Ник-7
Шрифт:
Я остановился и посмотрел на него.
— Скажи, что я вышел прогуляться. Не думаю, что буду отсутствовать долго.
— Как скажете, — он вежливо поклонился.
Забавно, — подумал я, выходя на каменную мостовую, похоже, на мой счет не было оставлено вообще никаких распоряжений.
На выезде со двора среди месива остаточных излучений поймал тонкий и почти неосязаемый остаточный шлейф ауры Карины. Судя по интенсивности, она выехала в карете, иначе по времени он был бы поярче. Вообще странно это. Непонятная возня с возможным смертельным исходом — и такая беспечность. Впрочем, опять же не мне судить. Почему-то я уверен, что все находится под контролем Повелителя Чар. Я остановился прямо посреди отслеженного шлейфа
Встряхнувшись и сбросив с себя информационный флер прошедшего, я повернул в другую сторону, предположительно к центру Кольца, и медленно отправился прогулочным шагом.
Эх!!! Красота! Абсолютная чистота улиц, красивые заборы, каменные дома без единой щербинки в материале, в основном тишина, свежий воздух, лишь изредка нарушаемый легкими дразнящими запахами выпечки. Ну а что? Место жительства элиты! Вообще, внутренность Золотого Кольца слегка напоминала некий музей под открытым небом. Интересно, сколько стоит жить в таком месте? Вопрос чисто риторический…
Прохожих, напрягающих ходьбой свои собственные ноги, было мало. Каретное движение было не в пример интенсивней. Это и понятно — элита не особо любит напрягаться. А среди прохожих больше было, наверное, слуг, судя по их хоть и качественным, но довольно скромным одеждам. Ну понятно, кому-то ведь надо обслуживать высокородных жителей. На меня особо не обращали внимания — я использовал скрыт в легкой его форме, дабы и не привлекать внимания, и одновременно чтобы об меня не спотыкались. Повсюду, кстати, летали конструкты. Где-то они были условно стационарными и висели на узловых точках дорог, откуда можно было наблюдать сразу несколько участков местности. Какие-то просто мелькали, перемещаясь по своим делам. Через некоторое время я сделал вывод, что местная элита по большей части состоит именно из чародеев — уж очень насыщенный трафик тут наблюдался. С другой стороны, не может такого быть, чтобы ВСЯ элита состояла из чародеев. Вон, отец Карины ведь не чародей, а обитает именно тут. В общем, пока не особо понятно.
По пути встречалось много структурированных энергетических полос, шлейфов и просто туманных областей, в виде которых представали передо мной чародейские проклятия. По большей части я старался их обходить, хотя там, где это не удавалось сделать, они бессильно расступались под действием слегка уплотненной внешней границы моей ауры. Зная, что любой контакт чародейских проклятий или конструктов с аурой может привести к непредсказуемым последствиям, я еще в пути пробовал создавать как бы независимую внешнюю тонкую оболочку ауры, не имеющую структурированной привязки к моей основной энергетической составляющей тела. То есть если даже что-то ее и повредит, это никак не скажется на моей ауре и состоянии здоровья. Не знаю, как справится опытный чародей с такой вещью, но несложные проклятья Карины, не созданные специально, чтобы взламывать такую защиту, уступали. Ну, все это я сделал, чтобы не привлекать тяжелую артиллерию, если что. Да и привлекать внимание отсутствием ауры, когда я ее прячу, не хотелось.
Спустя минут десять я заметил, что меня ведет какой-то конструкт. Ну то есть он двигался аккурат за мной на высоте метров пять. Видимо, скрыт на него не действовал. Кстати, что-то я упустил этот момент — может ли скрыт действовать на конструкты? Ладно, потом проверю. Сейчас же я не стал ничего предпринимать. Может, тут так положено.
По длинной прямой дороге я вышел к относительно большой площади с красивым фонтаном в центре. Вода весело журчала, стекая по каменным
— Интересуетесь историей? — рядом со мной остановился моложавый дедушка довольно благообразной внешности с тростью в руках. Его лицо украшала небольшая ухоженная черная бородка, а непосредственно голову — нечто вроде котелка. Оценив его ауру, понял, что он — чародей, и видимо довольно опытный, хотя до Лулио ему было далеко. Но тут нельзя так с кондачка делать выводы — чародеи те еще жуки, могут неплохо маскироваться, если захотят.
— Не особо, скорее мне понравилась сама скульптурная композиция. Довольно реалистично сделано.
— Вы правы, молодой человек! — радостно улыбнулся мужчина. — Позвольте представиться. Профессор изобразительных искусств Фабер де Алатус. К вашим услугам! — Фабер слегка поклонился.
— Никос Курагендариус Исис, — в ответ представился я.
— Хм… Судя по вашему имени, вы смартанец? — слегка удивился Фабер, окидывая меня взглядом.
— Что, не похож?
— Признаться, не очень. Смартанцы довольно приземленные люди, основой своего искусства сделали войну. Я еще не встречал ни одного смартанца, интересующегося изобразительным в камне и холсте искусством.
— Всякое бывает, — пожал плечами я, не подтверждая предположений чародея и не отрицая их. — Так что это за скульптура?
Фабер задумчиво погладил свою бородку.
— Насколько хорошо вы знаете историю Оробоса? — вдруг спросил он.
— Откровенно плохо, — сознался я.
— Ну, тогда, в двух словах, — эта скульптура отражает момент создания империи, когда первый император принимал присягу верности от представителей завоеванных стран. М — да… Кстати, позвольте отметить, что данная скульптура — работа учителя моего учителя. М — да…
— Что ж… Рад за вас, что у вас был такой замечательный учитель, — больше мне нечего было сказать.
Фабер бросил на меня быстрый взгляд из под бровей и сказал:
— Вижу, что вы довольно образованный и интересный молодой человек. Приглашаю вас посетить нашу Академию Искусств, думаю вам будет интересно.
— Хм… Не знал, что у вас есть Академия. Мне говорили, что чародейство у вас преподается в отдельных школах.
Фабер вдруг зафыркал:
— Вы делаете ошибку, присущую многим иностранцам. Слово «искусство» в какой-то степени потеряло свой смысл в связи с тем, что наши соседи, кордосцы, используют его для названия своего… хм… Искусства… Оксюморон, однако… А у нас, действительно, чародейство преподается в чародейских школах. Слишком это тонкая материя, чтобы грести всех учеников под одну гребенку. В Академии же у нас преподают искусство живописи, скульптуры. Изучают историю, этикет, танцы и прочие науки, не имеющие отношения к чародейству.
— Позвольте спросить, а как вы, чародей, оказались в этой Академии?
— О! Вы заметили? — радостно всплеснул руками Фабер. — Я не ошибся в вас! А на вопрос отвечу так: жизнь — она долгая. В ней случается разное. Ну, а если честно, то любой чародей для того, чтобы его дар развивался гармонично, просто обязан овладеть как минимум одним, а то и несколькими, так сказать, «приземленными» искусствами. Эту роль отлично играют рисование, скульптура, танцы, любой другой творческий труд.
— Спасибо за приглашение. Возможно, я действительно воспользуюсь им, — поклонился я.