Нить Ариадны
Шрифт:
Где-то в отдалении раздавались неразборчивые крики солдат, но понять, насколько далеко находятся стражи, не представлялось возможным.
Неужели она снова попала в плен? Может, солдаты принесли ее сюда и вот-вот явятся, чтобы вернуть обратно в лапы служителей Шивы, чтобы те замучили ее до смерти? Но солдаты все не появлялись.
Неожиданно позади себя девушка услышала тихий шорох и быстро обернулась. Она мгновенно узнала его – чудовище из Лабиринта, которого боялись все. Он был последним, что она видела в том средоточии
Жалобно пискнув, Эдит прижалась спиной к стене. Потом бросилась бежать, но накатила новая волна головокружения, перед глазами заплясали черные точки…
Кошмарное создание замерло и протянуло вперед огромные руки, словно показывая, что в них нет оружия и что он не собирается вредить девушке.
– Не бойся, – произнесло оно неожиданно тихим голосом. – Я не буду подходить, если тебе страшно.
Эдит отчаянно вжалась спиной в стену, ощущение твердого камня придавало ей уверенности.
– Чего тебе надо?
Чудище, это воплощение всех кошмаров, снова заговорило спокойным голосом:
– Меня зовут Астерион. Официально – царевич Астерион, хотя титулы здесь ничего не значат. А ты?..
Девушке прежде не приходило в голову, что у этого существа может быть свое имя, что оно вообще может быть кем-то, быть личностью.
Машинально она назвала свое имя.
– Эдит. Хорошее имя. Сюда принес тебя я, после того как ты убежала от жрецов.
Он замолчал, словно ждал от девушки какой-либо реакции. Но Эдит могла только кивнуть. И Астерион продолжил:
– Возможно, этого ты не помнишь. Но ты не должна бояться меня.
Минотавр снова умолк. Потом он присел на противоположную скамью, возможно, чтобы не нависать над Эдит и не пугать ее своим ростом.
– А чего мне надо… Гм, сперва будет лучше, если ты ответишь на пару моих вопросов.
– Да? – с трудом выдавила девушка.
– Для начала, чего ты боишься, что я могу с тобой сделать? Съесть? Я не ем мяса.
Эдит потребовалось примерно полминуты, чтобы сформулировать хотя бы подобие ответа:
– Я помню кровь…
– Ее пролил не я. Ну, разве что самую малость.
Хотя девушке почти нечего было рассказывать, я видел, как отступает ее страх по мере продолжения разговора. Я сидел на месте, и мы просто беседовали.
Конечно, можно было поздравить себя с тем, что я ухитрился спасти хотя бы одну жертву из восемнадцати, и я совершенно не жалел о своем поступке. Но сейчас, когда бедняжка все больше приходила в себя, мною начало овладевать беспокойство. Постепенно передо мной все явственней вставал закономерный вопрос: что делать с ней дальше?
Сперва я не знал, как уложить ее спать. Все, что я мог – это слушать ее безнадежные рыдания, пока они не смолкли. Потом она сама заснула, утомленная плачем, а я постарался, чтобы она как следует отдохнула и ей приснились приятные и утешающие сны. Возможно, если повезет, думал я, я смогу
Но все мечты рухнули под тяжестью главного вопроса – что мне с ней делать? Естественно, я опоздал на встречу с остальными беглецами и уже не догоню их. Сестра и все остальные не будут ждать меня так долго, и мне остается лишь надеяться, что им удалось спастись. В грезах я мог бы легко узнать, что произошло с ними, но это могло подождать. Грезы – это сон, а я не собирался тратить несколько часов на сон.
Примерно через час я понял, что Эдит придется тайно жить со мной в Лабиринте. Пока она спала, я перенес ее в более безопасное местечко, где ее не смогут найти даже самые рьяные преследователи. Сюда давным-давно не ступала нога человека. Между раскрошившихся плит густо росла высокая трава. Ни служители Шивы, ни солдаты Мясника и на милю не приблизятся к этому месту по любому из проходов Лабиринта – что равнозначно расстоянию в сотни и тысячи миль.
И теперь, когда девушка избавилась от ужаса передо мной, ей начали открываться другие, более реальные страхи.
– Я хочу домой! – со стоном начала повторять она.
Мне пришлось приложить все старания, чтобы хоть как-то утешить ее.
– Конечно, ты вернешься домой. Только я не знаю, когда это станет возможным.
«Возможно, что никогда», – подумал, но не произнес вслух я. Я-то понимал, что сам настолько связан со своим страшным домом, что скорее умру, чем покину его.
– А где твой дом, Эдит? – помолчав, спросил я. Мне подумалось, что в нашей ситуации спокойный разговор будет лучшим лекарством от страданий. Просто ничего другого не остается.
– На острове Диа.
– Правда? Я слышал о нем, но никогда там не был. Расскажи.
Наконец девушка смогла поесть и уснуть спокойным, крепким сном. Но вскоре мне пришлось разбудить ее. Время не стояло на месте, а мне еще многое нужно было сделать. Я объяснил своей гостье и новой жительнице Лабиринта, что должен оставить ее на некоторое время.
– Там большая суматоха. Ну, даже отсюда слышно.
Действительно, временами рыщущие стражники принимались громко перекликаться из разных концов Лабиринта, не менее мили отсюда.
– Меня могут ждать с сообщением, так что я лучше пойду и сам все проверю.
По ее лицу промелькнула тень тревоги.
– Астерион, а ты не…
– Не брошу тебя? Конечно, нет. Но ты ни в коем случае не должна уходить отсюда. Я готов поклясться, что никто не найдет тебя здесь.
Естественно, эта клятва не многого стоила, если Шива решит заняться поисками лично, но об этом я предпочел умолчать.
– Да и куда тебе идти? Поверь, ты не найдешь выхода из Лабиринта. Да и сама не захочешь выходить, потому что снаружи бродят солдаты царя Перса и жрецы Шивы, которые наверняка до сих пор ищут тебя.