Ночь до дедлайна
Шрифт:
– Алиса Бойцова, стажёр.
Он кивнул, повернулся к двери в соседнюю комнату и позвал:
– Ирина! Тут стажёр, займись.
И из-за двери вышла дама в красной мини-юбке, улыбнулась мне и кивнула внутрь:
– Привет, проходи.
Я с трудом отпустила дверную ручку, прошла на деревянных ногах мимо стола мотоциклиста, опять невольно уставилась на подтянутую задницу в красной юбке, на неё было сложно не смотреть.
Погорячилась я с костюмом, блин.
Ирина показала мне мой стол, рассказала, чем занимается дизайнерский отдел, и дала пробное задание, простое, я быстро справилась. Ближе к десяти
О мотоциклисте я не спрашивала, у меня от одной мысли о нём отнимался язык, но в разговоре мелькнуло его имя - Михаил, без отчества, здесь все обращались друг к другу на "ты", мне было ужасно неловко. Особенно неловко было с Ириной, она просила называть её Ира, а я не могла, у меня была своя Ира, и я привыкла считать, что все Иры в мире очень простые и классные, а эта в их компанию не вписывалась никак, что-то в ней было такое, что заставляло быть всегда настороже, я пока не могла понять, но ощущала буквально кожей, что поворачиваться к ней спиной не надо.
К вечеру стало понятно, почему.
– Переделай.
Она говорила это в третий раз. А я в упор не видела в своей работе ошибок, страница выглядела отлично, каждый блок был на своём месте, все мелочи, которые только могут быть, были учтены - я составила список ошибок из первых двух её отказов, и проверяла свою работу по пунктам прежде, чем нести ей на проверку. А она каждый раз выдумывала новые.
Первый вариант я сделала хорошо, второй - идеально, третий - вообще безукоризненно. Четвёртый решила сляпать левой ногой, потому что была почти уверена, что всё равно будет пятый.
Ирина ткнула пальцем в совершенно с потолка взятые места страницы, я сделала вид, что верю, вернулась за свой компьютер, посмотрела на часы - пять.
В открытую дверь заглянул Михаил, на миг обжёг меня взглядом, как будто сканируя всю комнату, и повернулся к Ирине:
– Я уезжаю, закроешь?
– Да, конечно, - она так улыбалась ему, как будто у неё было пластилиновое лицо, всё мягкое и гибкое, без чётких мест для рта и глаз, выглядело тошнотворно, я скорее отвела глаза. Макушкой почувствовала ещё один обжигающий взгляд, спряталась поглубже за монитор, Михаил вышел, я выдохнула, поймала взгляд девушки, которая сидела через проход от меня, она тихо смеялась. Её звали Тоня, она мне нравилась, она была первой моей знакомой Тоней, и сразу начала давать мне маленькие подсказки, это очень помогало, если бы где-то была планета Тонь, я бы на ней жила.
Она улыбнулась мне и шепнула:
– Расслабься, он классный. Выглядит сурово, но никогда зря не ругается, и может сильно подсказать, такие вещи, которые в интернете не нагуглишь.
– А почему он уходит так рано?
– я говорила шёпотом, но меня услышали все, Денис, единственный в дизайнерском отделе парень, иронично фыркнул:
– Потому что. Это Миша, Мише всё прощается, он может вообще не прийти. Начальство не опаздывает, а задерживается.
Я
– И тем не менее, работу он всегда сдаёт вовремя, - педантично подняла указательный палец Люда, сидящая передо мной. Я не могла точно сказать, сколько ей лет, но обращаться к ней на "ты" я не смогла, и она мне разрешила говорить как мне удобно. Она была полностью седая, совершенно, но держалась с молодёжью довольно свободно. Ближе к концу дня я поняла, что она не дизайнер, а редактор, почему она сидит в дизайнерском отделе, оставалось пока загадкой.
Денис откинулся на спинку кресла, с хрустом потягиваясь, как будто на сегодня уже наработался, иронично фыркнул:
– Даже если он не сдаст вовремя, ничего ему не будет, спорим? Он у нас блатной, я слышал, как он с Василичем по телефону разговаривает.
– И что? У меня тоже есть телефон ЭсВэ, - фыркнула Люда, - хочешь, тебе дам? Сможешь позвонить в любое время.
– Не-а, - усмехнулся Денис, - он с ним не по работе разговаривал. Он точно не с улицы, там какие-то мутные движения между ними.
– Какой ты ушастый, а!
– рассмеялась Люда, - наблюдательный такой. Меньше нос свой суй куда не просят, тебя не касается. Работу делает хорошо? Вот и всё.
Денис пробурчал что-то недовольное, но тему закрыл. Ирина засобиралась, с пластилиновой улыбкой объявила всем, что у неё срочные семейные дела, и ушла в десять минут шестого. Через пять минут ушёл Денис, без единого слова, ещё через пять ушла Марина, она сидела рядом с Ириной, я с ней не успела пообщаться толком. Тоня дождалась щелчка двери и подошла к моему столу, спросила:
– Что ей не понравилось, покажи.
Я открыла, прикусывая язык, чтобы не начать жаловаться на Иринину необъективность, жадно смотрела на Тоню, ловя на её лице малейшие движения эмоций, и с облегчением выдохнула, когда она сказала:
– По-моему, всё отлично. Но Ира у нас... немного... Ира. Давай сделаем знаешь, как... Вот так.
– Она достала из шкафа подшивку журнала "Сталь и масло", над статьёй для которого я работала, пролистала и ткнула пальцем: - Вот эта рубрика, эта, и эта - работа Иры. Просмотри все, и сделай в её стиле, просто и без самодеятельности.
– Хорошо, - мрачно кивнула я, глядя на журнальные страницы, - спасибо.
Было ужасно обидно. Мне казалось, что в профессии дизайнера как раз творчество - самое главное, и если делать всё всегда по шаблону, то зачем вообще такой дизайнер, можно в программу текст и картинки загрузить, она сама всё сделает. Но спорить о философии профессии в свой первый день показалось несколько неуместно, так что я молча уткнулась в подшивку.
В шесть Тоня ушла, Люда тоже начала собираться, устало посмотрела на меня и сказала:
– Хватит, всё, иди домой. Завтра продолжишь. У Иры каждый день новая политика, можешь ей завтра показать старый вариант, она в нём найдёт новые ошибки.
Я устало улыбнулась и закрыла журнал, Люда помолчала, как будто раздумывая, говорить или нет, потом решилась и шепнула:
– И, так, на будущее - будь скромнее.
У меня глаза на лоб полезли - мне казалось, я сегодня была вообще сама скромность, Люда рассмеялась и смерила меня взглядом: