Нежить
Шрифт:
Девушка сложила ладони и произнесла молитву. Отец был всем, что осталось у Катиль после того, как три года назад на их селение напали вурдалаки. Возглавив остальных выживших, и потеряв почти всю свою семью - жену и троих старших сыновей, Демьян основал банду, по кровожадности и зверству ее бесчинств не имеющую себе равных. Атамана уважали. Его слово было законом. Юная и нежная дочь Демьяна считалась неприкосновенной. Но члены шайки понимали: так будет не всегда.
Они скопили много золота. В тайне ото всех Демьян мечтал увезти Катиль за море, туда, где высятся легендарные
Каждый раз, когда помощник хищно глядел на Катиль, Демьян давал себе зарок, что увезет девочку подальше от их банды, а главное, подальше от Журы, сердце которого умерло вместе с его женой три года тому назад.
Девушка вглядывалась в тусклый огонек свечи, который отбрасывал трепещущие тени на покрытые плесенью стены. Катиль давно перестала бояться теней - она ждала и жаждала смерти. На глазах у двенадцатилетней девочки вампиры растерзали тела ее матери и братьев, а малышку оставили на десерт. Отец успел спасти только Катиль - он покончил с вампирами, питающимися останками его жены, схватил руку дочери и вместе с девочкой и дюжиной уцелевших из их селения людей скрылся в лесу.
Теперь девушке терять было нечего - каждый день Демьян уходил на дело, и каждый день Катиль провожала его как в последний раз. В случае, если батька не вернется, она, непременно, покончит с жизнью. Даже сейчас, в ящике, на котором сидела Катиль, лежал нож. И она была готова схватить клинок в любую минуту. Но не для того, чтобы сражаться - каждый день девушка наблюдала за тренировками членов их шайки и знала: против разбойников у нее нет шансов.
Дверь со скрипом распахнулась и ударила ободранную стену. Девушка с облегчением выдохнула - отец вернулся.
– Ну, дочь! Все! Мы завязываем с разбоем и начинаем новую жизнь.
Катиль кинулась на шею отца и от напряжения зарыдала на его широкой груди.
– Хорошая добыча!
– не обращая внимания на девушку, громко рассуждал Демьян.
– Ничего подобного я прежде не видывал!
– Много золота?
– отчего-то Катиль знала, что на этот раз трофеем их шайки стало нечто совершенно иное.
– Лучше, дочка, много лучше!
– батя схватил дочурку и принялся кружить с ней в узком фургоне, неосторожно задевая его стены.
Впервые за три года Катиль услышала смех отца. Сердце ее наполнились радостью.
– Да что же вы захватили, отец?
– Малышка моя! Мы поймали золотого эльфа! Мы с тобой начнем все сначала, станем молодыми и здоровыми!
От растерянности девушка сделала шаг назад.
– Мама говорила, что рассказы про кровь золотых - вымысел.
– Ерунда!
– взорвался Демьян.
– Очень скоро мы с тобой отправимся за море, туда, где начнем новую богатую жизнь! И я не буду выглядеть, как твой чертов
Катиль поспешила успокоить отца: в припадках гнева Демьян не осознавал, кто перед ним находился, просто доставал свою саблю и начинал размахивать ей во все стороны без разбору.
– Да, папа, ты будешь молодым! Мы поедем туда, куда ты скажешь! У нас много золота, хватит на десять жизней.
Отец удовлетворенно опустился на покосившийся диван.
– Ладно, дочь. Я, пожалуй, вздремну. А ты ступай и проверь, надежно ли сковали золотого. И проследи, чтобы все было сделано как надо - я собираюсь сперва переговорить с эльфийским отродьем, а уж потом воспользоваться его щедрыми дарами.
Через несколько минут, когда Катиль сменила домашний халат на черные шаровары и подпоясанную кушаком рубашку, отец уже мирно дремал, впервые со дня смерти матери и братьев девушки, сладко улыбаясь во сне.
– Где он?
– вопрошала Катиль у сидящего возле костра Журы.
В единственной руке разбойника была бутыль, содержимое которой он поглощал с чудовищной скоростью. Другие мужики делились впечатлениями о вылазке позади одноглазого.
– Ну что, куколка, ты должна быть довольна! Сегодня на наш огонек залетела птица редкой породы.
Жура протянул руку Катиль, отчего девушка почувствовала омерзение и желание оттолкнуть его запачканную кровью лапу.
– Где эльф?
– резко повторила вопрос Катиль.
– Отец велел мне посмотреть, надежно ли его сковали.
– Я не нравлюсь тебе таким, - Жура сделал глоток и поднял вверх обрубок левой руки.
– Но завтра, девочка, я снова стану красивым и молодым. А тебя я сделаю своей женой. Своей Эленой. Ты так похожа на мою Элену.
Катиль спешно обошла Журу и направилась к мужикам - пока еще помощник ее отца не напился окончательно, от него следует держаться подальше. Скоро он без чувств свалится рядом с тем местом, на котором сидит, и Катиль сможет без опаски вернуться в свой фургон.
Дочь атамана прошла в указанном разбойниками направлении. К стене самой глубокой и грязной ямы, предназначенной для смертников, был прикован гигант, чья белая кожа, словно зеркало, отражала белый свет двух лун.
Катиль скинула вниз один край каната, а другой привязала к дереву. Девушка проворно спустилась в яму и окинула взглядом гиганта. Подобно другим уроженцам Альфаира, Катиль привыкла не облачать собственные мысли в материальную форму, потому не боялась телепатических способностей эльфа.
Да и выглядел золотой жалко. Покрытый кровью и грязью, эльф был связан веревками по рукам и ногам. А главное, его запястья сковали железные наручники, широкая цепь от которых крепилась к приделанным в стене ямы кольцам.
Катиль сделала шаг к эльфу. Лица золотого видно не было - голова оказалась опущена, глаза закрыли спутанные пряди белых волос. Но то, что имела возможность лицезреть юная девушка, было поистине великолепно: развитая мускулатура плечевого пояса, мощная скульптурная грудь, рельефное туловище. Девушке отчаянно захотелось посмотреть в лицо того, кому принадлежало столь прекрасно сложенное тело.