Ночная стража
Шрифт:
Когда снаружи раздался душераздирающий крик, Сэм Ваймс вздохнул, но продолжил бриться.
Закончив, он накинул куртку и вышел в восхитительное сверкающее утро. Стояла поздняя весна. В кронах деревьев пели птицы, над распустившимися цветами жужжали пчелы. Впрочем, в небе витало марево, и тучи на горизонте обещали разразиться грозой. Но сейчас воздух был горячим и густым. И в старой выгребной яме за сараем садовника кто-то плескался, старательно держа голову над водой.
Ну хорошо, не над водой. Над тем, в чем он плескался.
Остановившись
— Доброе утро! — жизнерадостно поздоровался Ваймс.
— Доброе утро, ваша светлость, — откликнулся купальщик, отчаянно пытающийся удержаться на поверхности.
Голос его оказался неожиданно высоким, и Ваймс с удивлением понял, что барахтающийся в яме юнец на самом деле девица. Это не было чем-то из ряда вон выходящим — в Гильдии Наемных Убийц прекрасно знали, что, когда речь заходит о всякого рода хитроумных убийствах, женщины как минимум не уступают мужчинам. И все же это несколько меняло дело.
— Мы ведь, кажется, не знакомы, — сказал Ваймс. — Тем не менее ты меня знаешь. А ты?…
— Кудли, сэр, — представилась купальщица, — Йокаста Кудли. Большая честь познакомиться с вами, ваша светлость.
— Кудли? — переспросил Ваймс. — Известная в Гильдии фамилия. Кстати, простого «сэр» будет достаточно. Если мне не изменяет память, я как-то сломал твоему батюшке ногу?
— Да, сэр. Он передает вам привет, — сказала Йокаста.
— А ты не слишком ли молода для такого заказа? — спросил Ваймс.
— Это не заказ, сэр, — возразила Йокаста, загребая руками.
— Да неужели? За мою голову назначена цена по меньшей мере в…
— Совет Гильдии временно наложил запрет на этот контракт, сэр, — объяснила девушка, по-собачьи работая конечностями. — Вы исключены из списка. В настоящее время заказы на вас не принимаются.
— Ну и ну! И с какой же вдруг стати?
— Не могу знать, сэр, — сказала Йокаста Кудли.
Благодаря своему упорству она все-таки добралась до края ямы, где обнаружила идеально гладкую кирпичную кладку, уцепиться за которую не представлялось никакой возможности. Ваймс знал об этом, потому что в один прекрасный день лично потратил несколько часов, чтобы добиться именно такого результата.
— Тогда зачем тебя направили ко мне?
— Госпожа Банда послала меня сюда в качестве тренировки, — объяснила Йокаста. — Однако это у вас весьма коварно придумано, с кирпичной облицовкой-то.
— Верно, — согласился Ваймс. — Ты чем-то досадила госпоже Банде? Как-то ее расстроила?
— О нет, ваша светлость. Но она сказала, что я стала слишком самоуверенной и работа в условиях, приближенных к боевым, пойдет мне на пользу.
— А, понятно.
Насколько припоминал Ваймс, Элис Банда слыла одной из самых строгих преподавательниц Гильдии. И ярой сторонницей практических занятий.
— Значит… она послала тебя за моей головой? — спросил он.
— Никак
— И госпожа Банда поверила бы тебе?
— Конечно, сэр, — заметно оскорбившись, ответила Йокаста. — Честь Гильдии, сэр.
Ваймс тяжело вздохнул.
— Видишь ли, сударыня, за последние несколько лет твои коллеги-приятели неоднократно пытались убить меня в моем же доме. Как ты догадываешься, я изрядно подустал от этого.
— Отлично вас понимаю, сэр, — сказала Йокаста голосом человека, также понимающего, что выбраться из затруднительного положения он может только благодаря доброму расположению своего собеседника, не имеющего ровным счетом никаких причин оное расположение испытывать.
— Ты удивишься, узнав, какое количество ловушек расставлено вокруг дома, — продолжил Ваймс. — Некоторые из них весьма изощренны, поверь мне на слово.
— Эта черепица на крыше сарая крайне коварно ушла у меня из-под ног, сэр.
— Я уложил ее на хорошо смазанные полозья, — пояснил Ваймс.
— Здорово придумано, сэр!
— И некоторые ловушки могут быть смертельны, — сказал Ваймс.
— Значит, мне повезло, что я угодила именно в эту, да, сэр?
— О, эта тоже смертельна, — сказал Ваймс. — Она, как бы это выразиться, отложенного действия. — Он снова вздохнул.
Он и правда пытался отбить всякую охоту у членов Гильдии являться сюда, но… его исключили из списков? Не то чтобы ему нравилось, когда на него охотятся люди в капюшонах, нанятые его многочисленными врагами, но это было своего рода вотумом доверия. Свидетельствовало о том, что он по-прежнему раздражает богатых и высокомерных типов, которых и нужно раздражать.
Кроме того, Гильдию Убийц было достаточно легко перехитрить. Наемные убийцы придерживались строгих правил, собственного кодекса чести, и это вполне устраивало Ваймса, который в отдельных практических областях не придерживался никаких правил.
Исключен из списков, значит? До сих пор он слышал только об одном человеке, удостоившемся подобной чести, — лорд Витинари, патриций, по слухам, с некоторых пор тоже не значился в этих списках. Убийцы разбирались в тонкостях городских политических игр как никто другой, и если уж они исключили тебя из списка, значит, почувствовали, что твоя кончина не только спутает игру, но и разнесет в щепки всю доску…
— Я была бы весьма признательна, сэр, если бы вы вытащили меня отсюда, — окликнула его Йокаста.
— Что? Ах да. Извини, не хочется пачкать одежду, — сказал Ваймс. — Но я пришлю сюда дворецкого с лестницей, как только вернусь в дом. Хорошо?
— Большое спасибо, сэр. Приятно было с вами познакомиться, сэр.
Ваймс направился к дому. Исключен из списков? А жалобу подать можно? Может, они думают…
Его с головой накрыл очень мощный запах.
Он поднял взгляд.
И увидел куст сирени в цвету.