Нейтралы
Шрифт:
Малфой выиграл дело против гиппогрифа. Общество следило за процессом с вялым интересом и восприняло приговор как должное. В конце-то концов, животное напало на ребенка, даже если отбросить в стороны все остальные факторы. Короче говоря, судьба Клювокрыла была определена и никого, кроме Хагрида и некоторых гриффов, не волновала.
Мне, тем временем, аукнулась подзабытая история с нападением на однофамильца. Встревоженные барсуки и так-то ходили перебежками мелкими группами от пяти человек, а после недавнего визита Блэка совсем впали в паранойю и решили налечь на самооборону. И это при том, что Люпина на
Забыл сказать. До тех пор, пока в кружке состоят представители одного Дома, нигде ничего регистрировать не надо. Достаточно сообщить декану. Если же в составе интернационал, вот тогда начинается волокита с расписанием, отчетностью, выделением помещения, обязательным кураторством и много чем ещё. Иными словами, подгадили Седрику собратья.
Нас с Артуром в клуб, пока что незарегистрированный, притащил Фрай. Он, кажется, преисполнился передо мной некоего пиетета после того, как я дал по башке его кузену (с которым у Фрая были примерно такие же отношения, как у меня с придурком Майклом) и рассчитывал получить пару уроков. В том, что мне удастся его чему-то научить, я сомневался, но сходить посмотреть, чем там народ занимается – почему бы нет?
Первоначальной оценкой всех новичков занимаются председатель или его замы, в крайнем случае опытные старшекурсники. В тот день из всех старшаков в зале находился только парень по имени Энтони Рикетт, поэтому мы подошли к нему:
– Привет, Энтони, - дождавшись, пока старшекурсник закончит разговор с каким-то знакомым, представил нас Фрай. – Это Райли Стивенс и Артур Шелби, я тебе о них рассказывал.
– Да, мы знакомы, - вежливо улыбнулся парень. – Третий курс, верно?
Мы дружно кивнули.
– Хорошо, тогда сначала небольшая проверка, если всё пройдет нормально, то выдам вам расписание. Занятия идут каждый день, просто разные курсы приходят в разное время, чтобы не мешать друг другу. Помещение, как видите, не очень большое.
Выделенный под кружок класс не отличался особенными размерами, он был рассчитан человек на тридцать. Если его действительно посещает весь Хаффлпафф, то заниматься одновременно будет тесновато.
– А кроме ваших, кто сюда ходит? – поинтересовался Артур, взглянув на обменивающимися заклинаниями учеников.
– В основном ваши, - снова улыбнулся Рикетт. – Из гриффов только старшекурсники, не знаю уж, почему, у змей что-то своё есть.
– На Гриффиндоре сейчас только и говорят, что о квиддиче, - дополнил Фрай. – Ещё о клубе ворожбы. Энтони, может и нам какие-то сигнальные чары изучить? Гриффов, похоже, впечатлило, как Блэк сумел пробраться в их гостиную, и никто его не заметил.
– Посмотрим, - неопределенно ответил парень. – Если народ захочет. Седрику предложи, он программу составляет. Так, кто первый?
Артур
– Используй всё, что знаешь, - выдал краткий инструктаж парень. – Мне нужно оценить твой уровень, так что не сдерживайся. Начало по команде, заканчиваем, когда скажу «стоп». Готов? Начали!
Едва отзвучало последнее слово, как я чуть заметно шевельнул палочкой. В следующий миг Рикетта снесло с места и протащило несколько метров спиной вперед.
Упс. Перестарался.
Наблюдавшие за нами школьники побросали свои дела и бросились на помощь пострадавшему старосте. Я тоже подошел посмотреть. Честно скажу – не ожидал такого эффекта. Он что, амулетов не носит?
– Тони, Тони, ты как?
– Финиту на него наложите, - меланхолично посоветовал Артур. – Против остаточных явлений Ступефая хорошо помогает.
– Так это Ступефай был? – круглыми глазами посмотрел на нас какой-то барсук.
Артур взглянул на него с отвращением и отвернулся.
Первым вопросом Рикетта после возвращения в сознание было:
– Как?
– Ты не поставил щит, - пожал я плечами. – Зря амулеты не носишь, хотя бы первый удар они задерживают.
– Да как-то… Подожди, это был невербальный Ступефай?
– Ну да, - пожал я плечами.
Артур захихикал. Он-то видел мои тренировки: утро и вечер, каждый день полчаса только ступефай, если с палочкой, и только секо, если без. Последнее выходит хреново. Оба деда с большим скепсисом относились к сильным заклятьям, делая упор на скорости и точности. Отсюда и такая программа тренировок – вбивание на уровень рефлексов простых чар, доведение их до невербального, в идеале до беспалочкого уровня.
Разумеется, Рикетт захотел реванша. Второй раз с ним фокус не прошел, он сразу после команды выставил щит и сумел отразить первый удар. Мне было чем ответить на такое, связка предусматривала отшаг в сторону и люмос солем в глаза, но зачем наживать врага? Так что мы поперекидывались заклинаниями, в итоге выйдя на ничью.
Что сказать по итогам. При всей своей силе хорошим бойцом Рикетт никогда не станет. Мозги не так устроены, или дома его учили другим вещам. Дуэлянта из него ещё можно вырастить, боевика уже поздно. Артур, кстати, с ним тоже примерно на равных держался.
– Слишком много заклинаний, - заметил он позднее, когда мы уже покинули кружок. – Исполнение вроде правильное, но подтормаживает.
– Не в заклинаниях дело, - согласился я. – Мой дядя в Дурмстранге учился, он там однажды видел учебный поединок между пятикурсником и преподом боевки. Тамошний учитель даже палочку не взял и невербалку использовал по минимуму.
И всё равно, слишком просто у меня получилось.
Позднее, к концу года, я собрал кое-какую информацию, достаточную, чтобы сделать выводы. Сильнейшими бойцами Хогвартса являются выходцы из старых родов с традициями обучения боевке; те, чьи семьи могут позволить себе нанять хорошего инструктора; детишки из кланов. Таковых примерно треть от общего числа и напороться на любого из нас чревато последствиями в виде ночевки в Больничном крыле.