Неженка
Шрифт:
Судя по тому, что он мог видеть на нескольких старых фотографиях, приятная внешность в основном досталась ему от матери. Она тоже сбежала, покинув Джейси вскоре после рождения Далли, и не удосужилась даже оставить адрес. Джейси как-то сказал, что слышал, будто она отбыла на Аляску, но найти ее никогда не пытался. «Слишком много хлопот — сказал он Далли. — Ни одна женщина не стоит таких больших хлопот, тем более что вокруг так много других!»
Со своими густыми темно-рыжими волосами и глазами под тяжелыми веками, Джейси привлекал к себе так много женщин, что порой не знал, как с ними поступать. За все эти годы у них в доме перебывало, задерживаясь на различные сроки, не менее десятка женщин, причем некоторые из них
— Он от рождения был ничтожеством, — сказала Далли одна из числа наиболее приятных женщин, упаковывая свой чемодан. — С некоторыми так бывает. Поначалу про Джейси этого ни за что не подумаешь, потому что он достаточно смышлен, да и говорить может так сладко, что поневоле начинаешь чувствовать себя самой красивой женщиной в мире. Но внутри у него есть какой-то вывих, делающий его посредственностью; это у него в крови. Не слушай всей той ерунды, что он говорит о тебе, Далли! Ты славный малыш. Просто он боится, что ты, когда вырастешь, сможешь добиться в жизни чего-то такого, что ему и не снилось.
Далли старался по мере возможности держаться подальше от кулаков Джейси. Самым надежным приютом стала ему классная комната, и он, не в пример своим приятелям, никогда не пропускал занятий, разве только если лицо не оказывалось чересчур разукрашенным синяками; в таких случаях он слонялся с несколькими кэдди, работавшими в загородном клубе у дороги. Они научили его играть в гольф, и к тому времени, когда ему исполнилось двенадцать, он обрел еще более безопасное убежище, чем школа.
Отбросив старые воспоминания, Далли сообщил Скиту, что пора закругляться. Они вернулись в мотель, но, несмотря на усталость, быстро заснуть Далли не удалось: мешали неотвязные мысли о прошлом.
Теперь, когда квалификационный круг был завершен, уже не надо было думать о «Про-Ам», на следующий день начинался настоящий турнир. Как и на всех главных турнирах по гольфу для профессионалов, на открытом чемпионате «Орандж Блоссом» первые два круга проводились в четверг и пятницу.
Игроки, не отсеявшиеся после пятницы, выходили в два финальных круга. И когда в воскресенье утром Далли шел мимо телевизионной башни на позицию первого удара, чтобы начать финальный круг, за его спиной были не только благополучно пройденные в пятницу отборочные соревнования, но и лидерство в турнире с отрывом в четыре удара.
— Ну, Далли, сегодня тебе достаточно просто сохранять стабильность, — сказал Скит. Он постучал ребром ладони по верху сумки с клэбами Далли и озабоченно посмотрел на таблицу лидеров, в самом верху которой значилось имя Далли. — Помни, сегодня ты играешь свою собственную игру, а не чью-то там еще. Выбрось эти телекамеры из головы и сосредоточься на том, чтобы достигать цели за один удар.
Далли даже кивком не показал, что принял к сведению слова Скита. Вместо этого он послал улыбку эффектной брюнетке, стоявшей вблизи канатов, сдерживавших толпу болельщиков.
Она улыбнулась в ответ; тогда он подошел поближе и отпустил ей несколько шуток с таким видом, словно ему на все наплевать, словно выигрыш в этом чемпионате не был для него делом всей жизни, словно в этом году не должно было быть никакого Хэллоуина.
В финальной четверке Далли выпало играть в паре с Джонни Миллером, лидировавшим в этом сезоне по выигранной в турнирах призовой сумме. Когда пришел черед Далли выполнить первый удар, Скит вручил ему клэб номер три с деревянной головкой и дал последние наставления:
— Помни, Далли, в этом туре ты на сегодня самый лучший из молодых игроков. Ты это
Далли кивнул, стал в позицию и выполнил один из тех ударов, которые входят в историю гольфа.
Пройдя четырнадцать лунок, Далли все еще лидировал с результатом шестнадцать ниже пар [6] . Оставалось пройти всего четыре лунки; Джонни Миллер быстро продвигался вперед, хотя все еще отставал на четыре удара. Далли отогнал мысли о Миллере и сосредоточился на своей игре. Легким ударом паттером [7] положив в лунку мяч с пятифутовой позиции, он сказал себе, что рожден для гольфа. Одних делают чемпионами, другие рождаются ими! В конце концов он станет достойным репутаций, которую ему создали журналы. Теперь, когда его имя заняло верхнюю строчку таблицы лидеров открытого чемпионата «Орандж Блоссом», он почувствовал себя так, словно появился на свет с зажатым в руке новеньким мячом от Тайтлиста!
6
Пар — установленное количество ударов по мячу, необходимое хорошему игроку для того, чтобы загнать его в лунку.
7
Паттер — короткий клэб.
Широким шагом он двинулся к пятнадцатому фарвею [8] . Телевизионные камеры следили за каждым его движением, и он преисполнился самонадеянности. Все поражения двух последних лет в финальных турах теперь остались позади. Они были лишь случайностями, не чем иным, как досадными недоразумениями. Этот техасский мальчик сейчас взбудоражит весь мир гольфа.
Какая-то хорошенькая болельщица из-под навеса для зрителей послала ему воздушный поцелуй. Он, улыбнувшись, сделал вид, что поймал его в воздухе и опустил в карман.
8
Фарвей — ровная лужайка на поле для игры в гольф.
Скит достал клэб номер восемь с металлической головкой для легкого подводящего удара к пятнадцатой грин [9] . Далли сжал клэб, оценил направление и стал в стойку. Он чувствовал себя сильным и спокойным. Его отрыв ощутим, он играет свою игру, и никто не в силах вырвать у него победу.
Никто, кроме Медведя.
«Неужели ты всерьез полагаешь, что можешь здесь выиграть, Бодин? — Голос Медведя, ворвавшийся в голову Далли, звучал так, словно Джек Никлое стоял рядом. — Турниры по гольфу выигрывают такие чемпионы, как я, а не неудачники вроде тебя!»
9
Грин — лужайка перед лункой.
«Проваливай! — завопил мозг Далли. — Немедленно сгинь с глаз моих!» На его лбу выступили капельки пота. Он поправил захват клэба и попытался вновь расслабиться, стараясь не вслушиваться в этот голос.
«Что ты хочешь доказать себе? Чего ты добился в своей жизни, кроме как попортил все вокруг?»
«Оставь меня в покое!» Далли отступил от мяча, повторно выверил направление на лунку и вновь изготовился для удара.
Он замахнулся клюшкой и ударил по мячу. Над толпой пронесся дружный стон, когда мяч, уклонившись влево, приземлился в «бурьяне» [10] .
10
«Бурьян» — неровная, часто поросшая высокой травой часть поля около фарвея.