Нейросеть
Шрифт:
Все вокруг кажется чуть бутафорским, надуманным. Может быть, это оттого, что я впервые за долгие годы здесь в своей личной, официальной ID-матрице. В своей настоящей Душе. Других у меня сейчас просто нет.
«Сканирование системы, — шепнул компьютер, я вздрогнул от его непривычного голоса. — Сервер принадлежит к непроверенным и потенциально опасным источникам, что могут быть…»
— Отклонить, — говорю я. — Все попытки ввода-вывода информации пресекать.
В конце оврага под ноги бросается лестница, что выводит прямо на портовую пристань.
Ноздрей
Вокруг полно народу, все куда-то спешат, почти у каждого на боку кобура. Новичков можно узнать по затравленным и подозрительным взглядам, явно наслушались, что в Диких Пустошах убивают сплошь и рядом. Конечно, это недалеко от истины, но не без причины-то!
У каменной гряды пристани растут подчеркнуто гротескные дома, навевающие мысли о кордебалете и шорохе юбок. Вывески пестрят «салунами» и скелетами, почти на каждой красуется ковбой. Настоящий стилистический хаос, что возможен только в Сети. Подобно Америке, бывшей когда-то громадным котлом по переплавке наций, теперь виртуальность перемалывает всю информацию человеческой истории. Настоящий генератор моды, вкуса, стиля жизни и идеологии. Мертвая программа, где строчки команд и базы данных — пользователи.
Искомый бар «Ясеневый гроб» обнаруживается в середине набережной. Именно здесь, судя по ответам поисковика, базируется группировка «Хэдшот», которой руководит Кадавр.
Пару минут я побродил в окрестностях, смоля сигарету. Так и не придумав ничего лучшего, зашагал ко входу. На деревянном крыльце, или как называется площадка перед барами, покачивается на стуле бугай. Один его вид навевает мысли об интеллектуальной отсталости: гипертрофированные мышцы, тяжелая квадратная челюсть и лоб, напоминающий танковую башню. Хотя, возможно, это хитрый трюк, чтобы вызвать презрительное отношению к этому пользователю, что, в свою очередь, заставляет врагов расслабляться.
— Ты куда, смертничек? — Верзила на входе красноречиво положил руку на кобуру. — Иди отсюда, сюда баранам нельзя… Эй, ты не понял?!
Он уже вскочил, расстегивая кобуру, когда я взбежал на крыльцо и молча выбросил кулак ему в лицо.
Вспышка. Цифровой стон, ощущение падения. Нет привычных по официальной Сети разрывов нитей марионетки, здесь аватары не привязываются столь строго. И ID-матрица охранника практически без эффектов копируется в деку.
— Меняем аватар, — бросил я компьютеру. — Перезагрузка.
«Принято».
Мир исчезает, ночь становится солнечной вспышкой, чтобы через минуту вернуться к образу тьмы.
Знакомый овраг. Не вступая в разговор, уничтожаю бедолагу Всадника, программу, обреченную на вечную смерть. Потом запрещаю обмен информацией и бегу по лестнице.
Матрица охранника явно сделана на коленке, параметры не синхронизированы, отчего движения с непривычки дерганые, будто при низкой скорости коннекта. На меня оглядываются, когда я подхожу к бару «Ясеневый
От пинка дверь в бар распахнулась, ударилась в стенку, на пол весело опали осколки стекла.
— Джонни? — слышу я незнакомый голос сбоку. — Ты чего, брат?!
Не отвечая, наугад бью в темноту. Кулак попал в мягкое, с той стороны слышится хрип.
В задымленной полутьме бара я бегу к бармену. Тот явно настроен устроить мне взбучку за разбитую дверь, но сомневается, обычно так не спешат.
— Где босс?!
— Ты охренел, Джонни?! — миролюбиво спрашивает бармен голосом человека, что на перед завтраком совершает свое первое убийство. — Кадавр на встрече. Мне говори…
— Где встреча?!
— Где всегда. — Он кивает на дверь за стойкой, кричит мне вслед: — Тебе туда нельзя! Стой, дурак!!
Я перемахнул через стойку, бармен отлетел в сторону. За дверью длинный коридор, что заканчивается лестницей в подвал и двумя охранниками. Еще на подходе в моей ладони вздрагивает дважды кольт, расплескивая матрицы охраны по стенкам. Это не «дубли», но все равно парням будет нехорошо. А уж их машины гарантированно превратятся в обугленные куски металла и кремния. Гарантия, что ребята не войдут в Сеть заново.
«Внимание, — шепнул компьютер, — подкладочная реальность. Требуется пароль…»
К счастью, у Джонни есть пароль, хотя допуск остается минимальным. Когда я вхожу в подвал, меня едва не выворачивает от кинематографичности обстановки, будто на тусовке ролевиков.
Круглый стол, бутылки виски, игральные карты, сигарный дым, полутьма. Все как в гангстерских фильмах, похоже, что киллеры — народ романтичный и не чураются ностальгии и поношенных клише.
— Ты кто? — вылупился на меня жирдяй в полосатом костюме-тройке.
За столом человек десять, все в молчании наблюдают. Выстрелы, конечно, слышали, да и кольт в моей руке красноречив. Но, как и положено бывалым «мясникам», они спокойны.
— Подожди, Беляк, — услышал я знакомый голос с хрипотцой. Из-за стола поднялся немолодой человек в простых джинсах и пайте, единственный, не играющий роль мафиози. — Этот парень мой. Джонни, что стряслось?..
Кадавр замолчал на полуслове, и я понял: узнал. Двуствольный кольт — моя визитная карточка.
— Узнал? — повторил я. — Разговор есть, Кадавр.
Глаза киллера превратились в узкие щелочки. Одному из игроков надоедает ждать, он бросил в раздражении:
— Кадавр, убери этого клоуна! Сейчас моя раздача…
— Сетевой Дьявол, — прошипел Кадавр. — Живой, с-сука…
Теперь в подвале гробовая тишина. О нашем конфликте с киллером наслышаны все. Две легендарные фигуры виртуальности не поделили Душу: один хотел забрать ее, второй — отправить в ад. Похоже, что здесь собрались местные шишки, градус интереса к ситуации стремительно повышается. Даже тот, кто ругался и требовал вышвырнуть меня, отложил карты и с любопытством рассматривает. Я машинально отметил, что страха нет.