Нейтралы
Шрифт:
Народ начал потихоньку стекаться на трибуны к часу дня, однако свободные места ещё оставались. Помимо самих трибун, возле стадиона разместились переносные туалеты, ларьки с различной едой и сувенирные лавочки, пользующиеся особым спросом среди иностранцев. Последних, кстати, приехало много, почти все – европейцы. Одежда пошита из дорогой ткани, неброское качество украшений-артефактов видно издалека, манеры властные, уверенные. Элита.
Впрочем, людей попроще или школоты, пришедшей исключительно повеселиться, тоже хватало. И я говорю не о журналистах вроде мелькавшей повсюду ярчайшей мисс Скитер. Мелкие чиновники Министерства в унылых
Я сбегал, притащил напитков и побольше еды. Фаст-фуд пришел к нам от магглов и, пусть не пользовался большой популярностью, свою нишу занял. Мы четверо немедленно впились зубами в толстенные бургеры, прикрыв глаза от наслаждения. Уроки окончились в полдень, пока нормальные ученики обедали, менее везучие вроде нас водили экскурсии и служили ходячей справкой главам кланов и родов, поэтому к началу этапа сильно проголодались.
Образовавшаяся с нашей подачи компания разместилась компактной группой, заняв несколько рядов. Младшие сидели на нижнем ряду. Я поискал глазами Артура, вблизи не нашел и мысленно махнул рукой – наверняка ему не до меня. Он где-то здесь, потом впечатлениями обменяемся. Хотя надо бы задуматься о способах связи – и просто для удобства, и с прицелом на будущее.
Трибуны постепенно заполнились магами и волшебницами. Удивительно, но никакого объявления или представления участников не было. Просто возле красной палатки чемпионов началось шевеление, драконологи забегали быстрее, затем раздался громкий свисток и с загона на поле наконец-то спала иллюзия. Сложная, двусторонней направленности, с элементами отвлекающих чар.
Драконица заметила трибуны, людей, выдохнула ярко-синее пламя из ноздрей и агрессивно заревела, прикрывая широкими крыльями драгоценные яйца. Одно из них, как немедленно сообщил усиленный Сонорусом голос комментатора, чемпиону следовало украсть. В зависимости от скорости и успешности действий судьи начисляли очки, набравший наибольшее количество объявлялся победителем этапа.
– Шведский тупорылый, - мгновенно определила Парвати. – Особо устойчив к магии.
– Что-то раньше не замечала в тебе особой любви к зверушкам, - явно удивилась Падма. – Откуда знаешь?
– Мальчишки фанатеют, - передернула плечиками гриффиндорка. – Поневоле выучишь.
Её поддержали понимающим хмыканьем.
Наконец, из прохода показался Седрик. Его встретили овациями и подбадривающими криками, не особо парня успокоившими – он, остановившись, с ужасом уставился на дракона. Ну, его можно понять. Почти все либо наложили заклинание усиление зрения, либо воспользовались омниноклями, так что выражение лица чемпиона разглядели хорошо.
Диггори попробовал приблизиться к гигантской рептилии, издалека бросил неизвестное мне заклинание, тут же был вынужден отойти назад от особо длинной струи. Следующая попытка и снова неудача. В третий раз Седрик использовал Акцио, пытаясь призвать яйцо, но оно оказалось зачаровано от прямых воздействий, о чем немедленно во всеуслышание сообщил Людо Бэгмен. Вот без чьих комментариев я бы обошелся. В конце концов барсук додумался трансфигурировать собаку, наложить на неё устойчивость к высоким температурам и отправить раздражать драконицу. Сам Диггори осторожно, бочком-бочком, дождавшись удобного момента приблизился к гнезду, быстрым рывком одолел оставшееся расстояние, схватил яйцо и успешно дал деру.
Заметившая
Сидевшие с забавно сжатыми кулачками девочки облегченно выдохнули.
– Легко отделался, - заметил я. – Драконье пламя к коже липнет. Полметра назад, и была бы у нас запеченная картошка с золотым яйцом.
– Райли!
В следующую минуту я узнал, что настолько черствого, жестокого и равнодушного к чужим страданиям человека свет не видывал. Что я обладаю чувствительностью и эмоциональным диапазоном дубовой колоды. Что нельзя говорить такие ужасные вещи, тем более девушкам. Что слухи, ходящие обо мне по Хогвартсу, после этих слов похожи на правду. Последнее меня заинтересовало.
– Хотелось бы подробностей, - когда накал обвинений малость стих, вклинился я в поток возмущения. – Какие слухи?
– Эмм… - Парвати покосилась наверх, убедилась, что старшие заняты обсуждением прошедшей схватки и на нас не обращают внимания, наклонилась поближе и зашептала. – У нас поговаривают, что ты сильнейший боец Хогвартса. Даже сильнее Поттера и Диггори. Дома тебя учат чему-то совсем жуткому и подвергают страшным испытаниям. Ты владеешь черной магией и тайный ученик Снейпа…
– Не продолжай, пожалуйста, - ещё немного, и перегруженные мозги вскипели бы. – Я понял. У вашего факультета какая-то нездоровая зацикленность на Снейпе.
– А всё остальное – правда?! – восторженно округлила глаза Парвати.
– Нет, конечно. Сильнейшим бойцом Хогвартса является Винтерхорн с седьмого курса, его Флитвик лично обучает.
– Ты шутишь? Он же тихоня.
– Потому и тихоня, что профессор ему условие поставил – никаких драк. Вообще, я сходу назову десяток старшекурсников, которые меня раскатают. И, кстати, на Поттера и Диггори ориентироваться не надо, они не показатель.
– Так Седрик же чемпион, его кубок выбрал!
– Во-первых, чемпион он среди тех, кто бросал своё имя. Многие не захотели. Во-вторых, чемпион не значит сильнейший из бойцов, он может быть лучшим по совокупности качеств. Причем не обязательно магических.
– Забудем пока про Седрика, - вмешалась внимательно слушавшая Мораг. – Не о нём речь. Я правильно понимаю, это те трое, которых Райли в прошлом году отделал, воду мутят? Таулер и ещё двое, не помню фамилии.
– Стром и Меллинг. Не знаю, - приложила пальчик к губам Парвати. – Может быть.
– Выясни, пожалуйста, - шотландка перевела взгляд на меня. Ехидно улыбнулась. – Забыл о них, да? А они о тебе помнят.
– Мне казалось, конфликт исчерпан.
– Не с этими людьми.
Возможно, познавательный разговор продолжился бы, не раздайся очередной сигнал. Следующей вызвали Делакур. С драконом ей повезло – валлийский зеленый маленький и легче остальных поддаётся чарам, чем девушка и воспользовалась, быстро введя того в транс. Поначалу она тоже попыталась пройти мимо, наложив на себя заклинание невидимости, но после первой же огненной струи одумалась и применила некий аналог Сомниуса, вероятно, добавив для верности чем-то вейловским. Драконица заснула и Флер спокойно забрала яйцо. Небольшой казус, связанный с подпаленным платьем и оголивший ножки чемпионки, вызвал бурное одобрение мужской части зрителей.