Нейтралы
Шрифт:
– Только попробуй! Простой поркой ты точно не отделаешься!
От холода, содержавшегося в лязгнувшем над ухом голосе, захотелось втянуть голову в плечи и стать маленьким-маленьким. Мама смотрела на меня с нескрываемой яростью, напротив точно так же буравила взглядом сына миссис Шелби. Упс. Расслабились мы, забыли, в чьём обществе находимся.
– Райли Донован Стивенс! Если я узнаю, что ты хотя бы приблизился к этим тварям, то мигом заберу из Хогвартса и переведу на домашнее обучение! Ты понял меня?!
– Да, мама.
– Даже думать не смей!
– Хорошо, мама!
Рядом точно такую же выволочку получал Артур. Друг, однако,
В общем, в раскаяние мама не поверила, быстро закруглила разговор, попрощалась с новой подругой и потащила меня к ближайшему камину. Судя по всему, головомойка продолжится дома, причем с привлечением тяжелой артиллерии в виде более старших родственников. Кажется, ближайшее будущее окрашивается в мрачные тона…
Так оно и вышло.
Третий курс Рейвенкло отличался нехарактерной для факультета крепостью рядов. По нашим понятиям, разумеется – с точки зрения барсуков все мы чудовищные интроверты. Но тут они не правы. Остальные курсы либо разбились на более мелкие компании, либо разбежались по другим вагонам в поисках приятелей, мы же сидели все вместе. Даже шилопопый Корнер не порывался куда-то свалить. В первый час пути.
Купе, разумеется, не рассчитано на десять учеников, поэтому Мэнди попросила одного родственника наложить сложные и частично запрещенные чары незримого расширения. Хорошо, когда есть кузен-семикурсник.
– Чайничка не хватает, - со вздохом оглядел пустой стол Артур. – И плюшек побольше.
– Тлетворное влияние Хаффлпаффа поразило тебя, друг, - с тревогой посмотрел на него я. – Не поддавайся ему!
– Ой, мальчишки, постыдитесь, - возмутилась Мораг. – Только пять минут, как отъехали!
– И мы уже готовы пожирать запасы, - согласился я. – Это нервное. Кто-нибудь слышал про то, что вокруг Хогвартса будут патрулировать дементоры?
Слышали все. Хотя в газетах новость не напечатали, в маленьком мирке магБритании слухи разнеслись мгновенно, и обеспокоенные родители использовали любые ресурсы, чтобы выяснить правду. Министерство забросали письмами. Чародеи, особенно из старых семей, прекрасно знали, что из себя представляют дементоры, и справедливо опасались за рассудок и здоровье своих чад.
– Дед встречался со Спраут, она гостила у родственников, живущих неподалеку от нас, - рассказывала Мэнди Броклхерст. – Поднимать большую защиту Хогвартс не станет, ограничится малой. Дед считает, малую можно продавить.
– По идее, деканы с директором и без вспомогательных средств обойдутся, - прикинул Артур.
– Да если бы не Дамблдор, меня бы в Хогвартс в этом году вовсе не отпустили!
– фыркнула Лайза Турпин.
Авторитет старого директора велик, можно сказать, многие едут в школу исключительно под гарантии его имени. Услышав высказывание Лайзы, народ приуныл – если уж представительница семьи Турпин, специализирующихся на работе с темными духами, подумывала о том, чтобы свалить, то что остальным делать?
– Давайте закроем тему, - предложил Корнер. – Хватит настроение себе портить. Квиддич?
– Ааа! – дружно застонали девочки. – Только не это!
– Чего это вы?!
– Летом наконец-то начали принимать ставки на чемпионат мира, - мрачно объяснила Мораг. – Парни в клане как с ума посходили.
– У нас тоже.
– И у нас.
– Подождите, - мило нахмурилась
– Любые общественные мероприятия, в том числе спортивные, относятся к событиям с повышенной вариативностью. То есть с гарантией предсказать, чем закончится матч, невозможно, - объяснила Лайза. – Поскользнулся охотник перед игрой, растянул руку – и сразу шансы команды на выигрыш упали на несколько процентов. Учесть всё невозможно. Кроме того, профессиональные команды нанимают специалистов, мешающих считывать информацию о них, чтобы осложнить жизнь конкурентам.
– Ну и в принципе предсказатели не любят сотрудничать с букмекерами, - заметила Падма. – Считается, что если смотреть в будущее ради денег, то дар ослабнет или вовсе уйдет.
Будущее изменчиво. Осознание этого радует, ведь большинство людей мысль о бессмысленности собственных действий пугает. Зачем вообще что-то делать, если будущее предопределено? Поэтому пророков и недолюбливают, что изрекаемые ими «пророчества» по сути представляют собой некий конструкт, стремящийся привести события к одному строго зафиксированному результату.
– Выходит, зря я в прошлом году выбрал Прорицание? – расстроился Корнер.
Мы иногда не понимаем, что он забыл на Рейвенкло. Парень он умный, оценки у него хорошие и воображалка развита, но впечатление портит привычка ляпать языком, не подумав. Качество, присущее скорее Гриффиндору. И, к слову сказать, в их Доме от этой привычки отучают довольно болезненными методами.
– Ты что, хотел предсказывать итоги спортивных матчей?
– Или на бирже в мире простецов играть, - независимо пожал плечами Майкл. – Что такого? Я же полукровка, на два мира живу. Документы есть, инвестиционный счет открыть не проблема.
– Слишком удачливых игроков проверяет ДМП, - припомнил Бут. – В Британии действует закон, по которому волшебник не может выиграть на бирже больше какой-то суммы, не помню, какой. Его приняли после краха двадцать девятого года. Так что всех, кто лимит превышает, Министерство ловит и наказывает.
– Да? И какая сумма?
– Не знаю, сам посмотри. Я от отца краем уха слышал.
Лично я обязательно посмотрю.
Девочки, тем временем, обсуждали нелегкую судьбу милашки Локхарта. Без особого энтузиазма – после того, как знаменитый писатель загремел в Мунго на (вероятно) пожизненное, вскрылись кое-какие его делишки. Шалости с чужой памятью среди магов не приветствуются. С заклинанием «Обливиэйт» знакомятся на втором курсе Хогвартса, к менталистам относятся с опасливым уважением, рядовые волшебники сами, при необходимости, стирают или изменяют воспоминания. Но вот, например, первая реакция на человека, сообщающего, что работает обливиатором в Министерстве, примерно такая: ничего лучшего не нашел? То есть стирание части памяти считается необходимым злом и тех, кто его практикует постоянно, слегка презирают. Или не слегка.
– Кто-то у нас теперь будет вести ЗОТИ? – вслух рассуждала Мэнди. – Два предыдущих учителя не впечатлили.
– Найдут кого-нибудь. Жуликов на островах хватает, - цинично заметила Мораг.
– Кто-нибудь знает, как подбирают учителей? – спросил я. – То есть за Локхарта мы должны сказать спасибо мистеру Малфою…
– Лорду Малфою, - уточнил Артур. – Абраксас скончался, теперь Люциус – лорд.
– Да? Не знал. Так вот, с Локхартом понятно, Квиррел перешел с одной должности на другую, младших преподов зачастую присылают Гильдии. Какие ещё способы?