Нигде
Шрифт:
— Понимаю, — кивнул Макс. — Да, где-то так. Ты знаешь, в какой-то книжке когда-то читал про какую-то территорию, где в воздухе были наркотики. Здесь, понятно, наркотиков нет, как полицейский говорю, но у меня ощущения схожие бывают. Может, и правы те, кто говорят, что мы живем в золотом веке человечества? А теперь, когда я нашел тебя, я счастлив уже совершенно на сто процентов…
Он наклонился к Миле и поцеловал ее еще раз:
— Извини, надо бежать, обещал купить коллегам пончиков…
Есть такие маленькие кафешки, в которых царит домашняя атмосфера. Там всегда пусто, девушка за стойкой разговаривает с тобой, будто вы знаете друг
Вот как раз в таком кафе Макс и обещал купить Киму пончиков и кофе.
«Вива, Италия!» еще не успело испортиться, хотя пару раз Макс там уже наталкивался на чадолюбивые посиделки. Но экстерьер бармена, мрачного типа в кожаной футболке и черной бороде, позволял надеяться, что это кафе так и останется полупустым. Макс даже слегка ухмыльнулся, вспомнив, как этот бармен, с каменно-непроницаемым лицом, швыряет на стойку стаканчики с кофе и пончики…
Но сегодня Максу, похоже, доехать до кафе было не суждено. На половине дороги он вырубил автопилот, резко нажал на тормоз и под возмущенные гудки вышел из машины прямо посередине потока. Кто-то заорал: «Жить надоело?!», какая-то девушка покрутила пальцем у виска и резко подняла стекло, компьютер в машине пронзительно верещал: «Вы совершили непозволительное действие!» Макс, однако, всего этого не видел и не слышал. Он стоял за распахнутой дверкой автомобиля и смотрел на ряд домов, которые были проспектом Солидарности. Дома № 6 не было.
Абсолютно так же, как и во сне.
Вместо дома была клумба с зеленой травкой. Вот только без всякой пластиковой ленты. И по клумбе совершенно мирно бегал абрикосовый пудель. Его хозяйка, дама в спортивном костюме, тщательно делала вид, что не замечает, что ее собака нарушает статью 20.20 городского закона о чистоте.
— Слышь, мужик, за такое морду бьют! — высунулся из окна проезжавшего «Линкольна» тип с черными баками.
— Извините! — Макс врубил аварийку, заткнул компьютер и дрожащими пальцами начал тыкать в экран коннектора.
— Дежурная часть, инспектор
— Слушай, Гаич, это Лебедев. Посмотри, у нас сегодня был вызов по поводу дома шесть на проспекте Солидарности?
— Сейчас проверю… — Гаич засопел в трубку и через минуту известил: — Нет, ничего такого. А что?
— Ничего? Ну, тогда вообще пробей этот дом, есть по нему что-нибудь?
Гаич снова засопел и через пару минут выдал:
— Лебедев, ты чего мне мозги паришь! Я на карте посмотрел, нет такого дома!
— А в сводках?
— Ну, так сначала в сводках глянул: как там может что-то быть, если дома такого нет?
— То есть — вообще нет?
— Ну да, вообще. То ли снесли давным-давно, то ли ошибка градостроительная. Четвертый, а сразу за ним восьмой идет… Тебе точно шестой нужен?
— Слушай, я мимо него уже лет пять на работу езжу. Он всегда был. Этажей пять что ли или шесть… Бежевый такой…
— Э, Лебедев, кончай дурить. Ты что, от свадьбы что ли не отошел? Может, отгул возьмешь? Я доложу начальству, что ты отдохнешь…
— Ладно, забудь, — буркнул Макс, и, не обращая внимания на несущиеся автомобили, пошел через дорогу, к газону, к тому месту, где еще вчера стоял шестой дом.
Женщина с пуделем испуганно смотрела на человека, который сначала бросил посередине дороги машину, а теперь прямым ходом направляется к ним.
— Аскольд! Аскольд! — потянула она к себе поводок, надеясь, видимо, заблаговременно эвакуироваться, но Аскольд был слишком увлечен раскапыванием клумбы, чтобы еще обращать внимание на самку человека.
— Не волнуйтесь, полиция! — Макс достал удостоверение, и оно если и не успокоило даму, то, во всяком случае, лишило ее мысли немедленно спасаться бегством, бросив оранжевого землекопа на растерзание маньяку.
— Слушаю вас…
— Не подскажете, я что-то не могу вспомнить, когда шестой дом снесли?
— Шестой? — удивилась дама. — Это какой?
— Ну, был между четвертым и восьмым, бежевый такой… В нем, кажется, магазин велосипедов еще был?.. Вот прямо где мы с вами стоим?..
Дама внимательно посмотрела на Макса и тут же, опустив глаза, сделала шаг назад:
— Вы, кажется, что-то путаете. Здесь так всегда было. Четвертый, потом восьмой… Я здесь очень давно живу. Вот, с собачкой гуляю… Каждый день. Может, вы что-то другое имеет в виду?
— Ну как такое может быть? Четвертый и сразу восьмой? Дом должен был быть… Может, снесли его?
— Да, наверное, снесли… — Дама отступила еще на шаг, крикнув: «Аскольд! Сколько же можно!» — Но эти дома старые, может, он и был когда, но я его не помню…
— Ага, понятно, — сказал Макс. Он увидел выходящую со двора старушку в шляпке и устремился к ней. Дама за его спиной облегченно вздохнула.
— Простите, гражданка, полиция. — Макс махнул удостоверением. — Не подскажете, здесь когда-нибудь был шестой дом?
Старушка уставилась на Макса:
— А ведь вы правы… Как странно: четвертый, и сразу восьмой… Я как-то никогда не задумывалась. Но в нашем бардаке это, право слово, неудивительно. Вот хорошо, что я здесь живу. И не заблужусь. А, предположим, человек приехал из другого города, как он может ориентироваться на этой улице, если такая бестолковая нумерация! Надо написать жалобу! Я же говорила, что за этого мэра голосовать нельзя! Посмотрите, до чего он довел город!
— Спасибо, — кивнул Макс и отправился к автомобилю. Плюхнувшись на сиденье, ткнул пальцем в бортовой компьютер и набрал номер Славика: