Ниранка

Волкова Ксения Александровна

– Хорошо Мони, - я потрепал ее по волосам, не обращая внимания на детское прозвище, которым она меня дразнила. – Верни ее.

Я кивнул и, подойдя к воротам, нажал пуск на панели запуска. Воронка телепорта открылась, первыми пошли стражи, потом мы с Инэем.

Мы вышли посреди белых песков. По моему приказу драконы обратились. Инэй принял промежуточную ипостась и ледяным полу-волком залез на загривок моего дракона.

Летели мы довольно долго. У меня даже шея замерзла от ледяной глыбы, что там сидела. И даже моя горячая кровь не спасала от холода. Но слава Богам, к вечеру, мы заметили небольшой особняк, посреди песков. Приземлившись недалеко от дома, мы сменили ипостась, все кроме Инэя,

он и так поместиться в дверной проем. И тихо, как двенадцать теней двинулись к цели. Бесшумно войдя, я жестами, направил часть страж обследовать первый этаж, часть с нами второй, часть третий.

Поднявшись по витой деревянной лестнице на второй этаж, мы с Инэем начали тихо и аккуратно открывать все двери на пути. Двое стражей, скользили следом. Все комнаты были пусты и запущены. Будто в них не заходили несколько десятилетий. Все кроме одной.

Открыв большие деревянные двери, на нас дыхнуло смертью и разложением. Переглянувшись, мы, с другом молча, вошли в спальню. Свет был только от свечей. Огонек дрожал и бросал причудливые тени.

– Папа…? – Послышался ели слышный хрип с кровати. Посмотрев на Инэя, я увидел странную напряженность в его позе. Волчья морда принюхивалась, а ледяные иголки шерсти на загривке стояли дыбом. Я протянул руку в его сторону, но услышав, предостерегающее рычание, отдернул. – Кто здесь? – Видать рычание услышал не я один.

Волк медленно и осторожно подошел к кровати. Я не видел, кто там лежал, одеяла и балдахин загораживали обзор, но по поведению друга, могу сказать, что это девушка.

– Привет… - прошелестел шепот и маленькая ладошка в ранках, потянулась к волчьей морде. Ласково проведя пальчиками по носу, переходя на голову и зарывшись в ледяные иголки между ушами как в пушистую шерсть! Волк прибалдело заурчал, вызвав прерывистые вдохи у девушки, что заменяли ей смех, а через мгновение и надрывной кашель с кровавой пеной у рта. Заскулив, Инэй нагнулся над своей Парой, ласково провел ледяными когтями по лицу девушки. Приоткрыв ей рот, волк выдохнул магический поток в рот Пары. Я впервые в жизни видел, как оборотень отдает своего зверя. На такое способны только королевские ледяные. И только для своей Пары.

Темная спальня замерцала бело-голубым светом, что покрывал маленькую фигурку на кровати. Запахло морозом и, на стенах появился ледяной узор. Сияющая девушка поднялась над кроватью, Инэй потерявший ледяную ипостась стоял рядом с кроватью, следя за превращением не моргая. И вот девушку выгнуло, сияние стало ярче, ослепив на мгновение, а потом пропало. Когда я проморгался, то увидел, как Инэй держит на руках обнаженную лин, ран на которой больше не было. Но, лин была, слегка странная. Белоснежные волосы укутывали фигуру до талии шелковистым покрывалом, такие же белые волчьи ушки на макушке и пушистый хвост ниже колен. Что странного? Да хотя бы то, что от ее волос, ушек и хвоста идет морозный пар, а от тела, что соприкасается с предметами, морозный рисунок. Но Инэя это, похоже, не смущало. Он с благоговением держал свою Пару на руках, гладя по лицу. А когда девушка открыла свои льдисто-голубые глаза, волк мягко взял ее за лицо руками и нежно поцеловал в губы.

– Я так долго ждала тебя, - проговорил мягкий грудной голос девушки.

– Прости, что так долго шел, - с улыбкой проговорил Инэй, гладя избранницу по лицу, по которому текли слезы, что срываясь с подбородка, превращались в льдисто-хрустальные капли.

– Ну, теперь-то я тебя не отпущу, - сквозь слезы клыкасто улыбнулась лин.

– Ловлю на слове, - их губы опять соединились.

– Ваше Высочество, мы нашли проход в пещеры, - сказал вошедший страж, прерывая сцену. Инэй быстро снял с себя жемчужную рубашку, закутывая любимую.

– Показывай, - я двинулся следом за пришедшим.

Проход нашла четверка, что обследовала первый этаж. Пройдя в тяжелые черные двери с металлическим рисунком, мы оказались на каменной лестнице, что вела вниз. Удивительно! Пещера и ступеньки были из обожженного песка. Но этот застекленный песок был больше похож на камень, а не стекло. Будто его обрабатывали темной материей, не умея толком ей пользоваться. Очень грубая работа.

Спустившись, мы оказались в помещении с множеством коридоров. Но заблудиться было бы тяжело. С одного из коридоров было слышно каких-то животных, а вот с другого несло засохшей кровью. Притом большого количества, засохшей крови. Пятерку страж отправил убить животных. Я обещал Табиасу, что зверей убивших его сокамерников, похоронят там, где найдут. А сам, со второй пятеркой, двинулся по коридору, ведущему в помещение с запахом.

Не успел я зайти в пещеру, как послышалось дикое рычание, скулеж и наконец, тишина.

– Даймон! – Радостный вскрик привлек мое внимание. Я с прохода влетел к помещение, где к столу было приковано мое голубое чудо. Маленький черный пеньюарчик забавно смотрелся на стеклянном сине-голубом теле.

– Малышка моя, моя девочка, как же я за тебя испугался, - я гладил и целовал любимое лицо, что так боялся потерять.

– Даймон, - снова поцелуй, - Даймон, - не могу остановиться, - ДАЙМОН! – рявкнула Шайла, - Освободи меня.

– О, прости любимая, - оставив ласки на потом, я начал искать механизм, что снимает оковы. Под столом, был рычаг, потянув за который я освободил Шай. Помог ей сесть. Свесив ноги со стола, она растирала запястья. Я взял ее руки в свои. Нахмурился. Не нравиться мне, когда она в броне. Будто не живое существо гладишь, а мертвый холодный камень.

– Даймон, это Жулиус, он…

– Я знаю, малышка. Все знаю. А то чего не знаю, скоро узнаю. Вот только тебя домай отвезу.

– А вот это вряд ли, - обернувшись, я увидел пятерку стражей, растянувшихся на полу в бессознательном положении, а рядом ректор Академии Магии, с клубящимся темно-фиолетовым туманом в руках. Я, закрыв собой Шайлу, призвал дракова, но не до конца. Я стал крупней, рубашка разошлась по швам, когти вылезли, клыки увеличились, на локтях появились костяные наросты, со лба полезли рога, заворачивая на затылок и вверх, на лице частично проявилась темно-бордовая чешуя.

– Хочеш-ш-шь пос-с-спорить? – Прошипел я.

– Если и поспорю, то после твоей смерти, долг никто не отдаст, - и кинул в меня какой-то серой мутью. Я мгновенно выставил щит, но эта дрянь его даже не заметила. За миг до встречи со сгустком, меня прикрыла голубая фигурка, что рукой, как надоедливую мошку, отбила заклинание на заклинателя.

– Ах… - выдохнул Жулиус, мягко осаживаясь на пол.

– Папа! – Громко воскликнул голос лин. Я обернулся и увидел, как маленькая фигурка бежит босыми ногами, оставляя за собой морозный след. Упав возле ректора, роняя хрусталики слез, что с тихим звоном падали на пол, погладила лицо отца. – Пап…

– Ш-ш-ш… Не плачь мой Ангел, - прошептал Жулиус, - Какая ты красивая. Ты так похожа на мать. Я рад, что скоро встречусь с ней. Но еще я рад, что ты, моя драгоценная Ангелис, останешься здесь, в этом мире, жива. Я люблю тебя.

Погладив лицо дочери, профессор тяжело уронил руку на пол и выдохнул в последний раз.

– Пап? Папа? ПА! – Упав на груд отца, Ангелиса разрыдалась с таким отчаянием и горем, которое разрывало душу. Я, обняв свою любимую, смотрел, как Инэй мягко подошел к девушке, обнял ее за плечи. Та развернулась, уткнувшись лицом в обнаженную грудь волка, продолжая надрывно реветь. Это не наша драма. Я взял на руки Шайлу, что сняла броню и мелко дрожала. Инэй сам справиться со своей Парой, а моей надо домой.