Нимформация

Нун Джефф

— Домино, — тихо ответила она, выпустив мысли в реальный мир.

— Что?

— Домино.

— Не может быть…

— Через четыре хода.

— Нет… ты не можешь… не с такими костяшками…

— До-ми-но!

— Мне нужна эта победа, Дейзи! Она мне нужна позарез! Это единственный шанс…

Дейзи пожала плечами.

— Твоя очередь размешивать кости.

Время лабиринта: невидимое.

— Хочешь, не хочешь, но ты пришел напитать меня собой.

Мужчина посмотрел в глубь ямы.

— Несколько лет назад Пол Мэлторп по собственной воле вернулся в мою жизнь. Он искал фонды, чтобы выполнить задание мисс Сейер.

Это были его собственные слова, но я знал Пола как очень своенравного парня. Мне как раз подфартило. Моя карьера на поприще звукозаписи переживала расцвет. Тем не менее я попросил его предъявить доказательства будущей выгоды. Он рассказал мне о твоих экспериментах и о том, что они пошли не так. Пол обещал исправить все ошибки. Он имел богатый опыт, новую технологию и кучу компьютерных дисков, к которым я проявил огромный интерес. Мне хотелось увидеть нашего Жоржика Хорна, ожившего в программе. Улучшив твои разработки, мы создали эту игру — самый мощный в мире лабиринт, наполненный любовью и знанием.

— Значит, Мэлторп где-то здесь?

— Он довольно близко. Понимаешь, у нас возникли разногласия, потому что Мэлторп притащил с собой мисс Сейер — старую мрачную ведьму, которая объявила меня обычным человеком. Наверное, ты знаешь, что они стали любовной парой. Сила нимфомации. Действует как афродизиак, когда выходит на свободу. Вот посмотри…

Адам жестом указал на отверстие в полу. Макс сделал несколько шагов и вдруг увидел через край…

Реальное время: 20.59.25. Дейзи сыграла еще одну — партию и снова без усилий победила отца. Он вспотел. Казалось, что датчики на его голове испускали жар и искры.

— Что ты делаешь со мной?

— Играй…

Время лабиринта: невозможно расшифровать. Макс смотрел на дно ямы и чувствовал слабость в ногах. Большая лунка — примерно девять метров в диаметре и пару метров в глубину. Через две широкие трубы на противоположных стенах втекала и вытекала густая жидкость, покрывавшая дно ямы. Оттуда и туда влетали и вылетали тысячи спарившихся рекламок — издерганных, возбужденных и мокрых после долгих странствий по лабиринту. Они прилетали сюда со всех уголков города, чтобы оставить здесь старое знание и напитаться новым. На небольшой отмели в центре вязкой лужи лежало отвратительное существо, покрытое слизью и рекламками. Взглянув на него, Макс застонал и пошатнулся от головокружения. В последний момент Сценарио схватил его за волосы и дернул к себе.

— Осторожнее, мой друг. Это очень опасно. Время кормления.

Фрэнк оттащил профессора на шаг от ямы. Тот жалобно кричал от ужаса и боли. Хэкл не мог поверить тому, что стало с Мэлторпом и женщиной, которую он так сильно уважал.

— Макс, дорогой, ты шокирован? Конечно. Но это был твой план. Я просто привел его в действие. Я вставил блеск твоего интеллекта в достойную оправу. Вот наше дитя! Зверь АнноДомино! Не огорчай меня мелочными чувствами. Прогресс науки не остановишь. Посмотри! Неужели ты считал эту дрянь своей наставницей?

Он пригнул Хэкла вниз, чтобы тот увидел дно ямы.

— Посмотри на свою работу…

…Джазир уже мог чувствовать источник питания… Обильного питания… Хороший выигрыш… Хороший рой… Одна бабочка и одна кость… Много бабочек и много костей… Все они дети одного Короля-Королевы…

Реальное время: 20.59.32. Игра приближалась к концу…

Время лабиринта: неопределяемо. Макс закрыл

глаза, но картина, увиденная им, прожгла путь в сознании.

Время бабочек… Пройти через Короля и Королеву… Питаться, питаться, питаться…

Крупная мерзкая тварь занимала почти всю яму. Она казалась аморфной массой из черной плоти, сочащейся соком. Вязкая жидкость стекала маленькими струйками по складкам жира. Сеть электрических проводов соединяла тело с электродами, торчащими из стен. Существо конвульсивно корчилось в этой паутине, словно навозная муха. Белые точки на лоснящейся черной коже создавали странный камуфляж. В конце брюшка виднелось большое отверстие, из которого выпирал мясистый и толстый протуберанец, похожий на язык. Он подрагивал и тыкался в стороны, словно слепая змея.

— Макс, и как тебе этот гермафродит? Разве он не прекрасен?

Почти каждую секунду языкастый огрызок выталкивал из брюшного отверстия скользкую костяшку домино, которая тут же подхватывалась пролетавшей рекламкой и уносилась через проходы во внешний мир.

— Давным-давно на белом свете жили Мамаинфо и Папаинфо. От них родились бэбиданные умные крошки. Твои пятнистые детки, Макс. И вот уже близится время для большой призовой костяшки.

Тело существа заострялось спереди и раздваивалось в виде двух придатков, которые медленно покачивались в волнах густой смазки. Каждый длинный отросток заканчивался раздутой головой со склеенными глазами и сочащимся беззубым ртом. Рекламки влетали в эти два отверстия, питались новыми сообщениями и, отложив использованные слоганы, вылетали обратно.

Хэкл покачал головой и попытался выпрямиться, но Фрэнк был сильнее. Он по-прежнему держал профессора за волосы и пригибал его к яме.

— Неужели ты не хочешь поговорить с нашими друзьями? Как грубо с твоей стороны.

— Пол…

Одна из пухлых голов отвратительной твари направила на Хэкла слепой взгляд.

— Максимус…

Утробный голос прерывался бульканьем.

— Два-пусто! Помоги мне!

Голова Пола Мэлторпа потянулась вверх к Хэклу. Длинная шея вытянулась, глаза с треском открылись. На другой половине зверя пробудилась голова мисс Сейер. Старая, как числа мира, она тоже начала подниматься вверх, умоляя профессора.

— Помоги мне! Помоги мне!

— Макс, я знал, что эта нечисть вспомнит тебя. Как трогательно.

Фрэнк засмеялся и вдруг грубо опрокинул Хэкла на спину. Лицо знаменитого певца нависло над профессором. Он подтолкнул его ближе к яме. Две головы существа, бормочущие о верноподданных чувствах, обвились тонкими шеями вокруг горла Макса. Затем они подтянули его корпус вверх, и губы профессора — на удивление желанно — прильнули к шее Фрэнка.

— Джокер не может сопротивляться мне. Отдай его, Макс. Поцелуй и укуси меня. И тогда я дарую тебе долгожданный покой.

— Пусть так и будет.

Хэкл ухватился руками за воротник Сценарио, резко повернулся и начал загибать противника назад.

— Что ты делаешь, гад? — закричал шокированный Фрэнк.

— Нет… Джокер! Нет!

Хэкл из последних сил сопротивлялся Костлявому Джокеру. Он должен был продолжить сражение. Он должен был инвертировать уравнение схватки. Вместо укуса убить врага. Вместо бессмысленной смерти продлить радость жизни. Он и Фрэнк вновь и вновь перекатывались друг через друга на самом краю ямы. В конечном счете Хэкл снова оказался внизу…