Нить Ариадны
Шрифт:
От страха и волнения Клара едва сдерживала слезы, так что Ариадна приказала ей встряхнуться и улыбаться. Пересилив себя, рабыня успокоилась.
Миновав последнюю пару стражников – ни один из которых не был искомым воином, – девушки вышли из дворца на залитый солнцем дворик, где на аккуратно подстриженной траве ярко горели капли росы. Вот и знакомый вход в Лабиринт – открытый и никем не охраняемый. И девушки скрылись от глаз всего мира за его надежными стенами.
Пока Алекс напряженно ждал, когда Тезей решится на побег, ему вдруг пришло в голову,
Вот если бы разогнать их, посеять панику – тогда хотя бы часть заложников убежала бы…
Не особо надеясь на результат, Алекс принялся обдумывать примерный план. Если открыть двери в стене Лабиринта, которые жрецы позакрывали, погнать несчастных по проходам и тоннелям, то на их поиски ушло бы немало времени и усилий.
Оставив дворец и площадь за спиной, Ариадна и Клара ступали сейчас по тропам Лабиринта, заботливо помеченным руками жрецов. Им предстояло пройти извилистыми коридорами около мили или чуть больше. Скоро здесь пройдет царь Перс и его свита. А потом стражники проведут несчастных жертв. Конечно, эта тропа разветвлялась множество раз, и иногда над ней нависали другие тоннели.
Без сомнения, Дедал несколько раз прошелся по этому пути, когда прибыл на остров и взялся за предложенную работу. Этой дорогой он ходил на доклад к Персу рассказывать о том, насколько продвинулся в исследованиях.
Вдоль тропы, на каменных стенах, краской были нарисованы стрелки, указующие путь.
Царевна и ее служанка много раз проходили этой тропой, когда наведывались в гости к Астериону. И сегодня, как и всегда, Ариадна в нужном месте спокойно свернула в сторону, словно и вправду направлялась на очередную встречу с братом.
Повернув, она прикрыла веки и двинулась в направлении, которое подсказала ей таинственная сеть – незримое переплетение нитей. Даже с закрытыми глазами царевна ни разу не сбилась с шагу и не замедлила движения.
Потом, чтобы убедиться, что за ними никто не следит, Ариадна сделала небольшой поворот и оглянулась. И сошла с тропы, ведущей к обиталищу Астериона. Девушки поспешили к месту, где они должны встретиться с Тезеем.
Царь и Креон тоже шли вдоль меток на стене Лабиринта. Они заметили идущих впереди Ариадну и служанку и, конечно, решили, что девушки направились к Астериону.
Правитель Перс, облаченный в богатые церемониальные одежды, никак не выдавал своего истинного отношения к предстоящему жертвоприношению. На самом деле у него просто не было иного выхода. Шива дал ясно понять, что настаивает на его присутствии.
– Я полагаю, повелитель, что ваши племянницы не явятся на церемонию.
– Они мне уже сказали.
– Не знаю, как отнесется к этому владыка Шива.
Перс нахмурился, но решил, что сейчас не время ссориться с магом.
– Я не понимаю, Креон, какая разница нам с того – будут они или нет.
Когда царь прибыл на площадку для жертвоприношения, день уже был в разгаре. Естественно, он прекрасно знал, что никакое
Выше, чем трон, стояли только клетки – прямо над лежбищем Шивы. Тощий бог полулежал под клетками, развалившись среди кожи и шелка. Если он пожелает насладиться водопадом свежей крови, которая вскоре потечет из клеток, то ему придется лишь слегка передвинуться.
Бог поерзал на кресле, словно выказывая признаки недовольства и нетерпения.
Смертный царь, прибывший вместе с магом Креоном, явно был здесь не главным лицом.
Мясник и несколько младших офицеров в качестве зрителей заняли два ряда в амфитеатре. Алекс со товарищи выстроились полукругом вдоль всей сцены.
Я, Астерион, оставил Дедала с сыном и побежал через Лабиринт к месту, которое высмотрел несколько дней назад. Отсюда просматривалась вся площадь со сценой для жертвоприношения. Возможно, попроси я Перса присутствовать на церемонии, он бы легко и с радостью разрешил мне. Но я даже и пробовать не стал, а он не предлагал.
Один из закутков Лабиринта отличался тем, что в его стенах были устроены замаскированные двери. Хорошенько поднажав, даже обычный человек смог бы сдвинуть с места перегородку, если бы знал, куда нужно нажимать и в какую сторону двигать. Таким образом можно было перестроить целый сектор Лабиринта.
Но это не входило в мои планы. Я отодвинул одну из стен, за которой была каменная кладка в виде решетки, а уж за ней – та самая площадка. Через просветы в решетке и кустах, которые росли по ту сторону стены, я свободно мог видеть все, что творится на сцене.
И не удивился, разглядев, что жрецы Шивы держат в руках окровавленные каменные ножи. Я опасался, что, если я появлюсь на площадке, обреченные заложники, даже под воздействием наркотика, бросятся врассыпную. Конечно, это поспособствовало бы нашему плану. Моя внешность показалась бы им не только ужасной, а просто воплощением всех их ночных кошмаров. Именно на всеобщую панику мы и рассчитывали.
В целом, я знал, что сейчас должно произойти. И все-таки сильно испугался, когда основное действие начало разворачиваться прямо на моих глазах.
Из толпы восемнадцати заложников, одетых в церемониальные наряды, вывели первую жертву – юношу со стеклянными от дурмана глазами. И повели к клетке. За ним – одну из девушек. С них сорвали одежду.
Обе железные клетки над троном Шивы получили первых пленников. Изнутри клетки, с каждой стороны, на жертву были направлены острые лезвия, которые чуть-чуть не достигали обнаженной кожи. Лезвия были слишком короткими, чтобы прикончить жертву одним ударом.
Один из жрецов подошел к клеткам мягкой, кошачьей поступью, держа в руках прут с раскаленным докрасна концом. Все сразу поняли: жертвы начнут уворачиваться от раскаленного прута и будут раниться о лезвия, закрепленные в клетке. Жизнь будет утекать медленно, с каждой небольшой раной, с каплями крови, которая польется теплым дождем на Разрушителя, сидящего внизу.