так «подкатывать», боюсь, болтать тебе скоро будет нечем.
Я хмыкнул:
— Ого, острый удар. Ты, видимо, заранее продумала эту фразу для меня?
— Если закончил выпендриваться — проваливай к стойке, — она наклонила голову, кокетливо, но с явным вызовом. — Попроси Дами налить тебе ещё виски… или какую там бурду ты пьёшь? После очередного заказа, поди?
— Только не делай вид, что ты особенная! Сомневаюсь, что ты приперлась в этот тёмный уголок ради дешёвого мартини просто потому, что тебе надоело сидеть дома и вязать крестиком.
Она откинулась на спинку кресла, убирая чёрные пряди с лица. В её взгляде смешались насмешка и скрытая агрессия.
— Сколько ты ещё будешь ебать мне мозг, Макс? — спросила она тихо, но с явным нажимом.
— Твой мозг мне не интересен, — я наклонился к ней ближе, испытывая странную смесь раздражения и влечения. — А вот твоё тело — вполне.
Она коротко рассмеялась, презрительно и чуть хрипловато.
— Ты неисправим. К тому же — слишком самоуверен.
— Но ведь тебе это нравится, — отрезал я, не сводя с неё взгляда.
В её глазах сверкнула искра, и я понял, что попал в цель. Она быстро отставила бокал и встала, её плащ скользнул с плеч, обнажая сверкающее платье чуть больше. Она шагнула вплотную и нежно прошептала:
— Знаешь, Макс, иди в пизду.
— Только если ты укажешь дорогу, — усмехнулся я.
— Покажу.
Повернувшись, она двинулась к выходу, ни разу не обернувшись.
Сердце стукнуло где-то под рёбрами — смесь адреналина и виски. Дурная затея? Возможно. Но я точно знал, что лучшего способа вырваться из собственного застоя сейчас не найду.
Тем более, нам это не в первой.
Я бросил на стол пару чипов, поднялся и пошёл вслед за Дилей, чувствуя, как знакомый вихрь азарта с новой силой разгорается внутри.
* * *
Через двадцать минут её спина глухо ударилась о холодную стену моего пентхауса. Тишину нарушил лишь шум прерывистого дыхания и треск сорванной с креплений полки у входной группы. Волосы Дили растрепались,
— Ты всё такой же невыносимый мудак, Макс, — прошипела она, срывая с меня куртку быстрым движением.
— А ты всё так же прекрасно притворяешься, что ненавидишь меня, — ответил я, не оставляя ей возможности для отступления, прижимая её к стене ещё сильнее.
— В следующий раз я тебя просто грохну…
Её тело выгнулось, ногти впились в мою спину, оставляя острые, болезненные следы.
Где-то рядом что-то громко треснуло. Взгляд скользнул на пол — рама дорогой картины развалилась на куски. И плевать.
Губы Дили врезались в мои, жёстко, нетерпеливо, будто хотели выместить всю злость прошедшего дня. Её дыхание спутывалось с моим, становясь всё быстрее и тяжелее. Она не просто целовала меня — она нападала, кусала, как будто хотела доказать, что это её территория, её правила.
Её колено медленно поднялось, прижимаясь к моему бедру, едва не теряя равновесия, но всё равно контролируя ситуацию. Каждое её движение было вызовом, и я принял его.
В какой-то момент я даже терял понимание — драка это или страстные прелюдии.
Мои руки скользнули по талии Дили, ощутив прохладную гладкость кожи под тканью, и обхватили так, будто я хотел оторвать кусок её плоти…
Прижал губы к её шее, чувствуя, как она вздрагивает под моим дыханием. Провёл зубами по коже, а затем слегка прикусил мочку уха. Она выгнулась в ответ, прерывистый стон сорвался с её губ, и это было как сигнал — мы потеряли остатки контроля.
— Не тяни, Макс, — прошипела она, потому что голос был переполнен желанием. — Отымей меня уже как суку.
Её стальные пальцы с острыми ногтями впились в мою рубашку. Я слышал, как ткань разрывается с такой силой, будто это была единственная цель, которую она видела перед собой. Скинула остатки моей одежды на пол и набросилась, прочно обхватив меня ногами. Платье задралось, и я почувствовал невероятный жар и влагу.
Эта сука была без трусиков.
Я развернулся и с силой вжал, нет, впечатал её в кровать. Её дыхание сбилось, но она не сопротивлялась, наоборот — ещё крепче обхватила меня до хруста в позвоночнике.
— Неплохие сервоприводы, — произнёс я. — Новые?
— Да, — голос звучал томно. — Мой урак подогнал за полцены. Нравится?
— Невероятно…
В этот момент я вошёл в неё. Резко.
Её волосы растрепались, несколько прядей прилипли к влажному от пота лбу. Я заправил их за ухо, позволяя себе момент мимолётной нежности, прежде чем наши тела снова столкнулись в яростном ритме.
Раздался треск — кажется, модная парящая кровать не выдерживала нашего сражения. Но я не обратил на это внимания.