Нграх
Шрифт:
– А папка мой не верил, что Нграх его натянуть может. А он играючи взвел и болт ребристый каленый прям в центр сосны за триста метров положил. Та секундочку постояла, да грохнулась. Только щепки от удара в сторону полетели...
– Размахивая руками шептала гномка - показывая висящее на двух массивных железных крюках оружие.
Хорошая машинка у Луки получилась. Правда когда работу сдавал все ворчал, что такую махину только на крепостную стену устанавливать - башни осадные отстреливать и его взвести - упряжку мамонтов надобно...
А неплохую я ребятишкам экипировку подобрал. Благо и бабы в селе постарались одежку пошить, и Лука за вполне скромное вознаграждение
– Мне он не нужен, - гордо заявил маленький эльф.
– Нужен или не нужен, а овладеть арбалетом должен, - отрезал я.
– Он грязный, железный и воняет...
– Новое оружие действительно пахло горячей кузней и оружейным маслом.
– Стреляет медленно и тяжелый. Я луком десять мишеней поражу, пока один раз это чудовище взведу.
– Ты можешь отказаться сейчас от оружия, - принялся объяснять я, добавив в голос немного инфразвука.
– Но твой отказ в один день станет причиной гибели твоих друзей, - добавив к словам немного иллюзии я принялся рисовать картинку.
Высокая башня, на которую стая полосатых варанов-ядозубов загнала нашу семерку. Гномка и оборотни забарикадировали лестницу и убивают прорвавшихся одиночных тварей. Эльф со своим неразлучным луком стоит на вершине и посылает стрелу за стрелой, попадая прямо в глаз и поражая мозг живучих тварей. Но вараны не отступают. Они медленно начинают ползти по вертикальной стене приближаясь все ближе и ближе. Меткие стрелы обрывают жизнь настойчивых тварей, до тех пор пока колчан лучника не опустевает.
– Держи, - протягивая взведеный арбалет произносит Толик, - мы будем заряжать, а ты стреляй. Ты ведь из нас самый меткий.
Азриэль целится и промахиваеся. Стреляет снова, и снова мимо. Твари подползают все ближе и дети уже не успевают сбросить их со стен. Эльф погибает последним, глядя как его друзья умирают один за другим заживо пожираемые ненасытными ящерицами.
– А все отого, чо ты не захотел взять арбалет, - как гром с небес раздался мой голос - рассеивая иллюзию.
Заплаканый эльфенок как в последний шанс вцепился в ненавистное ему оружие, и в его глазах я прочитал решимость научиться работать любой железякой, которую вручит ему наставник.
– Оружие - это не только инструмент для обрывания жизни. Это прежде всего ваш друг, товарищ и помошник. Позаботесь о нем и оно вас не подведет. Я хочу сделать из вас боевую семерку - непобедимый отряд ведьмаков. Работа предстоит большая, но я в вас верю, и с завтрашнего дня мы начинаем тренироваться по настоящему...
– Чего расшумелись, - проворчал наставник.
– Спят детишки, притомились.
В сарайчике, в обнимку с небольшим по размеру, но тем не менее боевым оружием, спали вповалку на сене детишки.
– Гляди мать, а Нграх то детей умотал, - с уважением в голосе произнес Хаим Мурлыкин гладя по голове то ли Тошу, то ли Тишу - спяшую в обнимку с глефой. Ребенок дернув задней лапой, попытался цапнуть одернувшуюся руку отца и продолжил спать уже перевоплотившись - необъяснимым образом обвившись вокруг оружия.
– Твои то что? А чтоб мою Данку утомить, да за одно утро, если бы мои гномьи глаза не увидели - в жизни бы не поверил...
– запинаясь и для поддержания разговору припадая к кувшину молвил Лука.
– Разум чист и воздействия отравляющих веществ не обнаружено, - закончив первичное сканировани произнес Мамдух, - действительно устали и спят. Знаете, молодой человек, я всегда считал эльфов очень выносливой расой, но поставленный эксперемент показывает что...
– Детей домой забрать нужно, - прервав его заявила тетя Даша, - нехай дома отсыпаются.
– Не трожь, - зашипела на нее Лиза Мурлыкина, - пусть спят ангелочки. Устали бедненькие, проголодались. Пойду лучше обед сюда принесу, а то проснутся голодные...
Родственники разошлись. Только мастер Йода, достав из кармана неразлучную рулетку принялся замерять стены сарая что-то бурча себе под нос.
– Мастер Цзынь, а что Вы делаете?
– Спросил я увлеченного работой орка.
– Стены меряю, - не отрываясь от занятия заявил он.
– А зачем?
– Сарай твой сносить буду, а на его месте казарму утепленную поставлю, а то зима скоро - ученички мерзнуть начнут. Я ведь чую, что они не последний раз после твоей учебы без сил упадут. А так и место переночевать будет и мне спокойней за племяша, - объяснил он поглядывая на прикорнувшего в обнимку с арбалетом Толика.
В таверне "Перекресток" за кружкой пива сидели хозяин заведения с кузнецом. Всяк входящий, глядя на здоровенного мускулистого орка рядом с мелким, примерно ему по пояс, гномом с торчащей рыжей, куцей с подпалинами бороденкой могли не сдержать улыбки. Но местные к такому зрелищу были привычны, а приезжие, как правило разумные довольно корректные, а если что - то против лома нет приема, если нет кувалды гнома.
– А Данка моя вчера приносит, - гном сделал паузу на пару глотков, - мячик тряпичный песком набитый, а к нему ленточка шелковая пришита, скользкая жуть... И весь вечер мячик подкидывает да ловит за кончик ленты двумя пальцами. Говорит значит учитель урок дал - десять раз подкинуть и поймать большим и указательным пальцем. А ежели хоть раз уронит, то заново начать - пока не получится. Так вот она весь вечер тот мячик и терзала. Подкинет да поймает, подкинет да уронет. Выругается и снова подбрасывает. Когда она спать легла я, не поверишь, тоже попробовал... Только один раз поймать и удалось, а я вроде даже подкову раскаленную без клещей из горна на наковальню перекинуть могу, а тут мячик...
– Он снова замолчал с обиженным видом припав к кувшину.