Нищий
Шрифт:
Интересно, как они живут тут, вблизи от такой шумливой штуки? Подумал, а потом выругал себя за недогадливость: они же не идиоты, чтобы долбить молотами в два часа ночи, к примеру. Какой-то рабочий день у них есть, а в остальное время тут должно быть тихо.
Мы с провожатым прошли к избе в центре поселения, я постучал в дверь, оттуда крикнули: «Войди!» — толкнул дверь и оказался в большой комнате типа гостиной — или как ее назвать? светлице? — так вроде у древних славян это называлось. Сквозь распахнутые окна светило солнце — стекол не было вообще. Возможно, на ночь или при холоде
— Приветствую вас. Меня зовут Викор. Я бы хотел поговорить с главой Сартканом.
— Ну, говори, Викор. Я Сарткан. Мог бы и не представляться — я тебя еще со сбора помню, да. Шустрый человек. Сказывали, маг ты достойный. Так зачем пожаловал к кузнецам? Тебя, слышал, там рудознатцы рвут на части, работать приглашают, а ты тут по гостям ходишь…
— Уважаемый Сарткан, я бы хотел научиться ковать клинки, с помощью магии делать их прочнее, вы же знаете, что я сильный стихийник, а значит, сталь мне будет подчиняться. Мне нравится кузнечное дело, хочу, чтобы меня обучили.
— Хм-м-м… а почему я должен тебя учить? — нахмурился Сарткан. — Ты уйдешь, с нашими знаниями, унеся веками накопленное нами умение, мы потратим на тебя время — и что будет? Ты сам пойми, зачем ты мне сдался, когда у меня уже есть два мага, уплотняющих мне металл? Нет, Викор, я не буду тебя учить. Смысла нет тратить на тебя время.
— Но я могу отработать, отдать долг за обучение — я еще и лекарь. Кроме того, могу обучить ваших бойцов рукопашному бою, специальным приемам.
— Зачем нам твои приемы? Мы давно уже не воюем, а если придется, мы боевым молотом сокрушим любую броню. А лекари у нас свои есть. Нет, мы не будем учить человека.
— М-да, вот в чем дело — в том, что я человек, а не гном, — усмехнулся я и посмотрел в лицо кузнецу. — А вы знаете вообще, что вы такие же люди, как и мы? Мы вышли из одной ветви, из одной купели — люди, гномы и эльфы? Что люди…
— Знаешь что, иди отсюда со своей ересью! — грубо прервал меня Сарткан. — Слышал я уже эти байки от ушлых гномов и эльфов. Молодняк совсем обнаглел, в ересь ударился. Пришел и начинает мне тут байки рассказывать. Все, — хлопнул он ладонью по столу, — разговор окончен! Мы не будем тебя обучать кузнечному делу. Уходи!
Я пожал плечами и, не прощаясь, вышел. В груди у меня кипела обида.
Я спустился с крылечка и зашагал куда глаза глядят. А глядели они у меня в сторону юга — мне надо было найти род эльфов Белого листа. Надеюсь, хоть эти меня не прогонят. Я усмехнулся: «А что ты хотел? Вот ты такой хороший пришел, и тебе сейчас выложат все секреты клана? Обучат за просто так, и с этими секретами ты отправишься куда тебе надо». В общем-то, позиция гнома была ясна как стеклышко. И он ее доходчиво разъяснил тупому человеку.
Ну что же, на свете не один такой кузнечный клан, а возможно, где-то имеются и библиотеки, где я смогу найти ответы на свои вопросы, узнать новые заклинания. Хорошо, что со мной амулет-запоминатель.
Кстати, до сих пор не знаю, как он работает. Мне сказали, что это артефакт, оставшийся от прежних времен, поскольку
Я рассуждал, резво топая по дорожке вдоль реки. Этот неприятный инцидент с отказом оставил у меня на душе недобрый след — я и правда расслабился и как-то принял за данность, что все гномы хорошо ко мне относятся. Вот я такой душа-парень, везде принят и любим — так и было по крайней мере в кланах рудознатцев, а вот коснулось кузнецов — и бах, такой облом. Да хрен с ними, переживу!
Еды маловато. Надо было попросить у этого дундука хоть продуктов в дорогу, не отказал бы уж в еде-то, кланы бы не поняли такого отношения, но мне было противно не то что брать от него что-то, но даже находиться в этом клане.
Я прикинул, где нахожусь, потом создал у себя в голове примерную карту этих мест и пошел, придерживаясь тропы и следя, чтобы направление было в сторону селения Белого листа. По моим расчетам, расстояние до него километров сто, и, если идти с хорошей скоростью, я преодолею его за два дня — на это время должно хватить продуктов.
На ночлег я остановился уже глубокой ночью, пройдя, как и рассчитывал, километров пятьдесят или даже больше. По большому счету мне было все равно, когда идти — днем или ночью, я прекрасно видел в темноте — но, честно говоря, я довольно-таки устал и не видел причин, чтобы особо надрывать свои силы. Костер раскладывать не хотел, поэтому просто сжевал кусок копченого мяса, запил его ледяной водой из ручья и улегся под куст, завернувшись в тонкое шерстяное одеяло. Ночи были теплые, поэтому, кроме дождя или росы, мне ничего не грозило, вечер же был сухим, так что я не рисковал намокнуть.
Проснулся я от ощущения чьего-то взгляда. Я не знал, кто смотрит на меня, зверь или человек, но было такое чувство, будто кто-то меня выслеживает, как зверь свою добычу. Внутри просто зазвенел звонок тревоги, и мне захотелось бежать сию же минуту и спрятаться.
Я заставил себя спокойно встать, обуть сапоги, стоявшие рядом, завязать свой сидор… потом я сделал неожиданный прыжок в сторону и упал за куст дикого шиповника, заметив, как в дерево, на уровне моей головы, ударила тяжелая стрела. Она воткнулась и задрожала, как бы злясь на то, что не напилась моей крови.
«Оп-па! — подумал я, — эльфы! Стрела-то эльфийская!»
Это какая же сука решила меня исподтишка завалить? И что теперь делать? Эльф — в лесу! Это же страшное дело — соревноваться с опытным эльфом в лесу. По маскировке и способности убивать им тут нет равных. Впрочем, по способности убивать мы еще посоревнуемся — кто кого. Я тоже не пальцем деланный. Эх, если бы сейчас была ночь… может, у меня было бы хоть какое-то преимущество — он-то не знает, что я вижу в темноте. А почему он — может, она? Да хрен его знает кто — только мне надо его завалить, пока он не завалил меня.