Ни слова о Брэдбери

Леж Юрий

…поздним вечером, в шумном, пропитанном пивными выхлопами и радостно-разочарованными возгласами счастливчиков и неудачников, активно пользующих сетевые развлекательные порталы, клубе под загадочным названием «MS-DOS», давно успокоившийся, тщательно проверившийся на предмет подкинутых в простую штатскую одежду средств контроля, чем регулярно грешили коллеги из

отдела внутренних расследований, Артем, нарушая предписанные даже на отдыхе правила поведения полицейских, неторопливо покуривал сигаретку из контрабандных, завозимых в столицу откуда-то с волжских берегов, с подпольных фабрик, пользующихся незаконно логотипами известных производителей безникотиновой продукции. В огражденном антисканерами маленьком кабинетике с псевдостеклами, принадлежащем подставному директору клуба, за треугольным канцелярским столом – последний писк офисной моды – сидел, нетерпеливо поглядывая то на Артема, то на огромный монитор, подвешенный к стене, Савенков. На мониторе отражался идущий к завершению процесс заполнения пробелов в полицейском видеорегистраторе сержанта, принесенном сюда, понятное дело, тайком, впрочем, ничего опасного в самом факте изъятия прибора не было – по русской безалаберности их нахождение на амуниции работников правопорядка никто не контролировал, это вам не оружие или те же боевые шокеры.

– …с расспросами не пристаю, – продолжая разговор, сказал Савенков. – но чисто человеческое любопытство разбирает – о чем ты собрался информировать старшего? Не придется нам всем после твоей информации срочно паковать вещи и осколком стекла вскрывать вживленные чипы?

– Ты бы лучше научился их прошивать без стекол и скальпелей, – ухмыльнулся Артем. – А то одни лишь оправдания и слышно от тебя про заводскую настройку и «мертвую» установку.

Савенков чуть презрительно фыркнул, мол, не учи профессионала, я же не подсказываю тебе, с какого конца за дубинку браться. Впрочем, перебранка носила вполне дружеский характер – они давно знали друг друга, и как просто соседи по дому в далеком детстве, и как члены подпольной ячейки в последние зрелые

уже годы.

– Ладно, чего уж я буду перед своими-то скрывать, – сделал вид, будто смилостивился, сержант. – Гляди…

Поврежденный временем, но все-таки переживший убийственные для себя десятилетия толстенький томик когда-то сочно-зеленой расцветки появился из-за пазухи Артема, солидно, весомо плюхнувшись на современный стол, никогда не видевший на своей плоскости настоящей бумаги. Ошалело глянув на приятеля, Савенков быстрым движением подхватил книгу, бережно поднося её поближе к лицу, будто пытаясь вдохнуть давно исчезнувший запах типографской краски, свежей бумаги, переплетного клея… Заметив такую реакцию, сержант самодовольно ухмыльнулся, ему нравилось иной раз немножко сбивать спесь с приятеля, ставить себя в чем-то выше, все равно оставаясь при этом рядом, плечом к плечу.

«В конце концов, мы живем в век, когда люди уже не представляют ценности. Человек в наше время – как бумажная салфетка: в нее сморкаются, комкают, выбрасывают, берут новую, сморкаются, комкают, бросают...» – неторопливо, будто смакуя слова, вслух прочитал Савенков, одновременно быстро и умело набирая что-то пальцами правой руки на виртуальной клавиатуре, спроецированной на уродливую треугольную столешницу.

– Не трепещи, – как бы, в отместку за фокус приятеля с книгой посоветовал системщик, поясняя свои действия. – Здесь блуждающий канал, запросы идут через Сингапур и Канберру от Эквадора…

И буквально через пару мгновений в недоумении уставился на экран.

– Я впервые вижу… такого просто не может быть… Глянь, Артем, во всей этой Паутине – нет ни слова о Брэдбери…

Из глубины плоского, с человеческий волос толщиной, экрана выплывали объемные, бордовые, зловещие, обыденные слова: «По запросу Рэй Брэдбериничего не найдено. Убедитесь, что все слова написаны без ошибок. Попробуйте использовать более популярные ключевые слова, либо введите дополнительный пароль доступа».