Нимформация
Шрифт:
Нет, плохой папка! Не понимаю!
То была легкая игра, но Дейзи все равно проиграла.
— Похоже, девочка, ты никогда не прокричишь «Домино!». Почему ты такая тупая?
— Ныэ-э, ныэ-э, ныэ-э!
Ее злило, что игра была неправильной.
— Ладно, давай попробуем еще разок, — сказал отец. — Только теперь играй до победы. Хорошо? Посмотрим, как ты выучила этот урок?
— Ныэ-э, ныэ-э.
Девочке больше не хотелось играть. Она мрачно ушла в свою спальную комнату и полночи проплакала в подушку. Чтобы затем никогда уже не плакать.
Дейзи открыла пахнувшую духами
Ребенок с заторможенной речью.
Став достаточно взрослой, Дейзи провела небольшое расследование и выяснила обстоятельства смерти матери.
Первым фактором был ошибочный дорожный знак на дороге в Манчестер. Вероятность такого события, по подсчетам Дейзи, составляла примерно миллион к одному. Невнимательность дорожного мастера вызвало большой затор на соединении с Грей-Мэа-Лэйн, что, в свою очередь, заставило некоторых нетерпеливых водителей забыть о правилах.
Вторым совпадением стала поездка их семейства в город. Мать Дейзи решила купить щенка, надеясь, что это поможет пятилетней дочери завести каких-нибудь друзей. Шансы средние, учитывая факт, что так поступают многие родители — особенно родители трудных детей.
В-третьих, водитель грузовика по имени Боб Тайлер, перевозивший мармелад, не успевал на разгрузку. Его начальник уже дважды давал ему нагоняй за опоздания, поэтому Боб намеревался выполнить задание во что бы то ни стало. Он превысил скорость. Средние шансы, два к одному, давали ему возможность сохранить работу.
В-четвертых, часть трассы на соединении дорог нуждалась в ремонте. Отрицательный фактор. Однако, согласно расчетам Дейзи, вероятность аварии была не так высока, чтобы побудить Городской совет к трате денежных средств. Примерные шансы: пятьдесят к одному.
В-пятых, отец Дейзи пил в это утро. Шансы, как в ставках на фаворита, поскольку он пил всегда.
В-шестых, будучи пьяным, он сел за руль. Шансы: пять к одному.
В-седьмых, он не хотел заводить щенка и по этой причине ругался с женой, часто отвлекаясь от дороги. Учитывая аварийный участок трассы, дорожные работы, транспортный затор и неисправные фары, плюс сильное опьянение, гнев и безнадежную любовь, шансы явно превышали порог неизбежности.
В-восьмых, Боб Тайлер решил не ждать в дорожной пробке и выехал на встречную полосу. Десять к одному — может, или меньше, или больше.
Шансы туда и шансы сюда. Все эти безумные обстоятельства сложились вместе, дав, по подсчетам Дейзи, десять миллиардов плохих вероятностей к одной хорошей. Просто астрономическое соотношение.
Дейзи сидела на заднем сидении.
— Джимми! — внезапно закричала мать.
Последние слова.
— Черт! — произнес отец.
Мир взорвался. Слова перестали получаться, и все пошло хуже некуда.
Мамочка, отнятая богом неудачи, вылетела через ветровое стекло. Большой и плохой грузовик врезался в их мир — в их головы. Стеклянный душ обрушился на Дейзи и отца. Они уцелели. Боль спряталась за числами.
Она падала… падала… все еще падала…
Позже отец неохотно занялся ее воспитанием. Учеба, как фронтовая полоса. К шести годам уцелевшая Девочка могла описывать глобальные функции, не говоря ни слова по-английски, онемев после аварии. Ее ум был наполнен кровью, стеклом и видениями надвигавшегося грузовика. Но Дейзи превратилась в богиню — богиню вычислений. Возможно, сотрясение мозга открыло какую-то чудесную способность — понимание мира в числах и вероятностях. Нечто прекрасное и неестественное, холодное и обреченное. Никаких друзей. Лучшая ученица в классе. Постоянные победы в играх случая: лото, змеи на лестницах, домино. Исключением был только отец.
Она хотела переиграть его — больше всего на свете. Дейзи хотела выиграть у отца хотя бы раз, но эти глупые чертовы косточки…
Воспоминания…
На следующий день, продумав новую тактику, юная Дейзи предложила отцу ответный матч в домино. Увидев ее хитрую улыбку, он усмехнулся — временно трезвый и снисходительный.
— Ну вот, моя девочка. Выбирай себе кости. Делай это мудро и правильно.
Дейзи выбрала пять косточек, и отец сделал то же самое. Затем они начали игру. Дейзи открыла дубль-шесть; отец ответил шесть-пять. Она огрызнулась пятеркой-пусто. Отец парировал удар опасной пустышкой. Дейзи провела отличный ход — пусто-один.
Игра продолжалась, и большинство костяшек было использовано. Проверяя тактику и математику домино, девочка играла на победу. Чертовски хорошо играла! У нее оставалась только пара косточек, а у отца четыре. Грохнув об стол предпоследнюю пять-четыре и будучи уверенной, что отец не имеет подходящей кости, она в восторге закричала:
— Домино! — Ее первое слово, произнесенное после гибели матери. Домино, означавшее мастера. Клич победы над ее отцом.
Только…
— Хорошо сказано, дочка, — ответил отец. — Но это еще не конец.
Он выложил «четыре-пусто», заставив Дейзи отшатнуться от стола и онеметь от изумления. Она не учла такой возможности. Шанс на то, что отец имел эту счастливую кость, был невероятно маленьким. И ей пришлось смотреть, как он отыграл все свои косточки — в отчаянии смотреть и стучать по столу отбитой ладонью, снова и снова.
— Твой папочка — домино! — произнес отец и громко рассмеялся. А к Дейзи вернулся дар речи.
Мы у здания, которое называют Домом Шансов. На лужайке перед входом вращается голографический образ парящего в воздухе домино, с постоянно меняющимися точками. Это бесконечный танец чисел…