Ночная битва
Шрифт:
Она молча смотрела на Скотта. Он наклонился и поцеловал ее.
На рассвете он вернулся домой. Джина уже упаковала его вещи и теперь спала, разметав темные волосы по подушке. Скотт не стал будить ее. Он тихо побрился, принял душ и оделся. Город был похож на чашу, до краев заполненную неподвижностью и ожиданием.
Когда он вышел из ванной, застегивая форменку, стол был уже раздвинут, и перед ним стояли два стула. Вошла Джина в широком халате, поставила чашки и налила кофе.
— Доброе утро, солдат, — сказала она. — Найдешь время на
— Угу. — Скотт, слегка поколебавшись, поцеловал ее.
До этой минуты разрыв с Джиной казался ему простым делом. Она не будет протестовать. В конце концов, это главное в свободном супружестве. И все же…
Она села в кресло и распечатала пачку сигарет.
— Устал?
— Нет. Я накачался витаминами и чувствую себя вполне хорошо. — В большинстве баров имелись освежающие кабинеты, где можно было снять эффект слишком большого количества возбуждающих веществ, и Скотт чувствовал себя по-настоящему хорошо. Он задумался, как сказать Джине об Илен, но она избавила его от этих забот.
— Если это девушка, Брайан, то не беспокойся. Нет смысла принимать решение, пока не кончилась война. Она долго продлится?
— Нет. Думаю, неделю или около того. Ты же знаешь — одно сражение может все решить. Эта девушка…
— Надеюсь, не из Купола?
— Из Купола.
Джина удивленно вытаращилась на него.
— Ты спятил…
— Я как раз хотел объяснить, — нетерпеливо ответил Скотт, — дело не только в ней. Мне осточертел Отряд Дуне, и я хочу покончить с этим.
— Таким вот образом?!
— Да, таким вот образом.
Джина покачала головой.
— Женщины Куполов слабы.
— Так и должно быть, ведь их мужчины не солдаты.
— Делай, как знаешь. Я буду ждать твоего возвращения. Понимаешь, Брайан, мы были вместе пять лет и хорошо приспособились друг к другу. И дело не в философии или психологии, тут все гораздо сложнее. Мы — это мы. Как мужчина и женщина, мы можем неплохо жить и дальше. А есть ведь еще и любовь. Эти чувства важнее того, что маячит где-то в перспективе. Тебя могут волновать будущие радости, но ты не можешь их переживать.
Скотт пожал плечами.
— Скажем так: я начал забывать о планах на будущее и сосредоточился на Брайане Скотте.
— Еще кофе?.. Я пять лет езжу за тобой от Купола к Куполу, и каждый раз, когда ты идешь на войну, жду и гадаю, вернешься ли ты. Я просто частица твоей жизни. Иногда мне казалось, что самая важная. Солдата в тебе семьдесят пять процентов, я — остальные двадцать пять. Я считала, что тебе нужны эти двадцать пять процентов, по-настоящему нужны. Ты можешь найти себе другую женщину, но и она потребует для себя эти двадцать пять процентов.
Скотт ничего не ответил. Джина выдохнула дым.
— О'кей, Брайан. Я подожду.
— Дело здесь не только в той девушке, Случайно она подходит к модели, которая мне нужна. А ты…
— Я никогда не могла приспособиться к такой модели, — мягко ответила Джина. — Свободным Солдатам нужны женщины, готовые стать их женами.
Скотт нахмурился и закурил.
— Трудно сказать наперед.
— Может, я тебя не понимаю, но зато не задаю вопросов и не пытаюсь на тебя влиять. Пока ты нуждаешься во мне — я с тобой. Большего я предложить не могу, но для Свободного Солдата и этого хватит. А для жителя Купола этого либо слишком мало.
Скотт поправил ремень и наклонился, собираясь поцеловать Джину. Она сначала отворачивалась, но потом все же потянулась к нему.
Больше они не сказали друг другу ни слова. Скотт одернул форменку и быстро вышел. Девушка сидела неподвижно, в пальцах ее дымилась забытая сигарета: Брайан бросил ее ради другой женщины и иной жизни, но это сейчас казалось неважным. Как всегда, так и теперь, важным было лишь то, что жизнь его снова в опасности.
«Избавь его ото всех бед, — думала она, не замечая, что молится. — Избавь его ото всех бед…»
И для нее наступили тишина и ожидание. По крайней мере, это осталось прежним. Она взглянула на часы.
Минуты уже начали растягиваться.
3
Когда Скотт явился в штаб, лейтенант Бинне следил за посадкой на корабль последних людей Отряда Дуне. Он бодро козырнул капитану — похоже, ночная работа ничуть его не утомила.
— Все в порядке, капитан.
— Хорошо. — Скотт кивнул. — Цинк Рис здесь?
— Только что приехал. — Бинне указал на портьеру, а когда Скотт двинулся к ней, пошел следом.
— Что такое, лейтенант?
Бинне понизил голос:
— Бронсон подхватил лихорадку. — Он забыл добавить «капитан». — Он должен был командовать левым флангом флота. Я хотел бы получить это место.
— Посмотрю, что можно сделать.
Бинне поджал губы, но ничего не сказал. Он вернулся к своим людям, а Скотт вошел в кабинет цинка. Рис говорил по видеофону.
— Добрый день, капитан, — сказал он щурясь. — Я разговаривал с Мендесом.
— Ну, и?..
— Он по-прежнему настаивает на пятидесяти процентах выкупа. Придется тебе встретиться с ним. Постарайся сбить цену. И свяжись со мной из Крепости Мендеса.
— Ясно, цинк.
— И еще одно: Бронсон в лазарете.
— Я слышал. По-моему, лейтенант Бинне вполне может принять командование левым флангом…
Рис отмахнулся.
— Подождем. Мы не должны поощрять индивидуализм. В прошлую войну лейтенант попытался воевать сам по себе, а мы не можем рисковать. Думай об Отряде Дуне, а не о лейтенанте.